Мистицизм - Андерхилл

Глава 5
ЭЗОТЕРИЧЕСКИЕ ИГРЫ: ПРЕПЯТСТВИЕ К РОСТУ

— Есть ли разделение между телом и умом, материей и сознанием, физическим и духовным? Как можно выйти за пределы тела и ума, – превзойти, трансцендировать их, чтобы достичь духовного сознания?

Первое, что необходимо понять, это то, что разделение на тело и ум абсолютно неверно. Если начинать с такого разделения, то никуда не придешь: ложное начало никуда не приводит. Существует логическая последовательность. Поэтому, делая первый шаг, вы, по сути, уже все выбрали. Первый шаг важнее последнего, начало имеет большее значение, чем конец, потому что конец – завершение, результат. Но мы всегда думаем о конце, а не о начале; нас больше занимают цели, чем средства.
Для любого искателя это разделение, понятие двойственности бытия – тело и ум, физическое и духовное - шаг ложный. Сущее неделимо; все разделения ментальны. Сам взгляд ума на вещи порождает двойственность. Разделяет только темница ума.
Ум иначе не может. Ему непосильно представить два противоречия как целое, две полярные противоположности как единое. Ум одержим стремлением быть последовательным. Он не может вообразить, как это свет и мрак могут быть одно. Это непоследовательно, парадоксально.
Ум вынужден порождать противоположности: Бог и дьявол, жизнь и смерть, любовь и ненависть. Разве можно себе представить, что любовь и ненависть это одна и та же энергия? Уму это трудно. И потому он разделяет. Тогда нет проблем: любовь противоположна ненависти. Теперь все логично, и рассудок может успокоиться. Поэтому разделение – это удобство для ума, а не истина, не реальность.
Очень удобно разделить себя надвое: на тело и на вас. Но в момент разделения вы делаете неверный шаг. И пока вы не вернетесь назад и не измените свой первый шаг, вы будете многие жизни скитаться, и из этого ничего не выйдет; потому что один ложный шаг влечет за собой все новые ложные шаги. Так что начинайте с правильного начала.

Помните, что вы и ваше тело – не два, а одно. Два – это просто для удобства. Что касается сущего, то для него довольно и одного. Разделять себя надвое это искусственный прием. В действительности ведь вы чувствуете, что вы едины, но когда вы начинаете размышлять над этим, возникает проблема. Когда вашему телу причиняется боль, вы не считаете, что вы и тело различны. Вы ощущаете свое единство с телом. И только позже, начав размышлять, вы разделяете.
В настоящем моменте нет разделения. Например, когда вам к сердцу приставят нож, в вас нет разделения. Вы не думаете, что сейчас убьют ваше тело, вы чувствуете, что сейчас убьют вас. Только позднее, когда все это становится частью памяти, раздумываете над этим. Вы можете сказать, что собирались убить ваше тело. Но в тот самый момент вы не могли так сказать.
Когда вы чувствуете, вы ощущаете единство; когда вы думаете, вы начинаете разделять. Тогда создается враг. Если вы – не тело, то возникает борьба. Появляется вопрос: "Кто хозяин? Тело или я?" Тогда эго чувствует себя ущемленным. Вы начинаете подавлять тело. А когда вы подавляете тело, вы подавляете себя; когда вы боретесь со своим телом, вы сражаетесь с самим собой. Возникает неразбериха. И все это самоубийственно.
Даже если стараться, нельзя на самом деле подавить свое тело. Разве можно правой рукой подавить левую? Они кажутся отдельными, но в них течет одна и та же энергия. если в обеих течет одна и та же энергия, как могу я подавить свою левую руку? Это все похоже на игру "понарошку". Я могу придавить правой рукой левую и притвориться, что правая рука выиграла. Но в следующую минуту я уже поднимаю левую руку, и ничто ее не останавливает. Мы все играем в эту игру. Такое начало, когда вы разграничиваете себя и свое тело, ведет к подавлению. И если вы за трансформацию, то не начинайте с разделения. Трансформация приходит только от понимания целого как Целого.
Подавление проистекает от неверного представления целого как набора отдельных частей. Если я знаю, что обе руки мои, тогда глупо подавлять какую-либо из них. Само усилие абсурдно: кто должен кого подавлять? кто с кем должен сражаться? Если вы не стесняетесь своего тела и чувствуете себя в нем легко и непринужденно, то вы сможете сделать первый шаг в правильном направлении. Тогда не возникнет ни разделения, ни подавления.
Если вы отделяете себя от своего тела, тем глубже ваше разочарование, потому что подавление невозможно. Можно заключить временное перемирие, но затем вы опять терпите поражение. И чем больше ваше отчаяние, тем значительнее разделение, тем шире пропасть, образующаяся между вами и вашим телом. Вы начинаете чувствовать по отношению к нему враждебность. Вам кажется, что тело слишком сильно, вот почему вы не в состоянии подавить его. И тогда вы решаете: "Отныне я буду более решительно бороться с ним!" Ум считает: "Тело слишком сильно, а я слаб. Придется сильнее на него надавить". Или иначе: "Нужно ослабить тело". Все аскезы являются всего лишь попытками ослабить тело. Но чем слабее ваше тело, тем слабее вы сами. Между вами и вашим телом всегда сохраняется относительное равновесие сил. Поэтому, прежде всего, не следует мыслить в терминах разделения. Такое разделение – на физическое и духовное, материальное и ментальное, сознание и материю – есть лишь лингвистическая бессмыслица порождена языком.

К примеру, на ваше высказывание я должен ответить "да" или "нет". У нас нет нейтрального отношения. "Да" всегда абсолютно; "нет" тоже абсолютно. Ни в одном языке нет нейтрального слова. Поэтому де Боно придумал новое слово: "по". Он предлагает использовать "по" как нейтральное слово. Оно означает: "Я выслушал вашу точку зрения. Я не говорю ни да ни нет".
Пользуйтесь словом "по", и изменится возможность. "По" искусственное слово, взятое де Боно из поэзии, или как гипотетическая возможность. Это нейтральное слово, в котором отсутствует оценка, порицание или поощрение, никаких обязательств ни за, ни против. Вас оскорбляют, а вы отвечайте: "по". И почувствуйте внутри себя разницу. Одно слово может так много изменить. Отвечая "по", вы как бы говорите: "Я услышал вас. Теперь я знаю, как вы ко мне относитесь. Может быть вы и правы; может быть вы ошибаетесь, Я не даю никакой оценки".
Язык порождает разделение. Даже великие мыслители лингвистически создают то, чего не существует. Спросите их: "Что такое ум?", они ответят: "Не материя". Спросите их: "Что такое материя?", они отвечают: "Не ум". Ни ум, ни материя не известны. Они определяют материю через ум, а ум через материю. Истоки же остаются неизвестными. Это абсурдно, но все равно так нам удобнее, чем просто признаться: "Я не знаю. Ничего об этом не известно".
Говоря "Ум это не материя", мы успокаиваемся, как если бы что-то было определено. Но этим ничего не объясняется. И ум, и материя остаются непознанными, но сказать "Я не знаю" было бы слишком расшатывающим для эго. В момент разделения нам кажется, что мы становимся хозяевами того, о чем не имеем ни малейшего представления.

Итак, первое, что нужно всегда помнить, это не начинать с разделения. Только тогда вы начнете правильно. Я не имею ввиду того, что начинать надо с понятия "Я един". В этом случае вы тоже начнете с понятия. Просто начинайте с неведения, в смиренном неведении, с "Я ничего не знаю".
Можно утверждать, что ум и тело раздельны, или занять противоположную позицию и сказать: "Я – един. Тело и ум суть одно". Но и это заявление предполагает разделение. Против чувства двойственности вы утверждаете единство. Это утверждение тоже является очень тонким подавлением.
Поэтому не начинайте с адвайты, недуалистической философии. Начинайте с сущего, а не с понятий. Начинайте с глубокого, не-концептуального сознания. Вот что я называю правильным началом. Начинайте чувствовать экзистенциальное. Не говорите "один" или "два"; не утверждайте "то" или "это". Начинайте чувствовать то, что есть. А чувствовать то, что есть, можно только тогда, когда нет ума, когда нет понятий, философий, доктрин и даже самого языка. Когда язык отсутствует, вы находитесь в сущем. Когда язык присутствует, вы находитесь в уме.
С языком каждый живет в своем обособленном мире. Без языка вы принадлежите к одному общему языку – сущему. Именно это я понимаю под медитацией: выпасть из личного языкового мирка и войти в бессловесное сущее.
Не живите в словесном мире. Глубже погружайтесь в само сущее. Используйте что угодно, но снова и снова возвращайтесь к уровню невербальности, к уровню сознания. Живите с деревьями, птицами, с небом, солнцем, облаками и дождем – живите с бессловесным сущим везде. И чем более вы делаете это, чем глубже вы погружаетесь в это, тем лучше вы почувствуете единство, которого нет в противопоставлении двойственности; единство, которое заключается не в соединении двух, а является единством материка с островом, который под водой океана составляет единое целое с материком. Эти два всегда были одним. Вам они кажутся отдельными, потому что вы смотрите только на поверхность.
Язык это поверхность. Все типы языка – религиозный, политический – находятся на поверхности. Когда живешь с бессловесным сущим, приходишь к тонкому единству, которое является не математическим, но экзистенциальным.
Не играйте в эти словесные игры: "Тело и ум различны", "Тело и ум одно". Оставьте их! Это интересно, но бесполезно. Эти игры никуда не ведут. Даже если вы найдете в них истину, это только словесная истина. Чему они могут вас научить? Многие тысячи лет ваш ум играет в одну и ту же игру, но это ребячество. Как бы серьезно вы в них не играли, не имеет значения. Вы можете найти множество вещей в поддержку своей позиции, много значений; но все это все равно игра. В повседневной жизни язык нужен, но с ним нельзя двигаться в более глубокие сферы, потому что эти сферы невербальны.
Язык – всего лишь игра. Если вы находите какие-то ассоциации между словесным и бессловесным, это не значит, что вы открыли какой-то важный секрет, вовсе нет. Можно обнаружить много ассоциаций, которые кажутся важными, но в действительности они таковыми не являются. Они есть, потому что ваш ум неосознанно породил их.

Это не значит, что это плохо. Я только хочу сказать, что если вы играете в такие игры и они доставляют вам удовольствие – прекрасно, но не обманывайтесь ими. А обмануться можно. Игра так увлекательна, вы погружаетесь в нее и растрачиваете массу энергии.
Люди считают: из-за того, что между языками так много сходного, все они должны происходить от какого-то общего языка. Но это сходство не из-за общего языка, а из-за сходности человеческого ума. Во всем мире в момент отчаяния люди произносят одинаковые восклицания; в момент любви тоже похожие звуки. Глубинное сходство человеческих существ порождает определенную похожесть и в наших словах. Но не воспринимайте все это всерьез, чтобы в этом не потеряться. Даже если вы найдете какие-либо важные истоки, они не имеют отношения к делу. Для духовного искателя это не имеет значения.
Наш ум так уж устроен, что отправляясь на поиски чего-либо, мы начинаем с предварительного мнения... Хорошее и плохое не есть противоположности; они существуют вместе. Человек способен быть и тем и другим. И вы найдете в нем то, что ищите. В одних ситуациях он будет хорошим, в других – плохим. Ваше суждение зависит больше от вашего определения, чем от ситуации. Все зависит от вашего взгляда на вещи.
Мы всегда находим то, что ищем. Не начинайте с установки найти что-либо. Просто начинайте! Вопрошающий ум ищет не чего-то определенного, а просто ищет. Просто ищет, без всяких предвзятых мнений, без определенной цели. Ведь мы находим то, что ищем.
Смысл Вавилонской башни в Ветхом Завете в том, что, как только вы начинаете говорить, вы разделяетесь. Дело не в том, что люди стали говорить на разных языках, а в том, что они вообще заговорили. Как только вы заговариваете, начинается разлад. Вы произносите что-либо, и вы разделены. Только молчание едино.
Многие люди растратили свои жизни на различные поиски. При серьезном отношении можно легко растратить свою жизнь. Игра словами так тешит эго, что вы всю свою жизнь можете этим заниматься. Даже если это интересная и игра, она бессмысленна для духовного искателя.

Духовные поиски это не игра.
В подобную же игру можно играть и с цифрами. Вы можете проводить параллели. Можно вычислить, почему в неделе семь дней, в октаве семь нот, существует семь сфер и семь тел. Почему всегда семь? Тогда вокруг этого вы создаете философию, но эта философия будет лишь продуктом вашего воображения.
Каждый создатель системы использует лотку для искажения, чтобы доказать свою точку зрения. Каждый! Те, кто хотят пребывать с истиной, не могут создать системы. Например, я никогда не смог бы создать системы, потому что для меня сама попытка сделать это является неверной.
То, что я говорю, всегда фрагментарно, незакончено. Там будет много промежутков, через которые невозможно перебросить мостики. Со мною вам придется перескакивать с одной точки на другую.
Систему создать легко, потому что все промежутки можно заполнить воображением. Тогда все становится очень аккуратным, чистым, логичным. Но, по мере того как все становится логичным, оно все дальше и дальше удаляется от экзистенциального источника.
Чем больше вы знаете, тем глубже вы чувствуете, что есть промежутки, которые невозможно заполнить. Сущее не бывает последовательно никогда. Система с необходимостью будет последовательна, но бытие само никогда не последовательно. И никакая система не может объяснить это. Когда человек создавал системы объяснения бытия (в Индии, Греции, Китае), он создавал игры. Если вы признавали правильным первый шаг, тогда вся система функционировала отлично; но если первый шаг не принимался, тогда все строение рушилось. Все это построение является упражнением в воображении. Это прекрасно. Поэтично. Но как только система начинает настаивать на том, что ее версия бытия является абсолютной истиной, она превращается в разрушительное насилие. Все эти системы истины – всего лишь поэзия. Прекрасная поэзия, и ничего больше. Многие промежутки были заполнены воображением.
Тот, кто очарован личностью учителя, может и не заметить промежутков в его учении, в то время как другие увидят там только промежутки и ни одного фрагмента истины. Для своих последователей Будда есть Будда (просветленный), а другие испытывают недоумение, потому что они видят только промежутки. Если все эти промежутки собрать вместе, то это будет губительно, но если собрать вместе все эти фрагменты истины, то это может послужить основой для вашей трансформации.

Истина неизбежно будет фрагментарна. Она так беспредельна, что ее не постичь нашим ограниченным умом. А если вы захотите постичь целое, вам придется расстаться со своим умом, превзойти его. Но если вы создадите систему, вы не потеряете свой ум, потому что он заполнит все промежутки. Система станет стройной; она будет впечатлять своей ясностью и разумностью, но не более того. Но для того чтобы преобразиться, нужно нечто большее: сила и энергия. И эта сила приходит только через фрагментарные проблески.
Не становитесь жертвами таких вещей. Настоящее – здесь и сейчас; оно с вами в данный момент. Просто работайте над собой. Даже если вы посетите все горы Меру, вам все равно придется возвратиться к самому себе. В конечном счете обнаруживаешь, что и гора Меру, и Тибет находятся здесь: "Здесь, внутри меня. А я столько повсюду бродил..."
Чем рациональнее система, тем быстрее она распадается, и должно быть введено нечто иррациональное. Но как только вы вводите иррациональный элемент, ум не выдерживает и начинает раскалываться. Поэтому не беспокойтесь о системах. Просто прыгните в "здесь и сейчас".

 

Глава 6
ПСИХОЛОГИЯ СНОВИДЕНИЙ

— Объясните, что вы называете сновидениями.
Мы обладаем семью телами: физическим, эфирным, астральным, ментальным, духовным, космическим и нирваническим. Каждое тело имеет свой тип сновидений. Физическое тело известно в западной психологии как сознание, эфирное – как подсознание, а астральное тело как коллективное бессознательное.
Психологические исследования не затрагивают эфирного тела, потому эфирные сновидения относят к первому, физическому телу. И отсюда большая путаница.
Эфирное тело во время сновидения может путешествовать. Оно может покидать ваше тело. Когда вы помните об этом, то это представляется вам сном, но это не сон в том смысле, как мы понимаем сны физического тела. Эфирное тело может выходить из вас, когда вы спите. Ваше физическое тело здесь, а ваше эфирное тело выходит и путешествует в пространстве. Для него нет ограничения в пространстве или расстоянии. Те, кто этого не понимает, кто не признает существования эфирного тела, объясняют это как сферу подсознания. Они разделяют человеческий ум на сознание и подсознание. Тогда физиологические сны называют "сознанием", а эфирные сновидения – "подсознанием". Они не подсознательны. Они так же сознательны, как и физиологические сны, но уже на другом уровне. Если вы начнете сознавать свое эфирное тело, то и сновидения из этой области станут осознанными.

Так же как и физиологические, эфирные сны могут быть стимулированы извне. Одним из методов вызывания эфирных видений и снов является мантра. Определенная мантра или определенная нада (слово, периодически звучащее в эфирном центре) могут порождать эфирные сновидения. Есть много способов. Звук – один из них.
Суфии для создания эфирных видений использовали запахи. Сам Мохаммед очень любил благовония. Определенный аромат порождает определенное сновидение.
Может быть использован и цвет. Лидбитер однажды имел эфирное видение голубизны – просто голубой цвет, но определенного оттенка. Он начал разыскивать этот особый голубой цвет на всех рынках мира. После нескольких лет поисков он наконец нашел где-то в Италии бархат этого оттенка. С помощью этого бархата вызывались эфирные сновидения и у других.
Когда вы глубоко погружаетесь в медитацию и видите цвета, ощущаете ароматы, слышите звуки и музыку, доселе неизвестные, то это тоже сны, сны эфирного тела. Сюда же относятся и так называемые духовные видения – это эфирные сны. Учителя, являющиеся своим ученикам, есть не что иное, как эфирные путешествия, эфирные сны. Но поскольку мы исследовали ум только на одном уровне бытия, физиологическом, то такие сны либо объяснялись языком физиологии, либо отрицались и отбрасывались, либо относились к области подсознания. Когда мы говорим, что что-то является частью подсознания, этим мы просто признаемся, что ничего об этом не знаем. Нет ничего подсознательного, но то, что осознано на более глубоком уровне, является неосознанным на предыдущем. Поэтому для физического тела эфирное является подсознанием; для эфирного астральное – тоже подсознание; для астрального подсознанием оказывается ментальное. "Сознание" – это то, что мы знаем; "подсознание" – это то, чего мы еще не знаем, неизведанное.

Есть также и астральные сны. В астральных сновидениях вы входите в свои предыдущие рождения. Это третье измерение ваших сновидений. Поскольку все ваши семь тел существуют одновременно, что-то из одной сферы может проникать в другую. Поэтому иногда даже в обычных снах содержатся фрагменты эфирного или астрального.
В первом, физическом, теле вы не можете путешествовать ни во времени, ни в пространстве. Вы ограничены своим физическим состоянием и определенным временем. Ваше физическое тело может видеть сны в этом определенном времени и пространстве, но не за пределами его. В эфирном теле вы можете путешествовать в пространстве, но не во времени. В астральной сфере, в третьем теле, вы можете путешествовать не только в пространстве, но и во времени. Астральное тело способно пересечь барьер времени, но только в направлении прошлого, не в будущее. Астральный ум способен проникнуть во всю бесконечную цепь прошлого, от амебы до человека.
В психологии Юнга астральный ум был назван коллективным бессознательным. Это ваша индивидуальная история рождений. Иногда она проникает в ваши обычные сны.Это уже не физический уровень сновидений, а астральный. Астральные сновидения имеют большое значение и смысл.

