О несказуемом единстве. Центр и лепестки Розы Мира.

И рыба, и мясо. Подходы к единой теме о несказуемом единстве. 1
Релятивистское, а не релятивное отношение к религиозным путям.

Все мной написанное расположено вокруг некоего единого центра; единой мысли, которую мне пока еще не удается самой достаточно глубоко понять, а тем более выразить.

И мысль эта отнюдь не заключается и не сводится к "ребята, давайте жить дружно", хоть и это немаловажно.

Духовные материалисты, уверенные в существовании какой-то единой для всех духовной истины (религии) необходимо (даже если и невольно) являются духовными империалистами: Если истина одна, то все что не есть она - истиной являться не может. Если истина не одна, если их много или несколько, - значит ни одна из них не является полной, но лишь относительной истиной. И ценность ее, соответственно относительна, не тотальна.
Однако, можно все же говорить о трех уровнях истины и о трех уровнях ее относительности....
(см. О несказуемом единстве 4)

 

Снежинка и капля.
И рыба, и мясо. Подходы к единой теме о несказуемом единстве. 2

Один из подходов основан на образе, высказанном Померанцем в его неопубликованной, но разошедшейся в свое время диссертации, бродящей с тех пор в списках со многими разночтениями. Так что рассказываю по памяти.
(Эта основная ее часть с переведенным с научного названием "Игра логики и абсурда" сейчас разыскана и готовится к печати, но сама ее пока в глаза не видела).

Позднее Померанц отказался от уравнивания мистического опыта примитивных религий с религиями мировыми, называемыми еще великими. Такое уравнивание он называл "постмодернистской ересью". Однако, во время написания, видимо следовал сложившемуся культурологическому консенсусу.

Итак. (уже без косвенной речи и со скидкой на мою терминологическую и прочую малограмотность в этой области).
Во время мистического действа, в круговом танце-хороводе душа каждого участника является одновременно и частью разгоняющего синхрофазотрона, и разгоняемой частицей.Она выходит за пределы предметного, словесно описуемого мира (мира частиц) и приходит в расплавленное текучее состояние (мира плазмы, волны*)


---
*) (пока не придирайтесь к терминологической каше: а если и придирайтесь, то конструктивно: предлагая улучшенные формулировки),
---
где открывается пространство невербальной, но величайшей и подлинной истинности.

"Остывая", возвращаясь в привычный мир воспринимаемых форм, этот опыт жаждет найти себе словесное выражение. Так возникает следующий уровень истинности - пространство глубинного мифа.

 

О несказуемом единстве. 3
(Опасность следования логике мифа)

Возвращаясь к Померанцу. Сформировавшийся на основе коллективного мистического опыта, но выраженный обычно вдохновением одного шамана, вождя,
миф обретает свои священные символы, своих богов.

И вот что интересно. Эти боги (маски богов) являются богами только во время священного танца
(у Померанца - в мифопоэтическом, праздничном мире).
Когда община выходит из транса, когда праздник кончается, эти боги вполне могут быть довольно небрежно засунуты шаманом-вождем под лавку.

Проблема возникает в том случае, если племя или шаман настаивают на логике и последовательности.Тогда к маскам бога требуется благоговейное отношение и после праздника, в мире будней. Тогда олицетворявший бога шаман требует к себе и в обыденной жизни соответствующего отношения.

Как эта проблема решалась в православии? Во время литургии литургисающий священник являет собой (кто не знает) олицетворением и даже воплощением самого Христа. Когда служба кончается, он - практически такой же селянин, как все остальные; с ним устанавливаются обыденные прозаические хозяйственные отношения на равных, часто лишенные всякой почтительности.
И это нормально.
В католицизме на священнике в будничной жизни сохраняется значительно больший отсвет праздничной святости. Что, в принципе, создает большее антиклерикальное напряжение.

И вообще: субстанциализация, овеществление, логическое закрепление в повседневной реальности священных символов -
создает немало проблем разного рода и ведет к деградации самого мифа (религиозной культуры, видения реальности).

 

О несказуемом единстве 4

Итак, единая целостная истина 1-го порядка может быть выражена целым (и даже нескончаемым) рядом взаимо несовместимых и друг другу противоречащих, но в то же время совершенно ей по своему адекватных истин 2-го порядка.* Ведь снежинка и есть та же самая капля. Во всей своей полноте и без всякого ущерба.
Это раз.
----
*) Назовем их пока религиями. Под "религией" понимаю образ целостности с потенциальной способностью к трансформации его созерцающего.
----
Так что можно сказать: истины 2-го порядка это лепестки Розы Мира,
а единая целостная истина 1-го порядка - ее центр.

 

О несказуемом единстве 5

Истины 3-го порядка - это индивидуальные истины. Они могут быть сколь угодно частичными и даже сколь угодно ошибочными, не теряя при этом общего свойства истинности.
Причем истинности, а не просто прихотливого личного изменчивого мнения.
Речь о неких корневых для человека убеждениях, об области Смысла.
Тут ошибки и искажения не перечеркивают лежащего на них света высокой истинности.

В качестве примера можно пока привести подлинную влюбленность и поэтическое видение мира.

Скажем, "Божественная комедия" Данте (особенно "Инферно", Ад) имхо - его вполне личное мистическое переживание.
(Впечатление, что Ад у него населен сплошь его флорентийскими недругами).
Тем не менее, отсвет истинности произвел такое впечатление на обычно скептическую к любого рода мистике католическую церковь, что та не только причислила Данте к лику святых, но и канонизировала его вполне сомнительную картину потустороннего мира.

 

О несказуемом единстве 5а

Кстати уж, по сравнению с Данте, Даниилу Андрееву повезло куда меньше.
Если потусторонний мир Данте обладает несомненной художественной убедительностью, то космос Андреева обладает (большей для меня) убедительностью еще и метафизической.

Что не дает мне не только оснований считать, что "так оно и есть", но даже просто ставить такой вопрос.
Ощущение метафизической достоверности производит на меня определенное впечатление. Но о мере адекватности этого впечатления я просто никаких суждений не выношу.

------
(Так что, избавясь от привычки прославлять несуществующие отечественные подвиги и достижения, но гробить все на самом деле яркое и талантливое, -
вполне можно было бы гордиться Даниилом Андреевым как русским Данте.
Впрочем, к нынешней беседе это не относится )

 

зачем поет птица?

Идея все та же: невыразимое, несказуемое продолжает выражать себя через человеческий гений.
И пусть способы выражения и "противоречат грамматике" (Витгенштейн), невыразимое будет выражаться, несказуемое - высказываться.
Почему? "А почему поет птица?".
Ведь и любовь на самом-то деле - не выразить словами, да? Но слова о любви будут литься и литься из переполненных сердец.
Точно так же одно из свойств вхождения в высшие истины - то что они начинают шептаться и провозглашаться, литься, как птичья песня, хоть и прислушиваться к ним склонны лишь немногие чуткие к ним сердца.

----------------
ЗАЧЕМ ПОЕТ ПТИЦА?
Ученики задавали много вопросов о Боге.
И сказал Мастер:
– Бога не знает никто, познать Бога умом невозможно. Любое утверждение о Нем, любой ответ на ваши вопросы будет лишь извращением Истины.
Ученики были озадачены.
– Тогда зачем ты вообще говоришь о Нем?
– А зачем поет птица?

 

право на ошибки

О праве же на ошибки и необходимости самостоятельного поиска, (то есть еще только нащупывании, предощущении таких истин) -
вот слова Г. Померанца из "Сна о справедливом возмездии".
Они близки к тому, что хочу сказать.