Четвертое тело – ментальное. Оно может путешествовать и в прошлое, и в будущее. В критических положениях иногда даже обычный человек может заглянуть в будущее. Если кто-то из ваших близких умирает, то это сообщение может быть передано вам даже в обычном сне. Поскольку вы не знаете никаких других уровней сновидений, поскольку вы не знаете никаких других возможностей, то весть может проникнуть в ваш обычный сон.
Но такой сон не будет ясным, потому что ему пришлось преодолеть многие барьеры, прежде чем он стал частью вашего сновидения. Каждый барьер что-то исключает, что-то изменяет. Каждое тело имеет свою собственную символику, и каждый раз, переходя из тела в тело, сон переводится в символы этого тела. И тогда все запутывается.
Если вы видите сон в четвертом теле непосредственно, а не через другие тела, тогда у вас есть возможность проникнуть в будущее. Но только в свое собственное будущее. Это все еще индивидуально, в будущее другого человека вы проникнуть не в состоянии.
Для четвертого тела и прошлое, и будущее так же реальны, как и настоящее. Прошлое, будущее и настоящее становятся одним. Все превращается в сейчас: сейчас, проникающее назад, сейчас, проникающее вперед. Уже нет ни прошлого, ни будущего, но время все еще остается. Время, даже как "настоящее", все же остается течением времени. Вам все еще приходится фокусировать свой ум. Вы можете видеть прошлое, но для этого вам нужно фокусировать свой ум в этом направлении. Вы как бы временно исключаете настоящее и будущее. Когда вы сосредоточиваетесь на будущем, исчезают настоящее и прошлое. Вы сможете видеть и настоящее, и прошлое, и будущее, но раздельно, не как одно. И вы сможете видеть только свои собственные индивидуальные сновидения, сны, принадлежащие вам как отдельной личности.

Пятое, духовное тело выходит за пределы индивидуального и за пределы времени. Теперь вы в вечности. Ваше сновидение касается не вас как такового, а сознания целого. Теперь вы знаете все прошлое всего сущего, но не знаете его будущего.
Через пятое тело получили воплощение все мифы о творении. Они повсюду одинаковы. Отличаются символы, немного разнятся истории, но, независимо от того, христианские они, индуистские, иудейские или египетские, все мифы о творении – как был создан мир, как он возник все они параллельны, все они имеют общую подоплеку. Эти записи относятся к пятому, духовному телу. Пятое тело способно видеть их во сне.

Чем глубже вы проникаете внутрь, тем больше сон приближается к реальности. Физиологические сновидения не очень реальны. Хотя определенная реальность у них есть. Эфирные уже ближе, астральные еще ближе, ментальные приближаются к реальности и, наконец, в пятом теле, вы достигаете подлинной реальности в своих сновидениях. Это способ познания реальности. И сновидением это не назовешь. Но, до некоторой степени, это и сновидение, потому что реальность не присутствует объективно. Она обладает объективностью, но проявляется как субъективное переживание.
Два человека, пребывающие в пятом теле, могут одновременно видеть одинаковые сны, что до того было невозможно. Обычно нельзя видеть общие сны, но начиная с пятого тела, один и тот же сон одновременно могут видеть многие. Вот почему такие сновидения в каком-то смысле объективны. Мы можем их сравнивать. Именно таким образом многие люди, видя сны в пятом теле, узнавали одинаковые мифы. Эти мифы не были придуманы отдельными личностями. Они были созданы целыми школами, совместным трудом определенных традиций.
Итак, пятый вид сновидений гораздо реальнее предыдущих четырех, которые в определенном смысле нереальны, так как они индивидуальны. Никто другой не может разделить это переживание, и невозможно проверить его достоверность, не является ли оно фантазией. Фантазия – это ваша проекция; сновидение же это нечто, не существующее как таковое, но узнанное вами. Когда вы идете внутрь, все менее иллюзорными и фантастичными становятся сновидения, тем они объективнее, реальнее, истиннее.
Все богословские понятия созданы пятым телом. Они могут различаться языком, терминологией, своими концепциями, но в основе своей они одинаковы. Все это – сновидения пятого тела.

В шестом, космическом, теле вы переходите границы сознания, подсознания, материи, разума. Все различия исчезают. Шестое тело видит во сне космос. Вы переступаете порог сознания, и подсознательный мир становится осознанным. Теперь все является живым и сознающим. Даже то, что мы называем материей, сейчас является частью сознания.
В шестом теле были постигнуты космические мифы. Вы превзошли индивидуальное, вы превзошли сознательное, вы превзошли пространство и время, но все еще остается язык. Он на что-то указует, он что-то обозначает. Теории о Брахмане, майе, о единстве и бесконечности – все они были постигнуты в шестом теле. Те, кто видел сны в космическом измерении, были создателями великих систем, великих религий.
Через шестой тип ума сны идут в терминах бытия, а не в терминах небытия; в терминах позитивного существования, не в терминах не-существования. Здесь присутствует привязка к существованию и страх небытия. Материя и сознание стали едины, но не бытие и небытие. Существование и не-существование все еще раздельны. Это последний барьер.

Седьмое тело, нирваническое, переходит границы позитивного и делает прыжок в ничто. У него свои сновидения: о небытии, о ничто, о пустоте. "Да" осталось далеко позади, даже "нет" перестало сейчас быть "нет"; ничто не является ничем. Наоборот, это ничто стало еще более бесконечным. Позитивное должно иметь границы, оно не может быть вечным. Только отрицательное не имеет границ.
У седьмого тела свои сны. Теперь уже нет ни форм, ни символов. Есть только бесформенное. Теперь нет звука, есть только беззвучное – абсолютное безмолвие. Эти сны безмолвия всеобъемлющи, бесконечны.

 

Чем ближе вы к центру, чем в более высоком теле вы оказываетесь, тем ближе друг к другу сон и реальность. Подобно тому как радиусы круга сближаются, подходя к центру, и расходятся, приближаясь к окружности, сны и реальность сближаются, когда вы приближаетесь к своему центру, и расходятся по мере вашего ухода на периферию.
Есть приемы, которые позволяют быть сознающим в своем эфирном теле. Все методы внутреннего воздействия, такие как джапа (повторение мантр), отделяют вас от внешнего мира. Если вы заснете, постоянное повторение вызывает гипнотический сон. И вы будете видеть сны. Но если вы сумеете постоянно сознавать свою джапу, и она не возымеет гипнотического влияния на вас, тогда вы узнаете реальность эфирного тела.

В третьем, астральном, теле ощутить разницу между снами и реальностью еще труднее, потому что они еще больше сближаются. Если вы знаете само астральное тело, а не только астральные сны, тогда вы преодолеваете страх смерти. С этого момента вы знаете свое бессмертие. Но если это только астральный сон, а не реальность, то вы будете парализованы страхом смерти. Страх смерти – вот момент различения и пробный камень.
Тот, кто верит в бессмертие души и бесконечно повторяет это, пока не убедит себя, не в состоянии различать между реальностью астрального тела и астральным сном. В бессмертие не нужно верить; его нужно знать. Но прежде чем узнать, человек должен пройти через сомнения и неуверенность. Только тогда можно убедиться, действительно ли знаешь или просто выдумал. Если выверите в бессмертие души, то эта вера может проникнуть в ваш астральный ум. Тогда у вас будут сновидения, но сновидения и только. Но если у вас не вера, а жажда найти и узнать, когда вы не знаете, что ищите, что найдете, когда у вас нет предвзятых мнений – если вы просто ищите в пустоте, тогда вы познаете различие. Те, кто верит в бессмертие души, в прошлые жизни, те, кто принимают все это на веру, те просто видят астральные сны, но не знают реальности.

В четвертом, ментальном, теле сновидение и реальность становятся соседями. Они так похожи друг на друга, что вероятность принять одно за другое очень велика. Ментальное тело имеет сны, совершенно схожие с реальностью. Есть способы порождать такие сны – методами йоги, тантры и другими. Человек, практикующий голодовки, одиночество, темноту, создает сновидения четвертого типа – ментальные сновидения. Они будут казаться более реальными, чем окружающий нас мир.
В четвертом теле ум достигает вершины творчества – ему не мешает ничто объективное и материальное. Он обладает полной свободой творчества. Поэты, художники – все они живут в четвертом типе сновидений. Все искусство создано четвертым типом сновидений. Тот, кто видит сны четвертой области, может стать великим художником. Но не знающим.
В четвертом теле нужно сознавать все созданное умом. Не следует ничего проецировать; иначе оно осуществится. Нельзя ничего желать, иначе очень возможно, что желание осуществится. Не только внутри, но и снаружи желания могут исполниться. В четвертом теле ум так силен и так кристально чист, потому что четвертое тело является последним прибежищем ума. За пределами начинается не-ум.

Четвертое тело является первоисточником ума, поэтому можно сотворить все, что угодно. Нужно быть постоянно бдительным, чтобы не было никаких желаний, фантазий, образов; ни бога, ни гуру. Иначе вы их создадите из самих себя. Вы будете их творцом! Лицезреть их такое блаженство, что непреодолимо хочется их создавать. Это последнее препятствие для садхака, ищущего. Если преодолеть его, то больших барьеров уже не будет.
Если в четвертом теле вы просто сознаете и являетесь свидетелем, тогда вы знаете реально. Иначе ваши сны продолжаются. И никакая действительность не сравнится с этими сновидениями. Блаженство их ни с чем не сравнимо. Поэтому нужно сознавать экстаз, счастье, блаженство и постоянно остерегаться любых образов. Как только появляется образ, четвертый ум впадает в сон. Один образ влечет за собой другой, и вы продолжаете спать.
Четвертый тип снов можно предотвратить только оставаясь свидетелем. Здесь все дело в свидетельствовании, потому что если сон присутствует, то вы с ним отождествляетесь. Отождествление – есть сон, что касается четвертого тела. В четвертом теле сознавание и свидетельствование являются путем к реальному.
В пятом теле сон и реальность становятся одним. Исчезает всякая двойственность. Теперь нет и речи об сознавании. Даже если вы не сознаете, вы будете сознавать свое несознавание. Теперь сон становится отражением реальности. Есть различие, но нет разграничения. Если я вижу себя в зеркале, то нет отличия между мной и моим отражением, но есть разница. Я настоящий, а оно не настоящее.
Пятый ум, если он воспитывал в себе различные понятия, может обрести иллюзию знания себя только потому, что он видел себя в зеркале. Он будет знать себя, но не таким, как он есть, а только свое отражение. В этом единственная разница. Но это по-своему опасно. Опасность заключается в том, что вы можете удовлетвориться отражением, и зеркальное отображение будет принято за реальность.

Для самого пятого тела это не представляет большой опасности, но для шестого тела это опасно. Если вы видели себя только в зеркале, тогда вы не сможете перейти грань, отделяющую пятое от шестого. Через зеркало эту границу перейти нельзя. Многие оставались в пятом теле. Те, кто утверждают, что существует бесконечность душ и каждая душа имеет свою индивидуальность – эти люди задержались на пятом теле. Они узнали себя, но не непосредственно, не прямо, а только через посредство зеркала.
Откуда же это зеркало? Оно возникает от культивирования понятий: "Я – душа. Вечная, бессмертная. За пределами смерти, за пределами жизни". Представить себя душой, не зная этого, и значит создать зеркало. Тогда вы не узнаете себя таким, какой вы есть, но только таким, каким вы отражаетесь в своих понятиях. И единственная разница в том, что, если знание приходит через зеркало, это сновидение; а если оно прямо, непосредственно, безо всяких зеркал, тогда оно истинное. Это единственная, но очень важная разница – не в отношении к уже пройденным телам, а к тем, которые еще предстоит пройти.

Как можно осознать, видишь ли ты сны в пятом теле или живешь в реальности? Путь один: оставить все писания, расстаться с видами философий. Теперь не должно быть никакого гуру; иначе гуру станет зеркалом. С этого момента вы совершенно одиноки. Никого нельзя брать в проводники, иначе проводник превратится в зеркало.
С этого момента полное и совершенное одиночество. Не одинокость, а одиночество. Одинокий человек всегда соотносит себя с другими; одиночество – это быть наедине с собой. Я одинок, когда нет связи между мной и другими, одиночество – это когда я есть.

Теперь нужно находиться в одиночестве во всех измерениях: словах, понятиях, теориях, философиях, доктринах; гуру и писаниях; христианстве и индуизме; Будде, Христе, Кришне, Махавире. Необходимо пребывать в одиночестве; иначе все что угодно станет зеркалом. Будда может стать зеркалом. Очень дорогим, но очень опасным.
Если вы абсолютно наедине с собой, нет ничего, в чем бы вы могли отражаться. Поэтому ключом пятого тела является медитация. Это значит, что вы находитесь в совершенном одиночестве, что вы свободны от всякого умственного процесса. Это значит быть без ума. Если есть хоть какой-нибудь тип ума, он превращается в зеркало, и вы в нем отражаетесь. Теперь нужно быть не-умом, без мыслей, без размышлений.

В шестом теле нет зеркала. Есть только космическое. Вы исчезли. Вас нет; нет видящего сны. Но сновидения могут существовать и без того, кто их видит. А когда есть сон и нет того, кто его видит, этот сон кажется истинной реальностью. Ума нет, думать некому, тогда то, что известно, действительно известно. Оно становится вашим знанием. Проплывают мифы о творении. Вас нет; что-то просто проплывает мимо. Некому ни судить, ни видеть сны.
Но ум, которого нет, все же есть. Уничтоженный ум все же существует не как индивидуальность, но как космическое целое. Вас нет, но есть Брахма. Вот почему говорят, что весь мир – это сон Брахмы. Весь этот мир – сновидение, майя. Не сон какого-то индивидуума, но сон всего целого. Вас нет, а целое видит сны.
Когда все стало частью бесформенного, когда все возвратилось к первоисточнику, тогда все есть и в то же самое время его нет. Позитивное – это единственное, что осталось, через него нужно перескочить.

Итак, если в шестом потеряно позитивное, вы проникаете в седьмое. Реальность шестого является дверью в седьмое. Если не осталось ничего позитивного, ни мифа, ни образа, тогда сновидения прекращаются. Тогда есть только то, что есть: таковость. Теперь не существует ничего, кроме сущего. Предметов нет, но есть источник. Нет дерева, но есть семя.
Те, кто знали, назвали этот тип ума самадхи с семенем, сабиджа самадхи. Все исчезло; все вернулось к первоисточнику, к космическому семени. Дерева нет, но семя есть. И из этого семени все еще возможны сновидения, поэтому даже само семя должно быть уничтожено.
В седьмом нет ни сновидений, ни реальности. Видеть что-то реальное можно только до тех пор, пока возможны сновидения. Когда же нет возможности снов, тогда не существует ни реальное, ни иллюзорное. Итак, седьмое – это центр. Здесь сон и реальность стали одно. Между ними нет никаких различий. Вы либо видите сны о ничто, либо знаете ничто, но ничто остается тем же.
Если я вижу вас во сне – это иллюзия. Если я вижу вас наяву – это реальность. Но если я вижу во сне ваше отсутствие или вижу наяву ваше отсутствие – это одно и то же. Если вам снится отсутствие чего-то, то сон будет сходен с самим отсутствием. Разница существует только в терминах чего-то позитивного. Поэтому вплоть до шестого тела существует различие. В седьмом теле остается только ничто. Отсутствует даже семя. Это нирбиджа самадхи, самадхи без семени. Теперь сновидения невозможны.

Итак, есть семь типов снов и семь типов реальностей. Они взаимопроникают. Из-за этого много неразберихи. Но если вы уясните себе различие между ними, это вам поможет.
В Америке пытаются изучать сновидения лабораторными методами. Таких лабораторий много, но используемые методы касаются только физиологии. Необходимо обратиться к йоге, тантре и другим эзотерическим методам, если хотят познать весь мир сновидений. Каждый тип снов имеет свой параллельный тип реальности, если не будет познана вся майя, весь мир иллюзий, то невозможно познать реальность. Только через иллюзорное можно познать реальность.
Но не принимайте все, что я вам тут наговорил, за теорию, систему. Просто примите это как отправную точку и начинайте видеть сны осознанно. Только когда вы будете сознательны в своих сновидениях, вы сумеете познать реальность.

Мы не сознаем даже свое физическое тело. Мы его не ощущаем. Только когда какая-нибудь часть его заболевает, начинаем мы сознавать его. Но нужно осознать свое тело в здоровье. Сознавание своего тела в случае болезни – мера чрезвычайная. Вы должны сознавать свое собственное тело: как оно работает, его тонкие ощущения, его музыку, его молчание. Иногда тело ваше молчит, иногда оно шумит, иногда расслаблено. В каждом состоянии ощущения совершенно иные, и так жаль, что мы этого не сознаем. Когда вы ложитесь спать, в теле происходят тонкие изменения. Когда вы утром пробуждаетесь, опять происходят изменения. Это нужно ощущать.
Собравшись открыть глаза утром, не делайте это немедленно. Когда вы ощутили, что сон прошел, осознайте свое тело. Не открывайте пока глаз. Что с вами происходит? Внутри вас происходят большие изменения. Сон покидает вас и ему на смену идет бодрствование. Вы видели, как восходит солнце, но не видели, как поднимается ваше тело. Оно по-своему прекрасно. У тела есть свое утро и свой вечер. Это называется сандхья: момент трансформации, момент изменения.

Когда вы засыпаете, молча наблюдайте, что происходит. Вот идет сон. Сознавайте! Только тогда вы сумеете осознать свое физическое тело. Когда вы узнаете внутренние чувства, внутренние потребности, внутренние ритмы своего тела, тогда вы сумеете понять язык ваших сновидений, в которых они отражаются.
Мы не понимаем язык нашего собственного тела. Тело имеет свою мудрость. У него тысячелетний опыт. В моем теле заключен опыт моих отца и матери, и их родителей, и так далее в течение многих веков, за которые семя моего тела развилось в то, чем оно является. Тело имеет свой язык. Прежде всего нужно понять язык тела.

И только тогда откроется новая возможность: осознать свое эфирное тело. Только тогда, и не ранее того. Вы становитесь тоньше. Вы в состоянии ощущать на более тонком уровне звуки, запахи, оттенки. Тогда во время ходьбы вы будете знать, что идет ваше физическое тело, а эфирное тело не идет. Это различие становится предельно ясным. Вы принимаете пищу: ест физическое, а не эфирное тело. Существуют эфирная жажда, эфирный голод, эфирные стремления, но их можно распознать только тогда, когда полностью познано физическое тело. И постепенно будут узнаны и другие тела.

Сновидения – это одно из величайших явлений. Оно все еще скрыто, неразгадано, непознано. Это часть тайного знания. Но сейчас пришло время, когда все тайное должно стать явным.
Сон – одна из важнейших эзотерических сфер. Я вам кое-что рассказал об этом, чтобы вы могли начать сознавать, но я не сказал вам всего. Это не нужно и не полезно. Я оставил промежутки. Если вы займетесь этим, все промежутки автоматически заполнятся. Я дал вам только внешние очертания. Этого недостаточно для того, чтобы построить вокруг этого теорию, но достаточно для того, чтобы вы могли начать.

 

Глава 7
ПРЕВОСХОЖДЕНИЕ СЕМИ ТЕЛ

— Иногда трудно совместить индийские слова с терминами западной психологии. же нам перевести все эти различные тела на наш язык?
К этим семи телам можно подойти с разных сторон. Если для вас эти термины трудны, называйте их просто "первое", "второе", "третье" и т.д. Описывайте их без терминов. Самого описания будет достаточно; терминология не существенна. А если нет общих терминов в употреблении, можно создать новые. Это даже лучше, потому что новые термины не имеют старых, побочных оттенков значения. Поэтому создавайте новые слова.
Эфирное означает то, что связано с небом и пространством. Астральное означает мельчайшее, сукшма, последнее, атом, за пределами которого исчезает материя.
...Затем мы подходим к седьмому, нирваническому. Нирванический означает полное прекращение, абсолютная пустота. Не существует даже семени; все исчезло. Лингвистически это значит "угасание пламени". Пламя потухло, свет погас. Тогда не спрашивают, куда он ушел. Он просто перестал быть.
Нирвана означает пламя, которое потухло. Теперь его нет нигде либо оно повсюду. У него нет определенного места существования, нет определенного времени или момента существования. Теперь оно – само пространство, само время. Оно есть бытие или небытие; это безразлично. Поскольку оно повсюду, можно воспользоваться и тем и другим словом. Если оно где-то, оно не может быть повсюду, а если оно повсюду, оно не может быть где-то, поэтому нигде и повсюду означают одно и то же. И для седьмого тела приходится пользоваться словом "нирваническое", потому что более подходящего слова нет.

Слова сами по себе значений не имеют. Только пережитое имеет смысл. Только если вы испытали что-либо из этих семи тел, для вас это обретет смысл. Чтобы помочь вам, существуют различные методы для использования на каждом плане.
Начинайте с физического. И тогда вам откроется каждый последующий шаг. Как только вы начнете работать над первым телом, вы получите представление о втором. Поэтому начинайте с физического. Ощущайте, сознавайте его от момента к моменту. И не только внешне. Можно ощущать свое тело и изнутри. Я ощущаю свою руку такой, какой я вижу ее снаружи, но есть также и внутреннее ощущение ее. Когда я закрываю глаза и не вижу руки, остается внутреннее ощущение того, что там что-то есть. Сознавайте свое тело не таким, каким вы его видите снаружи. Это не приведет вас внутрь. Внутреннее чувство совершенно иное.
Когда вы ощутите тело изнутри, вы впервые узнаете, что это такое, быть внутри тела. Когда вы видите его только снаружи, вы не можете узнать его секретов. Вы знаете только внешние его очертания, каким оно представляется другим. Если я вижу свое тело извне, я знаю его таким, каким его видят другие, но не знаю его таким, какое оно для меня.
Только когда я увижу ее изнутри, она становится моей, и этим нельзя поделиться. Вам недоступно знать, как я ощущаю свою руку изнутри. Только я знаю это. То тело, которое знаем мы, не наше тело. Оно объективно известно всем, врач может исследовать его в лаборатории. Это не то тело, которое есть. Только личное знание может вести вас внутрь; общедоступное этого не может. Вот почему ни физиология, ни психология, занимающиеся наблюдениями извне, не привели к знанию наших внутренних тел. Известно только физическое тело.
Поэтому первый шаг – ощущение тела изнутри. В различных ситуациях тело будет иначе ощущаться изнутри. Ощущение лени отличается от чувства активности; совсем иное состояние, когда вам хочется спать. Эти различия нужно хорошо знать. Только тогда сумеете вы познакомиться с внутренней жизнью своего тела. Тогда вы узнаете внутреннюю историю и внутреннюю географию самого себя в детстве, юности, старости. Как только человек начинает полностью сознавать свое тело изнутри, автоматически появляется в поле зрения второе тело. Теперь вы будете знать его снаружи. Если вы знаете первое тело изнутри, вы начинаете сознавать второе тело снаружи.

Находясь снаружи первого тела, невозможно узнать второе, но изнутри первого можно увидеть внешнюю сторону второго. Каждое тело имеет два измерения: внешнее и внутреннее. Так же как стена имеет две стороны – одна обращена наружу, вторая обращена внутрь – каждое тело имеет очертания, стену. Узнав первое тело изнутри, начинаешь ощущать второе тело снаружи.
Теперь вы находитесь в промежутке: внутри первого и снаружи второго. Это второе тело, эфирное тело, подобно густому туману. Сквозь него можно беспрепятственно пройти; но оно непрозрачно; в него нельзя заглянуть снаружи. Первое тело плотное, второе тело имеет такую же форму, как и первое, но оно не плотное.
Когда первое тело умирает, второе живет тринадцать дней. Оно путешествует с вами. Затем, через тринадцать дней оно тоже умирает. Оно растворяется, исчезает. Если вы узнаете свое второе тело при жизни первого, то вы сможете ощущать, как это происходит.
Второе тело может выходить из первого. Иногда во время медитации это второе тело поднимается или опускаются, и вам кажется, что силы тяжести не воздействуют на вас, что вы покинули землю. Но открыв глаза, вы убеждаетесь, что находитесь на земле и не покидали ее. Для второго тела не существует закона гравитации, и когда вы узнаете свое второе тело, вы ощущаете особое чувство свободы, неизвестное первому телу. Теперь вы можете покидать свое тело и возвращаться в него.

Это вторая ступень познания переживаний второго тела. И метод не представляет сложности. Просто пожелайте выйти из своего тела, и вы окажетесь за пределами его. Само желание является исполнением. Нет необходимости делать усилия, потому что отсутствует сила притяжения.. если отсутствует сила притяжения, то достаточно просто желания. Поэтому во втором теле просто скажите: "Я за пределами тела". Просто пожелайте. И вы будете за пределами его.
Боль при родах заключена не в первом, а во втором теле. Благодаря гипнозу рождение ребенка может стать абсолютно безболезненным только благодаря внушению. Есть первобытные общества, в которых женщины не знают родовых мучений только потому, что им это просто не приходило в голову. Но каждый тип цивилизации создает общие предположения, которые потом становятся неотъемлемой частью ожиданий каждого.
Под гипнозом нет боли. Под гипнозом можно даже делать операции, потому что если второму телу внушить, что не будет больно, то никакой боли человек не будет испытывать. всякая боль, как впрочем и всякое удовольствие, идет от второго тела и распространяется на первое. Поэтому, если изменить внушение, доставлявшее боль начнет доставлять удовольствие и наоборот.

Измените предположение, измените эфирный ум. И все изменится. Будьте целостны в своем желании, и оно исполнится. Единственно, что отличает желание от воли, так это целостность. Когда вы чего-нибудь пожелаете полностью, целиком, всеми силами своей души, оно превращается в силу воли. Если вы целостны в своем желании выйти из тела, вы сможете это. Только тогда появляется возможность узнать второе тело изнутри. Когда вы выходите за пределы своего физического тела, вы уже не находитесь посредине: внутри первого и снаружи второго. Теперь вы уже внутри второго. Первого тела нет.
Теперь вы можете начать сознавать свое второе тело изнутри так же, как вы до того сделали это с первым телом. Ощутите его внутреннюю работу, его внутренний механизм, его внутреннюю жизнь. При первой попытке будет трудно, но после этого вы всегда будете пребывать в двух телах: первом и втором. Ваше внимание будет теперь сосредоточено в двух измерениях, двух сферах.

 

Как только вы войдете во второе тело, вы окажетесь снаружи третьего, астрального, тела. Что касается астрального, то здесь нет необходимости даже в воле. Достаточно простого желания быть внутри. Речь уже не идет о целостности. Если вам хочется войти, вы можете это сделать. Астральное тело газообразно, так же как и второе тело, но оно еще и прозрачно. Как только вы выходите за пределы, вы попадаете внутрь. Вы толком и знать не будете, где вы: снаружи или внутри, потому что граница прозрачна.
Астральное тело таких же размеров, как и первые два тела. До пятого тела размер у них одинаков. Содержание меняется, но размеры остаются те же – до пятого. У шестого тела размер космический. У седьмого тела вообще нет размера, даже космического.
Четвертое тело не имеет совершенно никаких границ, внутри третьего тела нет даже прозрачной стены. Есть очертание, но нет стены, поэтому нет необходимости ни в каком методе, чтобы туда проникнуть. Тот, кто достиг третьего, может легко войти в четвертое.
Но выйти за пределы четвертого так же трудно, как и за пределы первого, потому что заканчивается ментальное. Пятое – это духовное тело.

Пятое тело – духовное. Прежде чем его достичь, нужно преодолеть стену, но не такую, как между первым и вторым. Теперь стена между различными измерениями. Начинается новый план.
Четыре нижних тела принадлежат одному плану. Разделение между ними шло по горизонтали. Теперь оно идет по вертикали. И стена между четвертым и пятым телами выше, чем между любыми из низших тел – потому что наш взгляд традиционно горизонтален, а не вертикален. Мы смотрим из стороны в сторону, а не вверх и вниз. Но движение от четвертого к пятому это переход из низшего плана в высший. Различие уже не между наружным и внутренним, а между низом и верхом. Перейти к пятому нельзя до тех пор, пока вы не начнете смотреть вверх.
Рассудок всегда смотрит вниз. Вот почему йога против рассудка. Ум течет вниз как вода. Огонь является символом многих систем. Огонь устремлен вверх; и никогда вниз. Поэтому огонь – символ продвижения от четвертого к пятому. Нужно перестать смотреть вниз, нужно глядеть вверх.

Но как же взглянуть вверх? Каков способ? Вы, наверное, слышали, что во время медитации глаза должны быть устремлены на аджна-чакру. Глаза должны быть сфокусированы вверх, как будто вы хотите увидеть свой череп изнутри. Глаза это только символы. Главное – это видение. Наше зрение, наша способность видеть ассоциируется с глазами, они же становятся средством внутреннего видения. Если вы поднимите глаза вверх, ваше видение также обратится вверх.

Раджа-йога начинается с четвертого тела. Только хатха-йога начинает с первого; другие йоги – с других тел. По мере того как цивилизация прогрессирует к четвертому телу, многие смогут начинать с него. Но только тогда можно начинать с четвертого тела, когда три низших тела были проработаны в прошлых жизнях. Только тогда идет четвертое. Четвертое тело, это последнее, с которого можно начинать.
Есть четыре вида йоги: хатха-йога – для первого тела, мантра-йога – для второго, бхакти-йога – для третьего, раджа-йога – для четвертого. В старину все должны были начинать с первого тела, но сегодня существует так много разных людей: одни дошли до второго тела в своей предыдущей жизни, другие – до третьего и т.д. Но что касается сновидений, то нужно начинать с первого тела. Только тогда вы узнаете все его диапазоны и пределы.
В четвертом теле ваше сознание должно уподобиться огню устремиться вверх. Есть много способов проверки этого. Например, если ум направлен на секс, это подобно течению воды вниз, потому что половой центр находится внизу.
В четвертом теле нужно направлять свои взор вверх, а не вниз. Если сознанию предстоит подниматься вверх, то необходимо начинать с центра над глазами, но не ниже. Есть только один центр выше глаз, с которого можно двигаться вверх – аджна. Глаза следует направлять вверх, в третий глаз.
Как только оба глаза обращаются вверх к третьему глазу, в этом центре возгорается сильное пламя. В нем ощущается жжение. Открывается третий глаз и его нужно охлаждать. Для этого в Индии используют сандаловую пасту. И она не только охлаждает; она обладает характерным запахом, имеющим отношение к третьему телу и его превосхождению. Прохладный аромат пасты и особое место ее нанесения становятся напоминанием о третьем глазе, привлечением внимания вверх.
Если вы закроете глаза и я дотронусь пальцем до места вашего третьего глаза, я, по сути, к нему самому не прикасаюсь, но вы все равно его ощутите. Достаточно даже такого прикосновения. Никакого давления, всего лишь легкое касание. Так что вполне достаточно аромата, нежного прикосновения и ощущения прохлады, чтобы ваше внимание было всегда направлено на третий глаз.

Чтобы пройти четвертое тело, есть только одна методика, один метод: смотреть вверх. Ширшасана – стойка на голове; перевернутая поза тела использовалась как такой метод, потому что наши глаза обычно обращены вниз. Даже если вы стоите на голове, вы все равно будете смотреть вниз. Но теперь вниз означает вверх. Течение энергии вниз будет преобразовано в восходящее течение.
Вот почему многие принимают перевернутые позы. Они начинают делать ширшасану, потому что изменилось направление потока энергии. Разум настолько привык к нисходящему потоку энергии, что когда она меняет направление, им не по себе. Становясь на голову, они успокаиваются, потому что энергия опять течет вниз. Но по отношению к вашим центрам, вашим чакрам, это будет не нисходящим, а восходящим движением.
Ширшасана использовалась как метод перехода из четвертого в пятое тело. Главное, что нужно запомнить, это смотреть вверх. Это может быть тратак (пристальное глядение на определенный предмет), концентрация на солнце, много разных способов. Но лучше всего делать это внутри. Просто закройте глаза!

Все-таки сначала нужно пройти первые четыре тела, иначе это не поможет.
Вся ваша система должна быть в гармонии. Если вы еще не познали свое физическое тело изнутри, тогда ваше сознание должно быть направлено вниз. Это будет здоровым, верным подходом. Никогда не пытайтесь повернуть вверх ум, движущийся вовне; иначе все закончится расщеплением и шизофренией.
Гурджиев уподоблял такого человека дому, где отсутствует хозяин, а каждый слуга заявляет, что хозяин именно он. Когда кто-нибудь стучится в дом, слуга, ближайший к двери, разыгрывает из себя хозяина. На следующий день другой слуга открывает дверь и заявляет, что он хозяин.
У шизофреника нет центра. И мы все такие! Мы только немного приспособились к обществу, только и всего. Разница только в степени. Хозяин отсутствует или спит, и наша каждая часть заявляет о своих правах.

Я советую вам не экспериментировать с методиками смотрения вверх до того, как будут пройдены первые четыре тела. Лучше всего начинать практиковать те методики, которые начинают с самого начала. Если в своих предыдущих рождениях вы прошли уже три первые тела, тогда сейчас вы очень быстро пройдете их. Не возникнет никаких затруднений. Вы уже знаете пространство, вы знаете путь. Они промелькнут перед вами и вы узнаете их – ведь вы их уже прошли! Тогда вы сможете идти дальше. Поэтому я настаиваю на том, чтобы каждый всегда начинал с первого тела. Каждый!
Двигаться за пределы четвертого тела очень важная вещь. Вплоть до четвертого тела вы – человек. А теперь вы становитесь сверхчеловеком. За пределы четвертого – значит за пределы человеческого. Нельзя отнести Христа к разряду людей; Будда, Махавира, Кришна, все они выходят за пределы человеческого. Они сверхчеловеки. Взгляд наверх – это прыжок из четвертого тела.
начиная со второго тела, происходит расцвет человеческого существа. Нам кажутся сверхлюдьми те, кто находятся в четвертом теле. Эйнштейн или Вольтер кажутся сверхчеловеками. ни являют собой полный расцвет человеческого существа, а мы находимся ниже человеческого уровня, потому они выше нас. Но они не поднялись над человеческим. Только Будда, Христос или Заратустра более чем люди. Взглянув вверх, подняв свое сознание вверх от четвертого тела, они перешли границу ума. Они превзошли ментальное тело.

Есть притчи, в которых стоит разобраться. Мохаммед говорит, что, когда он взглянул вверх, что-то снизошло к нему сверху. Мы объясняем это "сверху" географически, и небо становится жилищем богов. Для нас "верх" значит небо; "низ" значит пространство под землей. Но при таком объяснении символ не был понят. Когда Мохаммед смотрит вверх, он смотрит не на небо; он смотрит на аджну. Когда он говорит: нечто снизошло сверху – это правильное ощущение. Но для нас "верх" имеет иное значение.
На всех изображениях Заратустра смотрит вверх, его глаза никогда не бывают опущены вниз. Он смотрел вверх, когда впервые увидел божественное. Божественное сошло к нему в виде огня. Вот почему персы поклонялись огню. Ощущение огня приходит из аджны. Когда устремляешь взор кверху, эта точка начинает пылать, как будто все горит. Благодаря этому горению вы преображаетесь. Нижняя сущность сгорает, уничтожается, и рождается высшее существо. Вот что означает "пройти сквозь огонь".

 

После пятого тела вы попадаете в другую область, в другое измерение. Движение от первого тела к четвертому идет от внешнего к внутреннему, от четвертого к пятому снизу вверх; от пятого тела движение идет от эго к не-эго. Это совершенно другое измерение. Речь идет не о внешнем и внутреннем, восхождении или нисхождении. Вопрос теперь в "я" и "не-я". Все дело теперь в том, есть центр или его нет.
До пятого тела человек не имеет центра – расщеплен на множество частей. Только в пятом теле есть центр: единство, целостность. Но центр становится эго. Теперь этот центр будет препятствием дальнейшему росту. Каждый шаг, который был помощью, становится помехой для дальнейшего прогресса. Вам придется оставлять все те мосты, которые вы проходите. Они помогли вам перебраться на другой берег, но, если вы будете привязаны к ним, они станут помехой.
Вплоть до пятого тела нужно создавать центр. Гурджиев называет этот пятый центр кристаллизацией. Теперь нет слуг, хозяин взял все в свои руки и стал настоящим хозяином. Он пробудился, он возвратился. В присутствии хозяина слуги умолкают и хранят молчание.

Когда вы входите в пятое тело, происходит кристаллизация эго. Но теперь для дальнейшего движения эта кристаллизация должна быть снова утеряна. Утеряна в пустоте, в космосе. Только тот, кто имеет, может потерять, потому говорить о неэгоистичности (отсутствии эго) до пятого тела нелепо и абсурдно. У вас нет эго, как вы его можете потерять. Или можно сказать, что у вас много эго, так как каждый слуга имеет свое эго. Вы мульти-эгоистичны, мультиличностны, мультипсихичны, но не целостны.
Вы не можете расстаться с эго, потому что его у вас нет. Богач может отказаться от своих богатств, но не бедняк. Ему не от чего отказываться, нечего терять, но есть бедняки, которые подумывают об отказе. Богач всегда боится отказа, потому что ему есть что терять, но бедняк всегда готов отказаться. Он готов, но ему не от чего отказываться. Пятое тело самое богатое. Это кульминация всего доступного человеческому существу. Пятое тело – это вершина индивидуальности, вершина любви, сострадания, всего достойного. Шипы исчезли. Теперь должен исчезнуть и цветок. Тогда останется только аромат, без цветка.
Шестое – это область благоуханий, космического аромата. Ни цветка, ни центра. Окружность, но без центра. Можно сказать, что все стало центром или что теперь нет центра. Есть только чувство распространенности. Нет ни расщепления, ни разделения – нет даже разделения индивидуального на "я" и "не-я", на "я" и "другие". Нет вообще никакого разделения.
Итак, индивидуальность может быть утеряна одним из двух способов: первый – шизофрения, расщепление на множество под-личностей; второй – космический, исчезновение в высшем, величайшем, Брахме; растворение в пространстве. Цветка нет, но есть аромат.
Все, что имеет источник, умрет, но теперь цветка нет, так что нет и источника. Аромат извечный и беспричинный, ему нет ни границ, ни смерти. Цветок имеет свои ограничения, аромат же их не имеет. Для него нет преград, он продолжает распространяться и идет за пределы.

Поэтому с пятого тела речь уже не идет о движении ни вверх, ни вниз, ни в сторону, ни внутрь или наружу. Вопрос состоит в том: быть с эго или без эго. А эго – это вещь, с которой труднее всего расстаться. Эго не представляет проблемы до пятого тела, потому что весь прогресс питает эго. Никто не хочет быть шизофреником: каждый предпочитает иметь кристаллизованную личность. Поэтому каждый садхака, каждый ищущий может продвигаться до пятого тела.
Для выхода за пределы пятого тела нет метода, потому что любой метод связан с эго. Когда вы используете метод, вы укрепляете эго. Поэтому те, кто хотят выйти за пределы пятого тела, говорят о не-методе.
До пятого вы используете метод, но теперь будет полезно отсутствие метода, потому что должен исчезнуть тот, кто его использует. Когда вы что-либо используете, вы становитесь сильнее. Ваше эго кристаллизуется, оно становится ядром кристаллизации. Но это кристаллизованное эго должно быть утеряно, а как расстаться с ним, если нет никакого метода? Как выйти за его пределы, когда нет пути? Как убежать от него? Нет никакого выхода.

Дзенские монахи говорят о вратах без ворот. Ворот нет, но все-таки нужно из них выйти. Так что же делать? Первое: не отождествляться с этой кристаллизацией. Просто сознавайте этот закрытый дом "я". Просто сознавайте это – ничего не делайте – и происходит взрыв! Вы оказываетесь за пределами. Есть такая дзенская притча. В бутылку кладется гусиное яйцо. Вылупливается гусенок и начинает расти, но горлышко бутылки так узко, что гусь не может из нее выйти. Он растет, и бутылка становится для него слишком маленькой. Нужно либо разбить бутылку, чтобы спасти гуся, или он погибнет. Ищущих спрашивают: "Что сделать? Мы не хотим потерять ни то, ни другое. Нужно спасти и бутылку, и гуся. Так как же поступить?" Это вопрос о пятом теле. Когда нет выхода и гусь растет, когда кристаллизация завершилась, как поступить?
Ученик идет в комнату, закрывает за собой дверь и начинает раздумывать. Что же делать? Возможны только два варианта: либо разбить бутылку и спасти гуся, либо дать гусю умереть и сохранить бутылку. Медитирующий все думает и думает. Он что-нибудь придумывает, но все это отвергается, потому что сделать это невозможно. Учитель отсылает его назад, чтобы он придумал что-нибудь другое.
В течение многих дней и ночей ученик размышляет, но ничего не может придумать. Наконец наступает момент, когда всякое думание прекращается. Он выбегает из комнаты с криком: "Эврика! Гусь на свободе!" Учитель даже не спрашивает, каким же образом, потому что все это просто чушь.
Чтобы выйти из пятого тела, нужен дзенский коан. Нужно только осознать кристаллизацию – и гусь на свободе! Наступает момент, когда вы исчезаете, нет "я". Кристаллизация была достигнута и утеряна. Для пятого тела главным была кристаллизация – центр, эго. Это было необходимо как переход, как мостик, без которого невозможно пройти пятое тело. Но теперь в нем нет необходимости.

 

Нужно только осознать

Если в пятом теле гусь оказывается на свободе, вы попадаете в шестое. Этот процесс относится к сфере таинств. До пятого можно пользоваться научными методами, и йога может помочь. Но дальше она бессмысленна, потому что йога это методология, научная методика.
В пятом помогает дзен, который является методом выхода из пятого в шестое. Дзен уходит корнями в йогу. Йога расцвела в дзен.
Востоке дзен прошел долгий путь развития, начиная от хатха-йоги и достигнув вершины в Будде. Тысячи лет смирения: не эго, но пассивности, не направленного действия, но приятия; через долгое преобладание женского, воспринимающего ума. На Востоке всегда преобладало женское начало. Восток был открытостью, приятием. Дзен мог помочь на Востоке, потому что другие методы, другие системы работали над четырьмя низшими телами. Эти четыре тела стали корнями, и смог расцвести дзен.
Сегодня дзен почти полностью потерял свой смысл в Японии. Причина в том, что Япония стала абсолютно западной. Когда-то японцы были самыми скромными и смиренными людьми, но сейчас это показное смирение. Оно больше не является частью их сокровенной сути. И дзен утратил почву в Японии и стал популярным на Западе. Но его популярность вызвана ложной кристаллизацией эго.

От пятого к шестому очень полезен дзен. Но лишь тогда, ни раньше и ни позже. Для других тел он не только бесполезен, но и вреден. В начальной школе нельзя обучать по университетской программе. Если использовать дзен до пятого тела, то можно испытать сатори, но не самадхи. Сатори – это ложное самадхи. Это проблеск самадхи, но не более того. По отношению к четвертому, ментальному, телу сатори способствует большей артистичности и эстетичности. Оно даст вам чувство прекрасного и радости жизни. Но оно не способствует кристаллизации и движению от четвертого к пятому.
Дзен помогает только за пределами кристаллизации. Гусь оказывается на свободе безо всяких "как". Но практиковать его можно только в это время, после того как были применены многие другие методы. Художник может рисовать с закрытыми глазами: он может делать это играючи. Актер может быть настолько естественным в своей игре, что кажется, что он и не играет вовсе. Но для этого понадобились многие годы труда и тренировки. Теперь актер совершенно непринужден, но эта легкость достигается не в один день.
Мы ходим, но не знаем, как мы это делаем. Если кто-то спрашивает вас, как выходите, вы говорите: "Я просто иду". В этом нет "как". Но это "как" происходит в детстве, когда ребенок начинает ходить. Он учится. Если малышу сказать, что учиться не надо: "Просто иди!" – это будет нелепостью. Ребенок этого не поймет. Так говорит Кришнамурти, обращаясь ко взрослым людям с детским умом: "Вы способны ходить. Просто идите!" Его слушают и восторгаются. Как просто! Не нужно никаких методов. Тогда любой может ходить. Кришнамурти стал популярен на Западе именно благодаря этому. Если посмотреть на хатха-йогу, на бхакти или мантра-йогу, раджа-йогу или тантру, то они представляются такими трудными, долгими, утомительными. Нужны столетия труда, многие рождения. А люди не могут ждать. Им подавай немедленный, кратчайший путь. И Кришнамурти им очень нравится. Он утверждает: "Нет никаких методов. Просто идите. Идите к Богу". Но отсутствие метода (не-метод) самая сложная вещь. Играть так, как будто не играешь, говорить так, как будто не говоришь, ходить так, как будто и не ходишь, без всякого напряжения – все это результат долгих усилий. Усилия и труд необходимы; они обязательны. Но и они имеют свои пределы. До пятого тела они необходимы, но далее, от пятого к шестому, они совершенно бесполезны. Вы никуда не попадете; гусь никогда не обретет свободу.
Те, кто дошли до пятого, решили, что это все. Это не конец; это новое начало. Теперь нужно двигаться от индивидуального к не-индивидуальному. Дзен и методы подобные дзену, совершаемые без усилий, могут здесь помочь.
Дзадзен означает сидеть просто так, ничего не делая. Просто сидеть и ничего не делать. Это непостижимо. Недеяние имеет свою собственную сферу, свое блаженство, свою настройку, но все это происходит от пятого тела к шестому.

От шестого к седьмому нет даже не-метода. Метод утрачивается в пятом, в шестом утрачивается и не-метод. В один прекрасный день вы просто обнаруживаете, что находитесь в седьмом теле. Исчезает даже космос; остается только ничто. Это просто случается. Это случается от шестого к седьмому. Невызванное, неизвестное.
И только если оно ничем не вызвано, прерывается связь с тем, что было раньше. Седьмое тело – это полное небытие: нирвана, пустота, несуществование. В движении от бытия к небытию не может быть никакой непрерывности. Это прыжок, совершенно беспричинный. Это прерывание, провал. Что-то было, и что-то есть сейчас – и между ними нет никакой связи. Что-то исчезло и что-то появилось. И они не имеют друг к другу никакого отношения. Это как если бы один гость вышел через одну дверь, а другой вошел с другой стороны. Нет никакой взаимозависимости между выходом одного и входом другого, они не связаны.
Седьмое тело – высшее, конечное, потому что теперь вы вышли даже из мира причинной обусловленности. Вы вернулись к первоистокам, к тому, что было до творения и что будет после уничтожения. Итак, от шестого к седьмому нет даже не-метода. От космического к небытию ведет лишь происходящее: беспричинное, неподготовленное, нежданное.

Это происходит внезапно. Нужно запомнить только одно: не цепляться за шестое тело. Привязанность к шестому помешает вам перейти к седьмому. Нет позитивного пути перехода к седьмому, но возможна негативная помеха. Вы можете привязаться к Брахме, к космосу. Вы скажете: "Я достиг!" Те, кто заявляют, что они достигли, не могут перейти в седьмое.
Те, кто говорят: "Я достиг!", остаются в шестом. Те, кто написали Веды, остались в шестом. Только Будда прошел шестое, потому что он сказал: "Я не знаю". Он отказывается давать ответы на высшие вопросы. Он отвечает: "Никто не знает. Никто не познал". Будду не понимали. Те, кто слушали его, говорили: "Но наши учителя знали. Они утверждают, что Брахма есть". Но Будда говорит о седьмом теле. Ни один учитель не может сказать, что он познал седьмое тело, потому что, как только вы это скажете, вы теряете с ним связь. Познав его, вы не можете об этом сказать. Вплоть до шестого тела возможно символическое выражение, но для седьмого символов нет. Это просто пустота.
В Китае есть абсолютно пустой храм. В нем нет ничего: никаких изображений, ни священных текстов, ничего. Только голые стены. Даже жрец находится вне храма. Он говорит: "Жрец может быть только вне храма. Внутри он быть не может". Если же вы спросите его: "Где же божество храма?", он ответит: "Вот, посмотрите!" – а там пустота и никого. А он говорит: "Смотрите же! Вот! Сейчас!" А там только голые стены и пустой храм.
Поэтому подготовка носит негативный характер. Нужен негативный ум, который ничего не жаждет; даже мокши, даже освобождения, ни даже нирваны, ни даже истины; ум, который ничего не ждет – ни Бога, ни Брахмы. Он просто есть, без всяких стремлений, без желаний. Просто сущность. И тогда это случается... и даже космос исчезает.
И так постепенно можно дойти до седьмого. Начинайте с физического, проработайте эфирное, потом астральное, ментальное, духовное. До пятого можете работать, а начиная с пятого и дальше, просто сознавайте. Деяние тогда уже необязательно; важно сознание. И, наконец, от шестого к седьмому даже сознание не важно. Только сущность, бытие. Это наша возможность.

 

Глава 8
СТАНОВЛЕНИЕ И БЫТИЕ

— Пожалуйста, расскажите нам о напряжениях и расслаблении семи тел.

Первичным источником всякого напряжения есть становление. Каждый стремится чем-то стать; никто не принимает себя таким, какой он есть. Бытие отрицается, бытие не принимается, и что-то иное принимается за идеал, которому нужно следовать. Поэтому основное напряжение всегда между тем, какой вы есть, и тем, каким вам хочется быть.
Вы желаете чем-то стать. Напряжение означает, что вы недовольны тем, что вы есть, и вы стремитесь быть тем, чем вы не являетесь. Между этими двумя и создается напряжение.
Любое желание, направленное в будущее, в противовес тому, какой вы есть сейчас, порождает напряжение. Чем более недостижимый идеал, тем сильнее напряжение. Поэтому материалист обычно не так напряжен, как человек религиозный, потому что религиозный человек стремится к невозможному, слишком далекому. Расстояние так велико, что только большое напряжение способно заполнить разрыв.
Напряжение – это промежуток между тем, что вы есть, и тем, чем хотите быть. Чем больше этот промежуток, тем сильнее напряжение. Если промежуток мал, то и напряжение невелико. А если промежутка вообще нет, это значит, что вы довольны тем, что вы есть. Иными словами, вы не стремитесь быть ничем другим, чем то, чем вы являетесь. Тогда ваш ум существует в моменте. Нет причин для напряжения; вы в согласии с собой. Вы находитесь в Дао. Для меня, если нет разрыва, вы – религиозны, вы – в дхарме.

Это подобно тому, как в воду падает камень. Вы бросаете его в одном месте, но порожденная им вибрация распространяется до бесконечности. Поэтому напряжение может возникнуть в любом из ваших семи тел, но первоначальная причина его всегда одна и та же: промежуток между тем состоянием, которое есть, и тем, к которому вы стремитесь.
Если вы обладаете умом определенного типа и хотите изменить его, трансформировать его – тогда возникает напряжение. Только если мы принимаем себя полностью, напряжение отсутствует. Это полное приятие и есть чудо, единственное чудо. Найти человека, который принял себя полностью, это единственное, что удивляет.

Само сущее не напряжено. Напряжение всегда идет от предположительных, несуществующих возможностей. В настоящем напряжения нет; напряжение всегда направлено в будущее. Оно порождается воображением. Вы воображаете себя чем-то, чем вы не являетесь. Эта придуманная возможность и порождает напряжение, И чем более богатым воображением одарен человек, тем большее возможно напряжение. В таком случае воображение становится деструктивным.

Воображение может также становиться конструктивным, творческим. Если вся сила вашего воображения сфокусирована на настоящем, в моменте, не на будущем, тогда вы сумеете увидеть свою жизнь, как поэзию. Ваше воображение не порождает стремлений к чему-либо; оно используется в процессе жизни. Такая жизнь в настоящем лишена напряжения.
Ни животные, ни растения не напряжены, потому что они не обладают воображением. Они ниже напряжения, не выше его. Их напряжение представляет собой потенциальную возможность: оно еще не стало действительностью. Они в развитии. Причем настанет момент, когда напряжение взорвется в их бытии, и они устремятся в будущее. Это неизбежно случится. Воображение становится активным.
Первое, из-за чего активизируется воображение, это будущее. Вы создаете образы, и поскольку соответствующих реальностей нет, вы продолжаете создавать все больше и больше образов. Но что касается настоящего, то невозможно соотнести с ним воображение. Как можно воображать и придумывать в настоящем относительно того, что происходит в данный момент. В этом нет необходимости. Это нужно хорошо понять.

Если вы можете осознанно присутствовать в настоящем, вы не будете жить в своем воображении. Тогда воображение будет свободно творить внутри самого настоящего. Нужен только правильный фокус. Если воображение сфокусировано на реальном, оно начинает творить. Творчество может принять любую форму. Если вы поэт, то оно станет взрывом в поэзии. И поэзия не будет стремлением к будущему, но выражением настоящего. Если вы художник, то взрыв будет в живописи. А живопись будет не чем-то, что вы вообразили; но тем, что вы познали и прожили.
Когда вы не живете в мире воображения, вам дается настоящий момент. Вы можете либо выразить его, либо уйти в молчание. Но это будет не мертвое молчание, в котором упражняются. Оно тоже будет выражением настоящего момента, Момент настолько глубок, что может быть выражен только через безмолвие. Ни поэзия, ни живопись не могут адекватно это сделать. Никакое выражение невозможно. Молчание будет единственным выражением этого момента. Что-то расцвело внутри вас цветом безмолвия, через это безмолвие выразилось все, чем вы живете.

И второе, что нужно понять. Это выражение настоящего через воображение не является ни воображением будущего, ни реакцией на прошлое. Это не выражение известного опыта. Это опыт приобретения опыта, как вы прожили это, как это происходит в вас. Это не прожитый опыт, но живой процесс ощущения.
Тогда ваш опыт и переживание настоящего не две разные вещи. Они будут одним и тем же. Художника нет. Само переживание стало живописью; само переживание выразило себя. Вы уже не творец:, вы – творчество, живая энергия. Вы не поэт, вы – сама поэзия. Это переживание не ради прошлого или будущего; оно не из прошлого или из будущего. Само мгновение стало вечностью, и все происходит из него. Это цветение.
Это цветение имеет семь слоев, так же как и напряжение имеет семь слоев. Оно существует в каждом теле. Например, если оно происходит на физиологическом уровне, то вы становитесь совершенно по-новому прекрасны. Эта красота идет не от формы, а от бесформенного, не от видимого, а от невидимого. И если вы способны почувствовать этот момент ненапряжения в своем теле, вы познаете благополучие, которого раньше не знали.
Мы знаем только отрицательные состояния здоровья: отрицательные. Но у здоровья есть также и положительное измерение. Это не только отсутствие болезни, это присутствие здоровья.
Ваше тело может быть ненапряжено только тогда, когда вы живете от момента к моменту. Вот вы едите, и момент этот стал вечностью, тогда нет ни прошлого, ни будущего. Единственно что есть, так это сам процесс еды. Вы не просто делаете что-то, вы становитесь этим процессом. И в вашем теле не будет напряжения, оно будет удовлетворено.
Если вы бежите, и бег стал целостностью вашего существа; если вы являетесь теми ощущениями, которые возникают в вас, не нечто отдельное от них, но едины с ними; если нет ни будущего, ни цели, связанной с этим бегом, а сам бег есть цель – тогда вам известно положительное благополучие. Тогда ваше тело не напряжено. На физиологическом уровне вы познали момент ненапряженного бытия.

И такое происходит с каждым из семи тел. Нам легко понять ненапряженность в первом теле, потому что мы уже знаем два состояния этого тела: болезнь, позитивная болезнь; и негативно определяемое благополучие, отсутствие болезни. Это мы уже знаем, так что способны предоставить себе и третью возможность – позитивное здоровье. Но несколько труднее представить себе ненапряженность во втором теле, эфирном, потому что вы о нем ничего не знаете. Но некоторые вещи могут быть поняты.
Сновидения связаны в основном со вторым, эфирным, телом. Поэтому, когда мы говорим о снах, мы имеем в виду сны эфирного тела. Но если ваше физическое тело живет в напряжении, то оно может порождать многие сны. Это уже физиологические сны. Они не имеют отношения к эфирному телу.
У эфирного тела свое напряжение. Мы знаем эфирное тело только в снах, и если оно напряжено, то сновидения превращаются в кошмары. Даже во сне вы будете испытывать напряжение; оно будет преследовать вас. Первое напряжение в эфирном теле связано с осуществлением ваших желаний. Мы все видим сны о любви. Секс физиологичен, а любовь нет. Любовь не имеет ничего общего с физическим телом. Она связана с эфирным телом, но если она не осуществлена, то может страдать и физическое тело. Должны удовлетворяться нужды не только физического, но и эфирного тела. У него свой голод; ему тоже нужна пища. Такой пищей является любовь.
Мы мечтаем о любви, но мы не любим. О любви мечтают все – какой она должна быть, кого нужно любить – но все в ней разочарованы. Мы либо грезим о будущем, либо огорчаемся о прошлом, но мы никогда не любим. В эфирном теле есть и другие напряжения, но любовь – одно из тех. что нам легче всего понять. Если вы можете любить в моменте, тогда в эфирном теле не создастся напряжения. Но вы не в состоянии любить в моменте, если вы предъявляете своей любви требования, ожидания, условия, потому что требования, ожидания и условия связаны с будущим. Настоящее выходит за пределы наших определений. Оно такое, какое оно есть. Но у вас могут быть ожидания о будущем какое оно должно быть. Любовь тоже превратилась в "должно быть", она всегда о том что "должно быть". Любить в настоящем можно, только если ваша любовь лишена ожиданий, требований, только лишь если она безусловна.

Так же нельзя любить в настоящем, если ваша любовь направлена только на одного человека и ни на кого другого. Если ваша любовь – отношение, а не состояние ума, то ум, не можете любить в настоящем, потому что в ней есть очень тонкое условие. Если я говорю, что могу любить только тебя, то когда тебя нет, я не буду любящим.
Любовь – это не взаимоотношения между двумя людьми. Это состояние ума внутри вас. Если вы любите, вы любите всех. И не только людей, но и предметы. Любовь переходит от вас на предметы. Даже когда вы одни, когда никого рядом нет, вы любите. Это подобно дыханию. Дыхание это не взаимоотношение; оно не привязано ни к каким отношениям. И для эфирного тела любовь подобна дыханию. Это его воздух. Так что вы либо любите, либо не любите. Тот тип любви, который придумало человечество, очень опасен. Даже болезни не породили столько несчастий, как так называемая любовь. Все человечество больно из-за этого неверного понятия любви.
Если вы способны любить и быть любящим независимо ни от кого, тогда ваше второе тело будет испытывать чувство благополучия, положительной непринужденности и легкости. Сны превращаются в поэзию. Тогда что-то происходит с вашим вторым телом, и его аромат наполняет не только вас самих, но и других тоже. Где бы вы ни были, распространяется аромат вашей любви. И, конечно, он вызывает ответную реакцию, свой отзвук.
Любовь никогда невозможна как отношение, но лишь как состояние ума. Если любовь приходит к вам как состояние ума, тогда ваше второе тело – эфирное тело, становится легким, ненапряженным. Оно расслаблено. Есть и другие причины напряжения второго тела, но я говорю о том, что можно легко понять. Поскольку мы считаем, что знаем любовь, то можем о ней поговорить.

 

Третье тело – астральное. У него свои напряжения. Они связаны не только с этой жизнью, но и с вашими предыдущими жизнями. Напряжение в третьем теле вызвано накоплением всего, чем вы были и чем стремились быть. Все ваши желания, тысячи и тысячи жизней желаний находятся в астральном теле, все это заключено в третьем теле.
Астральное тело – это склад всех ваших стремлений, всех ваших желаний. Вот почему это самая напряженная часть вашего существа. Когда вы погружаетесь в медитацию, вы начинаете сознавать свои астральные напряжения, потому что медитация начинается с третьего тела. Те, кто через медитацию почувствовал эти напряжения, приходят ко мне и говорят: "С тех пор как я стал медитировать, напряжение увеличилось". Оно не увеличилось, просто вы начали сознавать его. Теперь вы узнали нечто, чего раньше не сознавали.
Это астральные напряжения. Поскольку они представляют собой суть столь многих жизней, их невозможно выразить каким-то определенным словом. О них нельзя сказать ничего, что можно было бы понять. Их можно только пережить и познать.

Само желание является напряжением. Не бывает так, чтобы мы чего-нибудь не желали. Есть даже люди, которые желают нежелания. В третьем, астральном, теле вы можете желать быть без желаний. В действительности желание не иметь желаний – одно из самых сильных желаний. Оно способно создать самый большой промежуток между тем, что есть, и тем, чем бы вы хотели быть.
Поэтому принимайте свои желания такими, какие они есть, и знайте, что в течение многих жизней у вас было очень много желаний. Вы желали очень многого, и все это накопилось. Поэтому для третьего, астрального, тела примите ваши желания какие они есть. Не боритесь с ними; не создавайте желания против желаний. Просто примите их. Знайте, что вы полны желаний, и будьте легки. Тогда вы станете ненапряженным в астральном теле.
Если вы способны принять всю эту бесконечную толпу желаний внутри себя и не возжелать не иметь желаний; если вы способны находиться среди этих желаний (всего вашего накопленного прошлого) и принимать их такими, какие они есть; если это приятие станет тотальным – тогда, в единый миг, вся эта толпа исчезает. Их уже не будет, потому что они могут существовать только на фоне постоянного стремления к тому, чего нет.
Если вы принимаете свое желание, создается момент отсутствия желания. Вы принимаете свое желание таким, как оно есть. Теперь вам больше нечего желать. Вы приняли все, даже свои желания. Тогда желания улетучиваются, с ними уже нечего делать. Астральное тело становится легким; оно приходит в состояние позитивного благополучия. Только после этого можно переходить к четвертому телу.

Четвертое тело – ментальное. Подобно тому как в астральном теле есть желания, в ментальном теле существуют мысли: противоречивые мысли, целая их толпа, каждая мысль утверждает себя как целое, каждая мысль владеет вами, как если бы она была целым. Итак, напряжение в четвертом теле порождено мыслями. Пребывать без мыслей – не во сне, не в бессознательном состоянии, но в сознании без мыслей – есть здоровье, благополучие четвертого тела.
Но как можно сознавать и не иметь мыслей?
Каждый миг возникают новые мысли. Ежеминутно что – то из вашего прошлого приходит в конфликт с чем-то в настоящем.

Итак, для ментального тела напряжение означает смущение – противоречивые мысли, противоречивые переживания, противоречивые ожидания – и в итоге результатом является заблуждающийся ум. И такой ум еще больше запутается, если попытается вырваться из неразберихи, потому что из запутанного состояния нельзя прийти к ясности.
Вы находитесь в замешательстве. Духовные искания создадут новое измерение для вашего замешательства. Ко всем вашим прежним неясностям теперь добавляются новые. Вот, что происходит в четвертом, ментальном теле. Там смущение есть напряжение.
Как же можно выйти из состояния замешательства? лишь если вы не отрицаете одну мысль ради другой, если вы вообще ничего не отвергаете –Если вы принимаете все, что думаете, и не нужно делать выбор, то напряжение исчезает. Если вы все время выбираете, вы все время увеличиваете напряжение.

Сознавание должно быть неизбирательным. Вы должны сознавать весь свой мыслительный процесс, всю неразбериху. Как только вы осознаете это, вы поймете, что все это путаница. Выбирать не нужно ничего; нужно снести весь дом. Как только вы познаете, что все это просто неразбериха, дом может быть разрушен в любой момент; в этом нет ничего трудного.
Поэтому начинайте с сознавания всего своего ума. Не выбирайте; оставайтесь вне выбора. Не выбирайте. Просто увидьте, что иногда вы верите в бога, а иногда нет, иногда святой, а иногда грешник.

Целиком сознавайте это. Тот момент, когда вы поймете весь процесс работы своего ума, станет моментом неотождествления. Тогда вы перестаете отождествляться со своим умом. Впервые вы познаете себя как сознание, а не как ум. Ум становится для вас объектом. Подобно тому как вы воспринимаете окружающих вас людей или мебель в комнате, вы начинаете воспринимать и сознавать свой ум, умственные процессы. Теперь вы являетесь этим сознаванием неотождествленным с рассудком.
Вся трудность с четвертым, ментальным, телом заключается в том, что мы отождествляемся со своим рассудком. Можно чувствовать себя отдельным от тела. Можно сказать: "Это моя рука". Но нельзя сказать: "Это мой ум", потому что вы считаете, что "мой ум это я сам". С умом отождествление гораздо более глубокое. Это мы сами. Мы не знаем ничего за пределами его, поэтому мы себя с ним и отождествляем.
Мы знаем нечто за пределами тела: это ум. Вот почему существует возможность неотождествления с телом. Но далее ума мы ничего не знаем. Только если вы начнете сознавать свои мысли, вы сможете понять, что ум – это всего лишь процесс, накопление: механизм, склад, компьютер ваших прошлых переживаний, прошлых навыков, предыдущих знаний. Это не вы; вы можете быть без него. Ум можно прооперировать, изменить; отторгнуть от вас.

Мы в состоянии сознавать свой ум, потому что ум – это не мы; это не "я". Мой ум такая же часть тела, как и почки. Точно также, как мне могут пересадить новую почку и я буду оставаться тем же человеком, без всяких изменений, я могу жить с пересаженным умом, и ничего не изменится. Я буду продолжать оставаться прежним "я", но с добавлением нового ума. Ум – это тоже механизм. Но из-за нашего отождествления с ним возникает напряжение.
Итак, в четвертом теле осознанность – это здоровье, а неосознанность – это болезнь; сознавание – это ненапряженность, несознавание – напряжение. Из-за мыслей, из-за вашего отождествления с ними, вы продолжаете жить в своих мыслях, и создается барьер между вами и вашим экзистенциальным бытием.

Вы можете дотянуться до цветки, но вы никогда этого не узнаете, потому что вы об этом думаете. Цветок увянет, а вы все будете думать об этом. Мышление создало пленку между вами и опытом – прозрачную, но не очень; только иллюзию прозрачности. Между вами и тем, что есть, существует барьер. В четвертом теле нужно сознавать свой мыслительный процесс взятый целиком. Не выбирать, не решать, не судить; просто сознавать его. Если вы сознаете, вы не отождествляетесь. А неотождествление с механизмом ума есть ненапряжение.

 

Пятое тело – духовное.
Что касается духовного тела, незнание самого себя является единственным напряжением. Всегда, когда вы есть, вы прекрасно знаете, что не знаете себя. От своего невежества убежать невозможно. Вы знаете, что ничего не знаете. Это болезнь на пятом уровне.
Те, кто начертали на Дельфийском храме "Познай себя", занимались пятым телом. Они работали с ним. Сократ постоянно повторял: "Познай себя". Он был занят пятым телом. Для пятого тела атма джняна – самопознание – есть единственное знание.
Махавира сказал: "Познавая себя, познаешь все". Это не так. Нельзя познать все, познав себя. Но верна антитеза. Не познав себя, невозможно познать ничего.

Итак, в пятом теле напряжение существует между познанием и невежеством. Но помните, я говорю познанием и невежеством; я не говорю знаниями и невежеством. Знания можно почерпнуть из писаний; познание ниоткуда невозможно заимствовать. Очень многие действуют, не понимая этой разницы между знаниями и познанием. Познание всегда ваше. Я не могу передать вам своего познания; я могу передать вам только мои знания. Писания передают знания, но не познание. Знание может утверждать, что вы – атман, вы – божественны, вы – самость; но это не познание.
Если цепляться за это знание, то возникает громадное напряжение. Невежество соседствует с ложным, приобретенным знанием и информацией – заимствованным знанием. Вы невежественны, но чувствуете, что знаете. Отсюда и напряжение. Гораздо лучше не знать и понимать, что "я невежествен". Напряжение будет, но не такое большое. Если вы не обманываете себя знанием, полученным от других, вы можете искать в себе самом, и тогда возможно познание.

Одно определенно – то, что вы есть. Чем бы вы ни были, вы есть. Это невозможно отрицать. Второе: вы есть некто, кто знает. Возможно, то, что вы знаете – ложно, но вы знаете. Итак, можно с уверенностью утверждать две вещи: ваше существование и ваше сознание.
Но не хватает третьего. Сущность личности человека можно представить через три измерения: существование, сознание и блаженство – сат-чит-ананда. Мы знаем, что мы – само существование. Мы знаем, что мы есть некто, кто знает само сознание. Не хватает только блаженства. Но если искать внутри себя, то узнаете и третье. Оно там. Блаженство, экстаз бытия находится там. И когда вы познаете его, вы познаете себя полностью: свое бытие, свое сознание, свое блаженство.

Нельзя полностью знать себя, не познав блаженства, потому что тот, кто не пребывает в блаженстве, все время бежит от себя. Ведь наша жизнь – это бегство от себя. Вот почему мы все ориентированы на других. Даже став религиозным, создаешь себе Бога как другого. И становишься ориентированным на другого; повторяется та же ошибка.
На пятой стадии нужно искать себя внутри. Это не поиск, а "пребывание в поиске".
Вы необходимы только до пятого тела. За пределами пятого все идет легко и спонтанно.

Шестое тело – космическое.
Напряжение существует между вами – вашими ощущениями индивидуальности или ограниченности – и неограниченным космосом. Даже на пятой ступени вы будете заключены в своем духовном теле. Вы будете личностью. Эта "личность" будет напряжением для шестого. И чтобы достичь ненапряженного существования с космосом, быть с ним в гармонии, вы должны перестать быть индивидуумом.
Иисус говорит: "Тот, кто потеряет себя, найдет себя". Это утверждение связано с шестым телом. До пятого тела его невозможно понять, потому что оно совершенно не рационально. Но с шестого – это единственно возможная математика, единственная рациональная возможность: потерять себя.
Мы укрепляем, усиливаем и кристаллизуем себя. Эту кристаллизацию, самость, индивидуальность можно пронести вплоть до пятого тела; но тот, кто настаивает на самости, остается на пятом теле. На нем останавливаются очень многие духовные системы. Все те, кто утверждает, что душа имеет свою индивидуальность, что эта индивидуальность сохранится и в освобожденном состоянии, т.е. вы останетесь индивидуальностью, заключенной в своей самости, – любая система, утверждающая это, останавливается на пятом теле. В такой системе не будет концепции Бога. Ее и не нужно.

Концепция Бога появляется только с шестым телом. "Бог" означает космическую индивидуальность, или, лучше сказать, космическую не – индивидуальность. Это не "я существую"; это целое, заключенное во мне, дает возможность мне существовать. Я всего лишь точка, одно звено среди бесконечности звеньев бытия. Если завтра не взойдет солнце, меня не будет. Я тоже исчезну; пламя погаснет. Я здесь, потому что существует солнце. Оно так далеко, но связано со мной. Если умрет земля, как уже умерли многие планеты до нее, я тоже не смогу жить, потому что моя жизнь едина с жизнью земли. Все существует в цепи бытия. Мы не островки. Мы все – океан.

В шестом теле единственным напряжением является ощущение индивидуальности в противовес океаническому чувству – состоянию без границ, чувству безначальности и бесконечности, ощущению не меня, но нас. И это "мы" включает все. Не только людей, не только органические вещества, но вообще все, что есть. "Мы" означает само бытие. Итак, напряжением в шестом теле будет "я". Как же потерять "я", как потерять эго? Сейчас вы этого не сможете понять, но если вы дойдете до пятого, это будет нетрудно. Это похоже на то, как ребенок привязан к своей игрушке и не может себе и представить, что ее можно выбросить. Но когда детство проходит, игрушка выброшена. Он к ней уже не возвращается. До пятого тела эго имеет очень большое значение, но после пятого превращается в игрушку, с которой играл малыш. Вы отбрасываете его без всякого труда.

Единственное затруднение может возникнуть в том случае, если вы достигли пятого тела в результате длительного процесса, а не внезапного просветления. Тогда трудно полностью отбросить "я" в шестом теле. Поэтому за пределами пятого все внезапные процессы помогают. До пятого постепенные процессы кажутся более легкими; но за пятым они становятся препятствием.

В шестом теле возникает напряжение между индивидуальностью и океаническим сознанием. Капля должна потеряться, чтобы стать океаном. На самом деле это вовсе не потеря себя, но это выглядит так с точки зрения капли. Напротив, в тот момент, когда исчезает капля, приобретается весь океан. Капля вовсе не уничтожилась, она превратилась в океан.

Седьмое тело – нирваническое.
В седьмом теле напряжение существует между существованием и не существованием. В шестом теле ищущий должен потерять себя, но не существование. Он есть – не как индивидуальность, но как космическое бытие. Но сущее остается. Есть философии и системы, которые останавливаются на шестом теле. Они останавливаются на Боге или мокше. Седьмое означает потерять даже существование в несуществовании. Это не значит потерять себя. Это просто потерять. Существующее становится несуществующим. Тогда подходишь к первичному истоку, из которого пришло все существование и в которое оно уходит. Из него выходит бытие, в него возвращается небытие.

Сущее само по себе всего лишь фаза. Оно должно возвратиться. Подобно тому как приходит день и следует ночь, приходит ночь и следует день, так приходит существование, и за ним следует несуществование; приходит несуществование и следует существование. Если кто-то хочет познать полностью, он не должен уходить от несуществования. Если он хочет познать полный круг, он должен стать несуществующим.
Даже космическое не является полным, потому что за его пределами лежит несуществование, и даже Бог не есть целое. Бог есть лишь часть Брахмы; Бог еще не сам Брахман. Брахман означает соединение всего света и тьмы, соединение жизни и смерти, соединение существования и несуществования. Бог это не смерть, Бог – есть лишь жизнь. Бог – не есть несуществование, Бог есть лишь существование. Бог – не тьма; Бог есть только свет. Он – только часть целого, но не все целое. Познать целое – значит стать ничем. Только ничто может знать целое. Всеобщность есть ничто и ничто есть единственная всеобщность – для седьмого тела.

Вот таковы напряжения в семи телах, начиная с физиологического. Если вы понимаете свое физиологическое напряжение, освобождение от него и его благополучие, тогда вы сможете без труда перейти ко всем семи телам. Расслабление, достигнутое в первом теле, становится ступенькой ко второму. А если вы что-то осуществляете во втором, если почувствуете ненапряженный эфирный момент, тогда шаг в направлении третьего сделан. Если в каждом теле вы начинаете с благополучия, автоматически откроется дверь к следующему телу. Если же вы в своем первом теле потерпите поражение, то вам будет очень трудно, даже невозможно открыть последующие двери.
Поэтому начинайте с первого тела и не думайте об остальных шести телах. Полностью живите в физическом теле, и вдруг вы узнаете, что открылась новая дверь. Тогда продолжайте идти дальше. Но не думайте о других телах, иначе это будет вас отвлекать и создавать напряжение. А все то, что я вам рассказал – забудьте это!

 

Глава 9
ЛОЖНОСТЬ ЗНАНИЙ

— Ошо, чему ты учишь и какова твоя доктрина?

Откровение приходит в тот момент, когда прекращается знание. Есть две возможности: либо думать о чем-то, либо войти в это экзистенциально. Чем больше человек думает, тем дальше он уходит от того, что здесь и сейчас. Думать о чем-то, значит потерять с ним контакт.
И то, чему я учу –. Как быть; просто тому, как быть. Тому, как быть в моменте здесь и сейчас. Открытым, беззащитным, единым с ним. Это то, что я называю медитацией.
Все, что было познано экзистенциально, можно только обозначить. Как только я выражаю то, что познал, к вам доходит слово, но без своего значения. К вам приходит мертвое слово. По сути оно бессмысленно, потому что смыслом было само переживание.
Поэтому знание может быть средством выражения, но не способом постижения. Знающий ум является помехой, потому что, когда вы знаете, в вас нет смирения. Когда вы напичканы знанием, в вас нет пространства, чтобы принять неизвестное. Ум должен стать пустым, полым: чревом полным приятия.
Знание – это ваше прошлое. Это то, что вы знали. Это ваша память, ваши накопления, ваша собственность. Накопление становится препятствием. Оно становится между вами и новым, между вами и неизвестным.
Открытым неизвестному вы можете быть, лишь когда вы смиренны. Нужно постоянно сознавать свое невежество: остается что-то неизвестное. Ум, который основывается на памяти, информации, писаниях, теориях,– эгоцентричен, лишен смирения. Только бесконечное неизвестное может сделать вас смиренным.
Должна прекратиться память. Это не значит, что вы не должны ничего помнить, но в момент знания, в момент переживания не должно быть памяти. В такой момент необходим открытый, незащищенный ум. Этот момент пустоты, незаполненности и есть медитация, дхьяна.

— Не станет ли само переживание доктриной?

Говоря, что языком этого не выразить, я все же выражаю это. Когда я говорю, что об этом не может быть учения, в этом заключается мое учение. Я не утверждаю нечто; я нечто отрицаю. Можно сказать "нет"; невозможно сказать "да". "Да" должно быть осуществлено. Если есть затянувшаяся вера в знание, она станет препятствием к достижению пустоты, к достижению медитации. Прежде всего необходимо понять бесполезность прошлого, известного, знания ума.
Можно либо отождествиться с тем, что знаешь, либо стать свидетелем его. При отождествлении вы и ваша память становитесь одно. Но если отождествления нет, если вы остаетесь отделенными от своих воспоминаний, не отождествлены с ними, тогда вы сознаете себя как нечто отличное от своих воспоминаний. Это сознавание становится путем в неведомое. Чем более вы способны быть свидетелем своего знания, чем меньше вы отождествляете себя как знающего, тем меньшая вероятность того, что ваше эго станет владельцем этого знания. Если вы отдельны от своих воспоминаний, тогда воспоминания становятся чем-то вроде осевшей пыли. Они прошли через ваш опыт и стали неотъемлемой частью вашего ума, но ваше сознание отлично от него. Тот, кто вспоминает, отличен от вспоминаемого; тот, кто знает, отличен от узнаваемого. Если вам ясно это различие, вы все ближе подходите к пустоте. Не отождествляясь, вы можете быть открытым; между вами и неизведанным не возникают воспоминания.
Неизведанное не может прийти как продолжение непрерывности, оно может придти как разрыв непрерывности. Только тогда оно за пределами известного, за пределами вашего знания.
Поэтому не может быть никакого метода, никакой методологии; лишь понимание: "Я отделен от того, что я накопил". Если это понято, тогда нет необходимости культивировать пустоту. Все уже произошло! Вы есть пустота! И нет нужды создавать ее.
Пустоту создать невозможно. Сотворенная пустота не будет пустотой; она будет вашим творением. Ваше творение никогда не сможет быть ничем, пустотой, потому что у нее будут границы. Вы породили ее, и она не может быть больше вас; она не может превзойти ум, породивший ее. Пустоту создать невозможно; она должна войти в вас. Все, что вы можете сделать, так это принять ее. А подготовиться к принятию ее можно только в отрицательном смысле. Подготовиться – значит не отождествляться со своим знанием; быть подготовленным в том смысле, чтобы понимать бесполезность и бессмысленность всего, что знаете.
Только это сознавание процесса мышления может бросить вас в промежуток, где всегда присутствует "то, что есть", где "то, что есть" захлестнет вас. И между ним и вами не будет барьера. Вы становитесь одно с моментом, с вечностью, с бесконечностью.
В то мгновение, когда этот момент переходит в знание, он опять становится частью памяти. И тогда он утерян. Поэтому нельзя сказать: "Я познал". Неизвестное остается неизвестным. Как много бы вы его не пережили, неизведанное все еще предстоит познать. Его очарование, красота, его привлекательность остаются все теми же.
Процесс познания вечен и никто не может подойти к такому моменту, когда можно было бы сказать: "Я достиг". Тот, кто говорит это, снова попадает в модель памяти, в модель знания. И тогда он умирает. Момент утверждения знания является моментом смерти. Жизнь прекращается. Жизнь – это движение от неизвестного к неизвестному. Она приходит из запредельного и идет в запредельное. Религиозный ум принимает высшую тайну, высшую непознаваемость, высший экстаз неведения, высшее блаженство неведения.
Невозможно создать момент медитации, пустоты; это невозможно спроецировать. Нельзя заставить свой ум остановиться. Если вы это делаете, то вы его либо опьянили, либо загипнотизировали; но это не пустота. Пустота приходит. Ее нельзя ни сотворить, ни привнести.

 

— Вы убедили меня. Как мне теперь трансформировать это убеждение в опыт?

Нет как, потому что как предполагает метод. Есть только пробуждение. Если вы слушаете меня и что-то в вас просыпается, тогда к вам приходит опыт, вы что-то почувствуете. Я не пытаюсь убедить вас. Интеллектуальное убеждение не есть убежденность. Я вам просто передаю факты.
Почему вы убеждены в том, что я сказал? Есть два возможных варианта: либо вы были убеждены моими доводами, либо вы увидели истинность того, что я говорю как факт внутри себя, пережито вами, если вы сознаете, что так оно и есть внутри вас. Я не поставляю вам никаких знаний. Напротив, когда я говорю, происходит само переживание. Я просто делюсь с вами своим опытом. Если к вам приходит ощущение того, что я имею в виду, и вы видите расстояние между собой и своей памятью (своим сознанием и памятью), то нет никаких как. Что-то случилось, и это что-то проникает в вас от момента к моменту – не благодаря методу, но через сознавание, благодаря тому, что вы ни на минуту об этом не забываете. Если это превратится в ежемоментное сознавание – во время ходьбы, сна, еды, разговоров – тогда что-то происходит. Если вы постоянно помните, что ум – это запрограммированный, встроенный процесс по накоплению памяти, а не часть вашего бытия, тогда самого этого сознавания, этого отсутствия метода будет достаточно для того, чтобы что-то случилось внутри вас.

если сознавание продолжается, то само по себе оно становится более глубоким. Это автоматический процесс. От ума он идет к сердцу; от интеллекта к интуитивному уму; от сознания он медленно движется в подсознание. И в один прекрасный день вы полностью пробуждаетесь. Что-то произошло. Вы ничего не культивировали; оно пришло благодаря тому, что вы все время помнили. потому что вы пробудились к внутреннему факту, к внутреннему видению. Что-то глубоко проникло в вас.
Когда наступает момент, он приходит нежданно и негаданно – как взрыв. В момент взрыва вы совершенно пусты. Вас нет, вы перестаете существовать. Нет ни интеллекта, ни доводов, ни памяти. Есть только сознавание: сознавание ничего, пустоты. И в этой пустоте – знание. Но это знание в совершенно ином смысле. Нет ни познающего, ни познаваемого, есть просто ведение. Оно экзистенциально.
Что такое пустота, что существует в пустоте – все это невозможно передать. Можно показать только процесс, сам проход. Но процесс нельзя считать методом. Вы либо помните, либо нет.

— Рекомендуете ли вы какой-либо образ жизни как подготовку?

Как только вы начнете сознавать, изменится вся ваша жизнь, весь ваш образ жизни. Но эти изменения сами придут к вам; их не нужно подготавливать. Как только вы начинаете в чем-то практиковаться, теряется весь смысл. Все изменения должны происходить спонтанно.
Дело не в том, чтобы к чему-то готовиться. Нужно просто понять, что нельзя желать пустоты. Это не просто противоречие в терминах, а экзистенциальное противоречие. Невозможно желать пустоты, потому что желание идет от вашего старого ума, от вашего знания. Единственное, что можно сделать, так это сознавать себя, как вы есть. Как только вы осознаете себя, как вы есть, происходит отделение, разделение, обособление. Какая-то часть вас перестает отождествляться со всеми вами.
Тогда есть двое: "я" и "сам". "Сам" – это память, ум; и "я" – есть сознание, атман.

Слушая меня, вы должны одновременно слушать и себя, свой внутренний ум. Этот процесс должен не прекращаться. Я делаю упор не на ваше сам, я обращаюсь не к нему. Диалог получается только тогда, когда нет сам. Если есть вы, но нет вашего сам, тогда не возникает вопроса как
Мое дело просто создать ситуацию – словами ли, молчанием ли, либо сбить вас с толку. Моей целью является создание такой ситуации, когда ваше я отстраняется от вас, выходит за пределы вашего сам. И я все время создаю такие ситуации.
Это тоже своего рода ситуация. Я говорю вам абсурдные вещи. Я говорю о достижении чего-то, и в то же время отрицаю всякий метод. Это нелепо. Я что-то говорю и тут же утверждаю,, что это невозможно выразить. Но именно такой абсурд способен создать нужную ситуацию. А я отрицаю путь, но в то же время говорю о трансформации. И ситуация становится столь нелогичной, что ваш ум неудовлетворен. Только тогда может войти что-то из запредельного. Сознавание приходит только тогда, когда возникает ситуация, в которой нарушается последовательность. Сама неразумность ситуации порождает промежуток, провал, который разбивает и встряхивает к озарению.

Ситуации можно создавать. У дзенских монахов своеобразный способ создания ситуаций. Вас могут выставить из комнаты или ударить по лицу. Выглядит это абсолютно абсурдно. Вы спрашиваете об одном, а вам отвечают что-то совсем иное. Вы спрашиваете: "В чем заключается Путь?", а ответ монаха дзен не имеет никакого отношения к Пути. Он может ответить: "Взгляни на реку!" или "Посмотри, какое высокое дерево!" Полный абсурд.
Ум ищет постоянства. Он боится абсурда. Он боится нелогичного и неизвестного. Здесь нет логики или умозаключений.
Я просто создаю ситуацию. И тогда в созданной ситуации передается то, что передать невозможно. Поэтому не спрашивайте, как. Просто будьте. Сознавайте, если можете; а если не можете, то сознавайте свое несознавание. Будьте внимательны к тому, что есть. Если вы этого не можете, то будьте внимательны к своему невниманию. И что-то произойдет. И нечто случится.

— Создавая абсурдную ситуацию, предполагаете ли вы, что человек будет выведен из равновесия? Каков будет результат?

когда я говорю о создании абсурдной ситуации, она нужна не для достижения каких-либо результатов, а как средство передачи послания, которое по сути своей непередаваемо. Вы спрашиваете: "Каков будет результат?" На это можно что-то ответить при условии, что сказанное не будет принято за истину. Сказанное следует понимать в символическом, поэтическом, мифическом смысле. Для меня всякое религиозное писание является мифом, а всякое утверждение, идущее от человека, прошедшего через хэппенинг, в определенном смысле неверным. Это не истина, но указатель. И этот указатель следует позабыть, прежде чем познаешь истину.
Есть три слова, которые определяют границу, за пределами которой только безмолвие. Вот эти слова: сат, чит, ананда – бытие, сознание, блаженство. Переживание едино, но когда мы делаем из него понятие, мы разделяем его на три фазы. Оно всегда переживается как одно, но представляется как эти три.
В этом тотальном бытии, сат, этой полной сущности, есть только вы. Вы ни то, ни это: вы ни с чем не отождествлены. Есть просто бытие.
Второе – это сознание, чит. когда мы осознаем, то только что-то отдельное. Сознание объективно; оно направлено на что-то. Чит – это чистое сознание, а не сознание чего-то. Объекта нет. Сознание ни на что не направлено; оно ненаправлено. Оно бесконечно и чисто.
И последнее – это ананда, блаженство. Не счастье, не радость, но блаженство. Счастье включает в себя и состояние несчастья – воспоминание о нем, контраст ему. Радость тоже несет в себе определенное напряжение, нечто, требующее разрядки, освобождения. Блаженство – это счастье без следов несчастья; это радость без окружающей ее пропасти. Это счастье безо всякого напряжения.

Эти три термина – сат, чит, ананда – являются границами: наибольшее, что может быть сказано, и наименьшее из того, что может быть пережито. Это последнее, что может быть выражено, и граница, с которой можно прыгнуть в невыразимое. Это не конец. Это всего лишь начало.
Сатчитананда – это только выражение, не реальность. Но ум забывает об этом, и выражение сатчитананды становится реальностью. Вокруг него мы строим теории и учения, и ум закрывается. Тогда уже не происходит прыжка. Но реальность не есть сатчитананда, она ей запредельна. Это только то, что может быть выражено словами. И должно быть воспринято как метафора. Вся религиозная литература состоит из притч, она символична. Это выражение в словах того, что от природы невыразимо.
Я даже не люблю употреблять термин сатчитананда, потому что как только ум знает, что должно произойти, он начинает просить и требовать. Нужно все время остерегаться того, чтобы не превратить высшее в вожделенную цель. Не превращайте его в желание, в объект, который вы стремитесь достичь, в место вашего паломничества. Оно здесь прямо сейчас! Если мы осознаем это, произойдет взрыв. Оно уже рядом, оно наш ближайший сосед, а мы продолжаем стремиться в даль. Оно следует за нами, как тень, а мы не видим его, потому что наши глаза устремлены куда-то далеко. Жизнь должна быть в бытии. У Лао-цзы есть изречение: "Ищите, и вы потеряете. Не ищите, и найдете".

 

Глава 10
ОКНА В БОЖЕСТВЕННОЕ

— В индийской философии природа высшей истины определяется как истина (сатьям), красота (сундарам) и добродетель (шивам). Являются ли они свойствами Бога?

Это не свойства Бога. Это, скорее, наше восприятие Бога. Эти качества не принадлежат божественному, как таковому; это наше восприятие. Божественное само по себе неведомо. Оно либо обладает всеми качествами, либо никакими. Но что касается человеческого ума, он способен воспринять божественное через три окна: вы можете получить представление либо через красоту, либо через истину, либо через добродетель.
Эти три измерения доступны человеческому уму. Мы сами ограничили божественное этими рамками; само божественное не ограничено. Например, мы видим небо через окно. Оконная рама смотрится как рама вокруг неба, но само небо не имеет обрамления. Оно бесконечно. Только окно дает ему обрамление. Точно так же красота, истина и добродетель являются окнами, через которые мы можем взглянуть на божественное.
Человеческая личность разделена на три слоя. Если преобладает интеллект, тогда божественное обретает форму истины. Если ум эмоциональный – если вы приходите к реальности не через голову, а через сердце, – тогда божественное становится красотой. Вы придаете ему поэтическое качество. Но это только рамка. Интеллект обрамляет божественное в истину, чувства – в красоту. А если личность не интеллектуальна, не эмоциональна – если преобладает действие, – тогда обрамлением становится добродетель.

Само слово "Бог" (God) происходит от слова "добро" (good). Это слово имело наибольшее влияние, потому что большинство человечества в основном активно, а не интеллектуально или эмоционально. Это не значит, что они не обладают умом или чувствами, просто ни одно из них не преобладает. Очень немногие являются чисто эмоциональными или чисто интеллектуальными типами. Большинство человечества преимущественно активно. Благодаря действию Бог становится "добром".
Но должен существовать и противоположный полюс, и если Бог рассматривается как добро, тогда дьявол будет олицетворением зла. Активный ум воспринимает дьявола как зло; эмоциональный ум дьяволом будет считать безобразность, а для интеллектуального ума дьяволом будет иллюзорность, ложность, неистинность.
Бог должен придти к вам в ваших собственных терминах. Когда вы даете определение Богу, вы сами являетесь частью своего определения.

Религии относятся к одной из этих трех категорий. И они постоянно ссорятся между собой. Будда не может принять в этом участия. Он принадлежит к четвертому типу. Он говорит: "Это все чепуха. Вы спорите не о свойствах божественного, вы спорите о своих окнах. Но из любого окна видно одно и то же небо".
Так что это не качества божественного. Это в нашем восприятии качества божественного! Если бы мы разрушили наши окна. мы смогли познать божественное как без качественное, ниргуна. Тогда мы выйдем за пределы свойств. Только тогда не вмешивается человеческая проекция.
Но тогда трудно что-либо выразить. Все, что можно сказать о божественном, будет сказано только через какое то окно, потому что все, что можно выразить, по сути говорится об окне, а не о самом небе. Когда мы не ограничены окнами, небо такое огромное, бескрайнее. Его невозможно определить. Все слова неприложимы.
если тот, кто находится в четвертом, что-либо и сказал, то его речи кажутся нелепыми, нелогичными, иррациональными. Он противоречит самому себе. Через эти противоречия он пытается что-то показать. Не сказать что-то, показать.
Витгенштейн указал на это различие. Он сказал, что есть истины, которые можно высказать, и есть истины, которые могут быть только показаны. Любое определение означает границу, от которой начинается что-то иное. Но о божественном ничего нельзя сказать. Божественное является целым, у него нет границ; нет такого места, где начиналось бы что-либо иное. Нет "чего-то иного". Божественное безгранично и потому не может быть определено.
Четвертое может только показывать, только указывать. Вот почему четвертое осталось тайным. И четвертое – самое истинное, потому что оно не окрашено человеческим восприятием. Все великие святые только на что-то указывают – просто палец, указующий на луну. Если хотите увидеть луну, совершенно забудьте о пальце. Вы видите указатель, и вам кажется, что он и есть истина.
Когда приближаешься к божественному, нужно помнить о своем уме. Если подходить к божественному без ума, без себя, не привнося человеческое; если подходить к божественному как пустоте, как ничто,– только тогда можно познать бескачественность божественного. Иначе все те качества, которыми мы наделяем божественное, принадлежат нашим человеческим окнам. Мы навязываем их божественному.

— Значит ли это, что не следует использовать окна, чтобы смотреть на небо?
Дa. Лучше смотреть из окна, чем вообще не смотреть, но ничто не сравнится с небом, не ограниченным окнами.
— Но как же выйти из комнаты под открытое небо без помощи окна?
Можно пройти через окно, но не нужно оставаться у окна. Иначе окно так навсегда и останется. Окно нужно оставить позади. Через него нужно пройти и пойти дальше – нужно превзойти его.
— Когда находишься под открытым небом, слов нет – пока не возвратишься назад в комнату. Тогда все и начинается...
Да, можно вернуться назад. Но уже не таким, каким был раньше. Вы познали не ограниченное моделями бесконечное. Тогда даже из окна вы знаете, что небо бескрайне. Окно вас уже не обманет. Даже если в комнате темно и окна закрыты, вы все равно знаете, что есть бескрайнее небо. И вы уже не можете быть прежними.
Однажды познав бесконечность, вы становитесь ею. Мы есть то, что мы познали, что мы прочувствовали. Познав безбрежное, бесконечное, вы и сами становитесь бесконечностью. Узнать что-то, значит быть этим. Знать любовь значит быть любовью, знать молитву значит быть молитвой, знать божественное значит быть божественным. Знание есть осуществление; видение есть бытие.

— Могут ли все три окна стать одним?

Нет. Каждое окно остается таким, как оно есть. Окно не изменяется, изменяетесь вы. Эмоциональный человек выйдет и вернется через то же окно, но теперь он не будет отрицать существования других окон; не будет против них. Теперь он будет понимать других, он будет знать, что другие окна ведут в то же самое небо.
Побывав под открытым небом, узнаешь, что другие окна являются частью того же самого дома. Теперь можно подходить и к другим окнам, а можно и не подходить. Все зависит от вас. В этом нет необходимости, одного окна вполне достаточно. А такой, как Рамакришна, может ходить от окна к окну, чтобы удостовериться в том, что небо везде одно. Все зависит от человека. Можно заглядывать в другие окна, а можно и не заглядывать.
Вообще-то в этом нет необходимости. Достаточно один раз познать небо. Но любознательный может выглядывать и в другие окна. Но человек, познавший открытое небо, уже не будет отрицать иные подходы. Он подтвердит, что все окна выходят в одно и то же небо. Познавший небо – становится религиозным человеком, а не сектантом. Сектантский ум остается у окна; ум религиозный выходит за его пределы.
Увидевший небо может бродить, подходить к разным окнам. Окон бесконечное множество. Это основные окна, но не единственные. Есть так много комбинаций.

— Существует ли окно для каждого сознания, для каждого человека?

Да. Можно сказать, что каждый человек приходит к божественному через свое окно. И каждое окно значительно отличается от другого. Бесконечно количество окон, бесконечно количество сект. Каждый человек – это уже отдельная секта. Два христианина не одинаковы. Один христианин может отличаться от другого, как христианство отличается от индуизма.
Когда вы выходите под открытое небо, вы узнаете, что все различия никогда не принадлежали вам. Они относятся к дому, в котором вы жили, через который вы смотрели и чувствовали, но не к вам.
Оказавшись под открытым небом, вы узнаете, что вы тоже часть неба, но только живущая в доме, пространство внутри дома ничем не отличается от пространства вне его. Выйдя на улицу, мы понимаем, что Даже стена не является барьером для неба, она не разделяет небо, она только создает видимость разделения – это мой дом, а это твой дом; пространство внутри моего дома мое, внутри твоего дома – твое. Когда вы узнаете само небо, разделения исчезают. Тогда нет и индивидуумов. Тогда волны теряются, и остается лишь океан. Вы возвращаетесь в дом, теперь вы ничем не отличаетесь от неба.

Для тех, кто не познал того, о чем сообщается, сам отчет будет всем. Тогда очень остро воспринимаются различия. Франциск способен рассказать только как Франциск. Он не может рассказать, как Мохаммед, потому что сообщение не спускается с неба. Сообщение идет от модели, от индивидуальности.
Когда я говорю на моем собственном языке, никто не поймет его. Когда я переживают небо, я переживал его без общения. В момент знания я совершенно одинок. Не было слов, не было языка. Но сообщаю я об этом. И я буду пользоваться тем языком, который я знал до момента познания.
Для меня, все религии – это только разные языки. Христианство – это особый язык, идущий от Христа. Индуизм – это еще один язык; буддизм – еще один язык. Вся разница в языке. И если знаешь только один язык, а не само переживание, то различие будет огромным.

В Индии слово "бхикху" не употребляется, потому что здесь слишком много нищих. Вместо этого мы говорим "свами" (хозяин). Когда человек отрешается и становится саньясином, его называют "свами", хозяин. Но Будда, отрекшись, стал "бхикху", нищим.
Иисус мог использовать понятия иудейской культуры. Он не мог изменить язык, иначе его никто бы не понял. Так что по сути он не был христианином. Когда появился св. Франциск, уже развилась христианская культура и ее язык. И св. Франциск был больше христианином, чем сам Христос. Христос остался иудеем; он прожил жизнь иудея. И не могло быть иначе.
Если вы рождены христианином, то христианство может не иметь столь большого значения для вас. Чем лучше вы его знаете, тем более оно становится бессмысленным, утеряна тайна. Мне кажется, что человеку лучше не оставаться в той религии, в которой он родился. Положения и верования, данные ему от рождения, должны однажды быть отвергнуты, иначе невозможно начать приключение. Не следует оставаться там, где родился. Нужно идти в неизвестное и ощутить животворность перемен. Очень часто мы не понимаем самой сути того, что, как нам кажется, мы хорошо знаем. Христианин считает, что он знает христианство. Это становится препятствием. Буддист считает, что он понимает буддизм, потому что он знает его, но именно это чувство знания и становится барьером. Только неизвестное может иметь притягательную, оккультную, эзотерическую силу.
Нужно превзойти обстоятельства своего рождения. Не следует быть привязанным к условиям, данным рождением. Что касается религии, нужно быть дважды-рожденным. Идите, исследуйте неизведанные уголки. Только тогда возникает трепет открытий.

Религии, по сути, дополняют друг друга. Они должны работать друг для друга и принимать друг друга. Восторг обращения в другую религию создает фон для преображения. Приезжающий с Запада находит на Востоке что-то новое. Восточный подход настолько иной, что его невозможно втиснуть в знакомые категории. Все положения настолько противоположны тому, с чем вы знакомы, что для того, чтобы что-нибудь понять, нужно самому измениться.
То же самое происходит с тем, кто с Востока приезжает на Запад. Так и должно быть. И чтобы это произошло, нужно быть открытым. Изменение происходит под влиянием незнакомого, неизвестного.
Индуизм никогда никого не пытался обращать, даже если кто-то сам принимает индуизм, индусам до этого дела нет. Индуизм – это неорганизованная религия, в ней нет института священнослужителей в том смысле, в каком он существует в католицизме. Индуистский монах не принадлежит ни к какой организации, иерархии, он идет сам по себе. Он не имеет никаких корней. Что касается внешнего мира, такой подход оказывается поражением, но что касается внутренней глубины, индивидуальности, такой подход ведет к успеху.
Вивекананду очень привлекало христианство. Он основал Орден Рамакришны по образцу католического священства. Это совершенно чуждо Востоку. Это свойственно только Западу. У Вивекананды был совсем не восточный тип ума. И в той мере. в какой Вивекананда обладал западным умом, св. Франциск и Экхарт имели восточный тип ума. По сути они принадлежат Востоку.
Сам Иисус Христос тоже принадлежит Востоку; а христианство принадлежит Западу. Иисус по природе своей был восточным человеком; он был против всякой церкви, против организаций. В этом состоял конфликт.
Когда даже на Западе рождается религиозный ум, он по сути своей восточного типа. Таким восточным качеством отличаются умы Экхарта и Бёме. А когда на Востоке рождается научный ум, он обязательно будет западного типа. Запад и Восток здесь не географические понятия. "Запад" значит аристотелевский тип, "Восток" значит не-аристотелевский ум. "Запад" означает равновесие, "Восток" означает отсутствие равновесия. "Запад" означает рациональное, "Восток" иррациональное.
Тертуллиан был одним из самых восточных умов на Западе. Он сказал: "Я верю в Бога, потому что верить невозможно. Я верю в Бога, потому что это абсурдно". В этом основа восточного подхода: потому что это абсурдно. На Западе так не скажут. На Западе скажут, что верить следует только тому, что рационально, логично. Иначе все это поверья, предрассудки.
Экхарт тоже восточный человек. Он утверждает: "Когда верят в возможное, это не вера. Когда верят в доказательства, это не религия. Это области науки. Только когда вы верите в абсурдное, в ваш ум проникает нечто из запредельного". Это не западное понимание, оно принадлежит Востоку.
У Конфуция, с другой стороны, западный ум. На Западе хорошо понимают Конфуция, но совсем не воспринимают Лао-цзы. Лао-цзы говорит: "Ты глуп уже потому, что рационален. Недостаточно быть только разумным и рациональным. Иррациональное тоже должно иметь свое место для существования. Только тот разумен, кто одновременно рационален и иррационален".

Полностью рациональный человек не может быть разумным. Разум имеет темный уголок иррационального. Ребенок выходит из мрака чрева. Цветок рождается во тьме корней. Нельзя отрицать тьму; она лежит в основе. Это самое значительное и животворящее явление.
Западный ум вносит в мир свой вклад – науку, но не религию. Восточный ум может дать только религию, но не науку, не технологию. Наука и религия взаимно дополняют друг друга. Если мы сумеем понять их различия и их взаимодополняемость, то из этого может родиться лучшая мировая культура.
Тот, кому нужна наука, должен обращаться к Западу. Но если Запад создает религию, она не поднимется выше богословия. На Западе вы сами себе приводите доказательства в пользу существования Бога. Доказательства Бога! Для Востока это просто непостижимо. Нельзя доказать существование Бога. Сама такая попытка – бессмысленна. То, что можно доказать, не будет Богом; это будет научным выводом. На Востоке мы говорим, что божественное недоказуемо. Когда вам надоедают ваши доказательства, прыгайте в само переживание; погружайтесь в само божественное.
Восточный ум – женщина; западный ум – мужчина; западный ум агрессивен. Логика обречена быть агрессивной, жесткой. Религия же восприимчива, подобна женщине. Бог может быть только воспринят, его нельзя ни открыть, ни изобрести. Нужно стать подобным женщине – все принимающим, открытым и ждущим. Вот что я имею в виду под медитацией – быть открытым и ожидающим.

— Рамакришна сказал, что для нашего века самым подходящим является подход бхакти. Так ли это?

Нет. Рамакришна считал самым подходящим отношением бхакти-йогу, потому что она была наиболее подходящей для него. Это то окно, через которое он вышел под открытое небо. Дело не в том, что какой-либо подход соответствует или не соответствует определенному веку, мы не говорим о веках. Века сосуществуют одновременно. Мы кажемся современниками; но мы можем ими и не быть. Может быть, я живу двадцать столетий тому назад. Ничто не является абсолютным прошлым. Для кого-нибудь оно является настоящим. Нет ничего абсолютно настоящего. Для одних оно уже прошлое, а для кого-то еще не наступило. Нельзя категорически судить о веке, как о таковом.
Рамакришна был благоговеющим верующим. Он пришел к Богу через молитву, любовь, чувства. Он осуществил себя таким образом, и он считал, что это поможет всем. Он не мог понять, что этот путь может быть труден для других. Как бы мы ни сочувствовали людям, мы всегда видим их в свете своего опыта. Для Рамакришны единственным путем казалась бхакти-йога: путь поклонения.
Если же все-таки говорить о характерных чертах века, то наш век – самый интеллектуальный, самый научный, самый технологический, в нем очень мало чувств и поклонения. То, что говорил Рамакришна, было верным для него и еще, быть может, для окружающих его людей. Он принадлежал миру крестьянина, где интеллект не значил ничего, а чувства значили все. Он не был человеком этого века. То, что он говорил, подходило для того окружения, в котором он жил, но не для ныне существующего мира.
Вам могут нравиться слова Рамакришны: "Поклонение – путь для этого века", потому что вы утратили равновесие. Но Вивекананда говорит противоположное. Поскольку Восток тоже утратил равновесие, он по преимуществу интеллектуален. Это для того, чтобы уравновесить существующие крайности, своего рода взаимодополнение.
Рамакришна был типом эмоциональным, а его главный ученик – интеллектуальным. Так и должно было быть. Рамакришна абсолютно женственен: не агрессивен, всеприемлющ. Понятие пола не только биологическое; оно существует повсюду. В каждой сфере, где возникает полярность, существуют противоположности, привлекаемые друг к другу.
Вивекананду никогда не привлек бы интеллектуал. Ведь он бы не был прямой противоположностью. В Бенгалии в то время жили гиганты интеллекта. Он бывал у них, но возвращался с пустыми руками. Они его не привлекали. Рамакришна был самым неинтеллектуальным человеком, какого можно было себе вообразить. Он был всем тем, чем Вивекананда не был, в нем было все то, что он искал.
Вивекананда был противоположностью Рамакришны, и все, чему он учил именем Рамакришны, по духу было не тем, чему учил сам Рамакришна. И те, кто приходят к Рамакришне через Вивекананду, не могут прийти к самому Рамакришне. Те, кто понимают толкование Рамакришны Вивеканандой, никогда не поймут самого Рамакришну. Толкование исходит от прямой противоположности. Когда говорят: "Если бы не Вивекананда, мы никогда не узнали бы о Рамакришне", то это по-своему верно. Весь окружающий мир действительно не узнал бы о Рамакришне без Вивекананды. Но с помощью Вивекананды то, что известно о Рамакришне, в основе своей неверно. Это ложная интерпретация. И все потому, что они принадлежат к противоположным типам. Рамакришна никогда не спорил. Вивекананда всегда приводил аргументы. Рамакришна был невежественен, Вивекананда был ученым человеком. То, что Вивекананда говорил о Рамакришне, прошло через зеркало Вивекананды. И так происходит всегда. Будда привлекает людей прямо противоположных ему самому. К Махавире и Иисусу тянутся люди духовно иного пола. И эти противоположности затем создают организацию, орден. Но так оно есть. И ничего нельзя поделать.

 

Глава 11
ПРАВИЛЬНОЕ ЗАДАВАНИЕ ВОПРОСОВ

...?

Только духовный человек может заявить, что вообще не существует предопределения. Такое понимание приходит только тогда, когда вы полностью не отождествлены с телом. Тот, кто обрел сознавание, просветление, полностью выпадает из причинно-следственного ряда. Он становится абсолютно непредсказуемым. О нем ничего нельзя сказать. Он живет в моменте; его существование атомарно. Ваше будущее по сути не будущее; оно является результатом прошлого. Вот почему ваше будущее легко предсказуемо.

Сознавайте все, что приходит извне и не отождествляйтесь с ним. И тогда придет момент, когда все внешнее полностью отпадает. Вы окажетесь в вакууме. Этот вакуум является проходом, переходом от внешнего к внутреннему, дверью. Нужно быть достаточно мужественным, чтобы остаться в вакууме. Если у вас нет смелости, вы все время будете уходить наружу и цепляться за что угодно. Но момент пребывания в вакууме и есть медитация. И если у вас хватит мужества остаться в этом моменте, то очень скоро все ваше бытие повернется вовнутрь. Когда не к чему привязываться вовне, ваше бытие обращается вовнутрь. Тогда, впервые, вы узнаете, что вы есть нечто, превосходящее все, чем вы себя считали. Теперь вы уже не становление, а бытие. Это бытие свободно и ничем не детерминировано. Это абсолютная свобода. Без цепей причины и следствия.
Ваши действия связаны с прошлыми действиями, и это идет назад к безначальному началу и вперед к бесконечному концу. Вас детерминируют не только ваши собственные действия, но и поступки ваших родителей образуют единую непрерывность с вашими поступками. Ваше общество, ваша история, все, что случилось до вас, каким-то образом имеет отношение к вашему настоящему поступку. В вас как бы расцветает вся история. Все, что когда-либо происходило, связано с вашими действиями, поэтому ваши действия безусловно детерминированы.
Ваши биологические клетки являются результатом всего процесса эволюции. Эти клетки могут быть частью другого человека. Есть путь, на котором действия взаимосоотносятся с прошлыми действиями. Но когда человек становится просветленным, начинает происходить нечто новое. Действия перестают быть связанными с предыдущими поступками. Теперь любой поступок определяется только сознанием. Он идет от сознания, а не от прошлого. Вот почему просветленный непредсказуем. Вот почему я подчеркиваю, что действовать нужно осознанно. Тогда каждый момент вашего действия не является продолжением предыдущих действий. Вы свободны. Теперь действуете вы, и никто не может предсказать, как вы поступите.

Привычки механистичны; они повторяются. ... Не ошибается лишь машина. Чтобы ошибаться, нужно сознавать.
Если же вы действуете с полным осознанием, возникает совершенно иная ситуация. Тогда все идет от момента к моменту. Сознание – это поток; оно не статично. Это – сама жизнь, поэтому оно изменяется. Оно живое. Оно расширяется; оно обновляется, оно продолжает становиться новым, свежим и молодым. Тогда ваши поступки будут спонтанными. Чем более вы живы, тем меньше повторяетесь. Последовательным может быть только мертвец. Жизнь непоследовательна; жизнь – это свобода. Свобода не бывает последовательной. Последовательной по отношению к чему? Можно быть последовательным только по отношению к прошлому. Просветленный последователен только в своем сознавании; по отношению к прошлому он непоследователен. Он находится в поступке полностью. Ничто не откладывается на потом; ничто не упускается. В следующий момент действие закончено, и его сознавание снова свежо и чисто. Сознание будет при любой возникающей ситуации, но каждый поступок будет совершаться в полной свободе, как если бы этот человек впервые оказался именно в этой ситуации.

Вашими реакциями можно управлять через биохимию. Приняв алкоголь, вы ведете себя иначе. Изменяется биохимия вашего тела, изменяется ваше поведение. В свое время высшей методикой в Тантре было принятие интоксикантов, не теряя при этом сознательности. Если человек сохранял сознание, когда по всем признакам он должен был потерять его, только тогда Тантра считала человека просветленным. Если химические изменения в теле могут изменить ваше сознание, то тогда в чем смысл сознания? Если укол может привести вас в бессознательное состояние, то зачем сознание? Тогда химический препарат сильнее вашего сознания. Тантра говорит, что можно превозмочь любой интоксикант и остаться сознающим. Дается стимул, но ответа на него не последует. Секс – это химическое явление. Определенное количество того или иного гормона порождает половое влечение. Вы превращаетесь в желание. И Тантра экспериментировала с сексом. Если вы не испытываете полового влечения в исключительно сексуальной ситуации, тогда вы свободны. Вы оставили далеко позади себя биохимию своего тела. Тело существует, но вы уже не в теле.
Гнев – это тоже химия. Биохимики скоро смогут сделать вас гнево-иммунными или секс-имунными. Но Буддой вы от этого не станете. Будда не был неспособен сердиться. Он был способен сердиться, но отсутствовал эффект чувства гнева. Если контролировать химию вашего тела, то вы утратите способность сердиться. Отсутствуют химическое условия, вызывающее в вас гнев, поэтому нет и эффекта чувства гнева. Или если из тела убрать половые гормоны, то вы не будете сексуальны. Но главное не в том, сердитесь ли вы или нет, есть ли в вас сексуальное влечение или нет. Вся суть заключается в том, как оставаться сознающим в той ситуации, которая предполагает бессознательность, как сохранить сознание в ситуации, которая случается только в состоянии неосознанного.

Когда возникает такая ситуация, Вам дается необыкновенная возможность. Это как раз нужный момент. В вас заработала биохимия, она приводит вас к бессознательному состоянию, чтобы вы вели себя как безумный. А вы сознавайте. не подавляйте; сознавайте, будьте свидетелем.
Возникает гнев – будьте свидетелем; возникает секс наблюдайте. Позволяйте случаться всему тому, что происходит внутри вас, и медитируйте на всей этой ситуации. Постепенно, по мере углубления сознавания, все меньше будет оставаться возможности обусловить ваше решение за вас. Вы становитесь свободным. Мокша, свобода не означает ничего иного. Мокша – это сознание, которое настолько свободно, что уже ничто не может детерминировать его.

— Что такое божественная любовь? Каково переживание любви у просветленного?

Сознавание должно идти от момента к моменту, не только в поступках, но и в вопросах, в каждом движении. Вот я поднимаю палец – это может быть просто по привычке. Тогда я не хозяин своего тела. Но если это спонтанное выражение чего-то, что в данный момент присутствует в моем сознании, тогда это совсем иное дело. Будьте в моменте. Ничего не решайте заранее..
А теперь вопрос.
Всегда, когда существует любовь, она божественна; поэтому сочетание "божественная любовь" бессмысленно. Любовь всегда божественна. Но ум хитер. Он говорит: "Мы знаем, что такое любовь. Чего мы не знаем, так это, что такое "божественная любовь". Но мы совсем не знаем любви.
Следует сначала понять, что такое любовь, потому что, спрашивая о божественной любви, вы предполагаете, что знаете, что такое любовь. Но любовь нам неизвестна. То, что мы принимаем за любовь, это нечто иное. И прежде чем предпринимать шаги к настоящему, истинному, следует уяснить себе ложное.То, что вы называете любовью. Это всего лишь отсрочка секса.
А что же тогда любовь? Любовь совершенно не связана с сексом. Она может включать в себя секс, а может и не включать, но, по сути, она совсем не имеет никакого к нему отношения. Это совершенно иное явление.

Для меня любовь – это продукт медитативного ума. Любовь связана не с сексом, она связана с дхьяной, медитацией. Чем молчаливее вы становитесь, тем раскованнее вы будете, тем больше вы будете чувствовать удовлетворенность и тем явственнее проявится новое выражение вашего бытия. Вы начнете любить. Но не кого-то в частности. Возможно и кого-то в частности тоже, но это уже другой вопрос. Вы начинаете любить. Это состояние любви становится вашим способом существования. Оно не является влечением.
Необходимо ясно понимать разницу. Обычно, когда вы в кого-то влюбляетесь, главным стремлением бывает, как бы от него получить любовь. Это не вы отдаете свою любовь другому, а вы ожидаете, что он даст вам свою любовь. Вот почему любовь становится собственницей. Вы обладаете другим, чтобы от него что-то получить. Но та любовь, о которой я говорю, никем не обладает и не имеет никаких ожиданий. Это просто ваше поведение. Вы становитесь настолько безмолвными и любящими, что ваше молчание изливается и на других. Любовь, о которой я говорю, делает вас такими молчаливыми, что нет ни влечения, ни отвращения. Вы не ориентированы на другого. Другой исчез; вы наедине с самим собой. И в этом чувстве одиночества любовь приходит к вам как благоухание.

Мерзко требовать от другого любви. Зависимость от другого, требование чего-либо всегда порождает страдания, конфликты, оковы. Человек должен быть самодостаточен. То, что я понимаю под медитацией – это состояние, когда человек становится достаточен в себе. Вы превращаетесь в круг, одиночество. Мандала завершена. Только когда вы превратитесь в совершенный круг – цельный, самодостаточный – в вас расцветает любовь. Тогда вы любите все, что приближается к вам. Это не поступок, вы ничего не совершаете. Само ваше бытие, само ваше присутствие есть любовь. Через вас течет любовь.
Если спросить человека, достигшего такого состояния, "Ты меня любишь?" – ему будет трудно ответить. Он не сможет сказать: "Я тебя люблю", потому что это не действие с его стороны. По сути он есть любовь. Такая любовь приходит только с той свободой. Свобода – это то, что испытываете вы; любовь – это то, как другие воспринимают вас. Когда внутри случается медитация, вы чувствуете себя абсолютно свободным. Эта свобода внутреннее чувство; его не могут ощутить другие.
До некоторой степени вы создаете для них затруднения и неудобства, потому что вас невозможно предсказать. Теперь о вас ничего нельзя сказать. Как вы поступите в следующий момент? Что вы скажете? Этого никто не знает; вы не мертвы. Но они почувствуют вашу любовь, потому что они жаждут любви.
Поэтому, когда встречается свободный человек, все ощущают его любовь. Но вы ощутите его любовь как сострадание, а не как любовь, потому что в ней не будет волнения. Она будет очень расплывчатой – без пыла, даже без теплоты. В ней не будет волнения. Просто она есть, и все. А вы ощущаете ее как милосердие, сострадание, каруну. Снаружи можно почувствовать только любовь, но не свободу. И это тоже только как сострадание.
...Христос бунтует всегда. Никакая ситуация не погасит его бунтарства, потому что он бунтует не против кого-то конкретно. А потому что его сознание свободно. Везде, где он чувствует препятствие, он будет бунтовать. Бунтарство это его дух. И если Иисус придет сегодня, христианам будет с ним неуютно, он снова уничтожит все, что у них есть. Любовь не может существовать без свободы, без бунта. Вы не способны любить так, как любит Будда, пока вы не станете такими же свободными, как и он.
Когда в человеческое сознание приходит свобода, изнутри ощущается свобода, а извне – любовь. Эта любовь, это сострадание есть отсутствие как любви, так и ненависти. Отсутствует сам дуализм; нет ни влечения, ни отвращения.
Обычно любовь зависит от того, кто дает. Он может дать любовь, а может и не дать. Но та любовь, о которой я говорю, не зависит от дающего. Он открыт и излучает любовь в каждый момент. Даже когда рядом никого нет, изливается его любовь. Он подобен цветку в пустыне. Никто не знает, что он расцвел и источает аромат, но он все равно благоухает. Он дарит свое благоухание не кому-то, а просто дарит. Цветок расцвел, поэтому есть аромат. Не имеет значения, есть прохожие или нет. Если проходит человек, обладающий тонким чутьем, он может насладиться ароматом. Но если он бесчувственен, мертв, он может даже и не узнать, что прошел мимо цветка.
Когда есть любовь, то только от вас зависит, примите вы ее или нет. Только когда любви нет, кто-то другой может либо дать ее вам, либо не дать. В любви, в сострадании нет деления на божественное и не-божественное. Любовь божественна. Бог есть любовь.

 

История эзотерики
13 врат эзотерики. История эзотерических учений от Адама до наших дней - (Het Monster) Колесов



ЭЗОТЕPИЗМ, тж. эзотерика, эзотерический: эти слова происходят от греч. esoterikos, "внутренний". Термин возник в эпоху эллинизма
(IV-III в. до н.э.). Исторически он обозначал тайноведение, "ВНУТРЕННЮЮ ДОКТРИНУ" религиозного, философского или иного учения, доступную лишь прошедшим обряды высших посвящений, в отличие от ЭКЗОТЕРИЧЕСКОЙ, "внешней", изучение которой не только было доступно всем, но и вменялось им в обязанность. Сегодня ЭЗОТЕРИЗМ - это обобщающее название современного учения или, точнее, представления о мiре и человеке как единстве макрокосма и микрокосма, не ограничивающегося рассмотрением одних только их материальных характеристик, метод познания "внутренней сущности" всех вещей, мерой которых, как известно, является человек.
Кроме того, со времен "великого Кофты" Калиостро (конец XVIII века), а окончательно - мадам Блаватской (конец XIX века) и Алистера Кроули (начало ХХ века) в основе современного эзотеризма лежит сравнительное изучение учений Востока и Запада, цель которых - помочь человеку познать в первую очередь самого себя, если уж мера всех вещей - он сам, ибо без этого он не сможет познать все остальное. А познание самого себя, как известно, не только древнейшая, но и труднейшая из задач, когда-либо ставившихся человеком, недаром на храме Аполлона в Дельфах было написано: Gnwri se auton - "Познай самого себя". Это название окончательно прижилось после Второй мировой войны на Западе как термин, призванный заменить два аналогичных и, в общем-то, синонимических термина, значение которых к тому времени изменилось: ГЕРМЕТИЗМ и ОККУЛЬТИЗМ. Если не придираться к частностям, то все три термина обозначают одно и то же: в философском плане - определенный взгляд на мiр, предполагающий, что непознанное и даже признанное непознаваемым требует столь же уважительного отношения и строго научного подхода, как уже познанное или признанное познаваемым, в практическом же плане - совокупность дисциплин, изучающих законы, общие для того и другого.
В чем же между ними разница?
Слово ГЕРМЕТИЗМ так же, как и слово ЭЗОТЕРИЗМ, придумано греками в эпоху эллинизма или чуть раньше: Геродот (484-425 до н.э.) рассказывает о египетских жрецах, обладающих тайным знанием и возводящих это знание к некоему Гермесу Трисмегисту, от имени которого и образовано слово.
От того же слова, точнее, от имени, происходит и понятие "герменевтика" - искусство толкования священных текстов, получившее в православной практике название "экзегетика" (толкование Священного Писания), а также всем известное слово "герметический" в смысле "плотно закрытый".
Позже к Гермесу как ученому, обладателю тайного знания, обратились гностики. Климент Александрийский (III в. н.э.) считал его автором целых 42 трудов астролого- космографического и религиозного содержания. В греческих и латинских изложениях до нас дошли: "О природе богов" (De natura deorum), "Пимандр или о могуществе и мудрости Божией" (Poimandres sive de potestate et sapientia Dei) и знаменитая "Изумрудная скрижаль" (Tabula smaragdina). Подробнее см. Агапова З. Гермес - бог познания = земли и неба.
Таким образом, под ГЕРМЕТИЗМОМ люди той эпохи понимали учение, возникшее как признание наличия скрытой, непознаваемой сущности вещей, открытой лишь посвященным. Слово же ЭЗОТЕРИЗМ стали примерять к себе христианские иерархи: себя они считали эзотериками, и не без оснований - какое учение может быть эзотеричнее веро-учения? - а всех остальных, включая царей, - экзотериками. Недаром даже Святой Константин, память которого вместе с его матерью Еленой ныне отмечается Православной церковью 21 мая ст.ст. (3 июня), в документах Никейского собора (325) именуется `o 'episkopos twn 'exoterikwn -
"владыка внешних".

В XII в. рабби Авраам бен Давид из Толедо собрал древние тексты, кое-что дописал сам и представил мiру первый свод учения Каббалы. В XIII в. граф Больштедт, он же Альберт Великий, сложил с себя сан епископа и стал учителем оккультных наук. В XIV веке Раймонд Луллий создал свою Ars Magna - "Великое искусство", книгу по магии и алхимии. В XV веке юный граф Пико делла Мирандола понял, что мiр видимый и мiр невидимый едины, и лучшим
средством познания этого назвал Каббалу. В XVI веке солдат по имени Генрих, за храбрость посвященный в рыцари прямо на поле боя под именем Корнелиуса фон Неттесгейм, написал трехтомное сочинение о тайной философии - De occulta philosophia, фактически стал основателем современного эзотеризма (мы его знаем как Агриппу). В XVII веке юный Бенедикт Спиноза..

Оправилось от ударов судьбы Теософское общество, созданное Еленой Блаватской. В Швейцарии д-р Рудольф Штайнер основал "храм" антропософии.
В Америке возник Институт парапсихологии, в России - целое научное направление по исследованию возможностей человека (Бехтерев).
...Не секрет, что многие отрасли современной науки переживают не лучшие времена. Не секрет также, что многие представители этой науки больше интересуются своими собственным, чем чужим преуспеянием. Но есть и добросовестные ученые, продолжающие разоблачать "эти средневековые суеверия" по той лишь причине, что своим знакомством с эзотерикой они обязаны дешевой американской литературе, астрологу-недоучке или лекарю-шарлатану.
Но так будет не всегда. В истории человечества наступает новый перелом, "водораздел", и очень может быть, что людям какого-нибудь XXIII века мы будем казаться такими же инопланетянами, какими нам кажутся жители древнего Шумера. Уже в будущем, XXI веке, то есть очень скоро, эзотерические науки займут свое место в программах учебных заведений наряду со всеми другими. Ведь на самом деле и те, и другие тесно связаны между собой. Однако переход от прежней логики к новой, хотя он уже начался, займет несколько столетий. Чтобы поближе познакомиться с эзотерическими науками, мы для удобства разделим их на три группы.
Во-первых, это дисциплины, использующие о б ъ е к т и в н ы е д а н н ы е о человеке, то есть те параметры, которых он сам изменить не может.
Вторая группа оккультных наук оперирует с у б ъ е к т и в н ы м и данными, то есть тем материалом, который человек предоставляет о себе сам. Это главным образом какие-то образы подсознания, которые сам человек обычно истолковать не умеет; специалист выступает здесь в роли "дешифровщика". Сюда относятся все мантические дисциплины, то есть различные способы г а д а н и я. Гадать на самом деле можно на чем угодно, потому что ответ на вопрос уже заключен в подсознании спрашивающего, иначе не возник бы сам вопрос. Гадательные символы лишь помогают сделать этот ответ понятным.
...Толкование снов (онейрология) также входит в эту группу, так как сны принадлежат не объективному, а субъективному мiру.
Сюда же следует отнести и каббалистическую нумерологию, исследующую случайные сочетания букв и цифр. Со стороны неоккультных наук к мантическим дисциплинам примыкает психология, также занимающаяся изучением тех данных, которые человек дает о себе сам, что-то сообщая, а что-то утаивая. Наиболее ярко эти признаки психологии выражены в психоанализе Фрейда. Ясно, что к этой категории относятся и столь распространенные ныне психологические тесты.
И, наконец, третья группа оккультных наук - науки м а г и ч е с к и е, основная цель которых - не изучение характера человека и не предсказание судьбы, а в о з д е й с т в и е как на то, так и на другое. Существует несколько видов магии, различающихся по целям и способам воздействия. Профессиональную магию издавна подразделяли на белую (теургию) и черную (чародейство, чернокнижие). Различие между ними скорее этическое, чем техническое.
Натуральная же или "народная" магия просто составляет неотъемлемую часть нашей жизни. "Любое действие, совершаемое намеренно, уже есть магия", - говорил Алистер Кроули и был прав, ибо осознание человеком своего намерения уже вызывает изменения в окружающем его мiре, облегчая осуществление этого намерения, если оно не нарушает космического равновесия, или затрудняя, если нарушает.
Лекция 4. Китай и Тибет

...китаевед Дж. Нидэм считал даже, что китайское мышление наиболее близко ко всемiрной (универсальной, экуменической) философии будущего.
В Судане живут разные племена. Одно из этих племен называется БАМБАРА. Это обычные чернокожие, красивого телосложения, они живут также в Мали и некоторых других странах Африки, в состав Египта никогда не входивших. обратимся к космогонии бамбара. Мiр произошел из первичной пустоты (т.е. все того же хаоса, определения которого нигде найти невозможно). Пустота издала звук, отчего возник ее двойник. От их соединения возникло влажное вещество (вода), а потом произошел взрыв (! - что мы говорили о Большом взрыве?), породивший твердое вещество. Однако это еще не были земля и пространство, их еще не сотворили. При оседании твердого вещества (после взрыва) возникли вещи и их символы. Тогда из хаоса выделилось сознание и направилось к вещам,
чтобы вдохнуть в них жизнь и наделить именами. Так возник активный дух Йо и 22 основных элемента, от которых произошли звуки, цвета, действия и чувства... Это распределение стихий по принципу мужского и женского начала полностью соответсвует, кстати, взглядам индуистов (брахманистов), пифагорейцев, каббалистов и суфиев.

...Вспомним марксистский закон единства и борьбы противоположностей или слова Бхагван Шри Раджнеша, он же Ошо, великий учитель современных русских и зарубежных индуистов. Возвращаясь к теме Древней Индии и предваряя тему современных пост-индийских учений, можно сказать, что заслуга Раджнеша состоит именно в адаптации понятий всеиндийского плюрализма богов и мнений к ограниченно-рационалистическому восприятию европейцев (или, точнее, вообще людей Запада). Он писал: "Противоположности - это не противоположности. Посмотрите глубже, и вы ощутите их, как одну и ту же энергию" - это именно то, о чем мы говорили на всех предыдущих лекциях... Помните спор между ведантой и мимансой, иллюзия ли мiр или не иллюзия?
Каббала
Душа - это сложная субстанция, включающая пять элементов: Нефеш ("душа"), Руах ("дух"), Нешама ("дыхание"), Йехида ("единственная") и Хайа ("живая"). Все мiроздание зиждется на 10 первых числах и 22 буквах.
Можем рассмотреть каждую из сфирот по отдельности. Перечислим их "снизу вверх":
МАЛХУТ, Малкут (ивр. "Царство"): 10-я, самая нижняя из сфирот (см.), представляющая мiр Pеального (Олам ха-Асия): это те самые "царства", из которых состоит реальный или физический мiр - царства животных, растений и минералов, а также человеческие царства. Будучи самой нижней, она олицетворяет также начало нового цикла - вертикаль, соединяющая все сфирот, продолжается вниз и снова подходит к высшей из сфирот (Кетер), показывая таким образом, что "конец заложен в начале" (Сефер Йецира).
ЙЕСОД (евр. IESOD - "фундамент, основание", девятая из 10 сфирот (см.), принадл. к миру Творения (Олам ха-Йецира, царство Природы). Синтезирует влияние высших сфирот и передает его последней из них, Малкут, служа как бы связующим звеном между низшим и высшими мiрами. "Йесод - завершение туловища, знак священного Завета" (Минха ле-Эрев Шаббат), аналогичное чакре Муладхара. Это - основание мiра творений, включающего также Эхо (Ход) и Преодоление преграды (Нецах).
ХОД или КАВОД "отражение света и звука", "эхо", трад. перевод - "Слава": восьмая из 10 сфирот, ответвление сфиры Гвура. Проявляется в человеческой душе в желании восхвалять и благодарить Всевышнего, признавать истины, которые выше человеческого понимания.
НЕЦАХ "победа", ивр. "вечность"): седьмая из десяти сфирот (см.). Проявляется в преодолении препятствий на пути распространения божественного света. Принадлежит к мiру Творения (Олам ха-Йецира). О седьмой и восьмой сфирот сказано: "Нецах и Ход (см.) - это ноги... Точные весы символизируют две надежные опоры, Нецах и Ход" (Минха ле-Эрев Шаббат).
ТИФЕPЕТ ("красота", "украшать"): шестая сфира (см. сфирот) - Красота, Гармония, "срединный столп, на котором покоится мiроздание", основание мiра творчества (Олам ха-Бриа), включающего также Силу (Гвура) и Добро (Хесед). В человеч. теле - туловище (Минха ле-Эрев Шаббат). Понимание
Красоты, наличие чувства Прекрасного - необходимое условие, основа творчества.
ГВУРА (евр. GEBOURAH - "могущество, сила", от гавар - "быть сильным", англ. Gebura): одна из десяти сфирот (см.), пятая. Для осуществления творческих замыслов необходима сила. Эта сфира выражает также принцип меры, закона, строгости, в этическом плане - начало справедливости (наз. тж. Дин, "Закон").
ХЕСЕД (от ивр. хасад - "стремиться к добру, быть великодушным"): Милосердие, четвертая из десяти сфирот, высшая сфира области эмоций (Олам ха-Бриа, Мир творчества). Ее действие проявляется в излиянии Божественного света, раскрывающегося для всех, достойных и недостойных, в любви Всевышнего к Своим творениям. В человеке проявляется в любви к Богу и людям.
БИНА (Bina, др.-евр. "постижение", от бин - "размежевывать, распознавать", ср. бритва Оккама или чжэнмин - "исправление имен" у конфуцианцев): третья сфира у евреев, означающая познание путем "рассечения" (ср. совр. прост. "сечь" в смысле "понимать"). Вместе с Хохма и Кетер (см.) составляет "мiр эманаций", царство (космического) Разума.
ХОХМА "мудрость": вторая из 10 сфирот, уже знакомая нам персонификация Премудрости, вполне соответствующая христианской Софии. Три высшие сфирот - Кетер, Бина и Хохма - образуют мiр Эманаций (Олам ха-Ацилут).
КЕТЕР (ивр. KEThER "корона", "венец"): высшая из десяти сфирот (см.), их непостижимо скрытый источник. Невыразимое Божественное ничто, сфера Первоначала.
ДААТ (евр. "знание"): дополнительная, одиннадцатая сфира (см. сфирот), олицетворяющая универсальный принцип связи сознания с познаваемым. В совр. каббалистике - высшая точка, которой может достичь человек, идущий по пути познания. Отождествляется тж. с пропастью, отделяющей три высшие сфирот (Кетер, Хохма, Бина) от остальных: преодолеть эту пропасть способен лишь истинный адепт.
КЛИПОТ "скорлупа, шелуха": негативные, "нечистые" формы бытия, побочный результат акта творения. В современной магии - сферы (сфирот, см.) древа зла, антагонисты сфер древа жизни. Иногда рассматривается тж. как дополнительная (12-я) сфира, значение которой сродни значению Плутона в астрологии.
Греки
В целом Дионис стал символом освобождения от оков Закона (своеобразный анти-сатурнический бунт), от преграды, отделяющей человеческое "Я" от окружающего его мiра (ср. араб. Хаджаб ). Это - чувство, интуиция, эмоция в чистом виде, слияние духа и тела, путь к обожению через расслабление, "групповая терапия", восточный путь единения с Абсолютом (объединение, ср. solidaire у Камю). Вот чему учили своих адептов орфики. Заметим, что они, разумеется, считали Диониса богом, но у нас с вами речь давно уже идет о культурном архетипе Диониса. В этом смысле "путь Диониса" можно описать как освобождение от Сатурна через Венеру и Юпитер.
это "экстаз, и он уносит душу на крыльях сладостного безумия в причудливые чертоги Любви, где в миг высочайшего напряжения... она одновременно испивает и кубок Смерти, сгорает в этих пламенных объятиях".
Христиане
"Не стремись к внешнему, возвратись в себя самого: истина обитает внутри человека.

 

Ошо - Пульс абсолюта. — беседы об Ишавасья-Упанишадах
Полностью - тут:
https://www.koob.ru/osho/pulse_absolute



Пульс абсолюта.
© THE HEARTBEAT OF THE ABSOLUTE

Только когда наши глаза свободны от разглядывания окружающего мира, только тогда они смогут смотреть внутрь. И естественно получается, что когда мы останавливаем свой взор на внешних предметах, мы не можем взглянуть внутрь себя. Блуждающий взор не может проникнуть внутрь. Мы привыкли смотреть наружу, думая, что все получаемое нами происходит оттуда.

От веры — к истине

Что мы будем делать, чтобы быть спокойным? Если только один путь, только один и никакого другого пути нет! Это путь, в результате которого вы становитесь просто «человеком-свидетелем». Тот, кто десять минут может сидеть в состоянии «простого свидетельствования», может познать спокойствие и тишину. Если вы хотя бы на десять минут решите быть простым свидетелем, простым наблюдателем, человеком, смотря щим на все со стороны, если вы скажете себе: «Я буду только наблю дать, спокойно, просто сущ ествовать и приобретать опыт из всего, что вижу перед собой, но при этом не буду делать никаких попыток участвовать в чем-либо, буду делать это так , как человек смотрит на реку, катящую свои воды вперед, или на облака, плывущие в небе, как смотрят на стаю птиц, возвращаюся на свои гнезда! Как человек, смотрящий на снующий перед ним рынок с его покупателями и продавцами, при этом сам он находится где-то высоко над мирской толпой. Но затем он начинает ощущать, как спокойствие и тишина начинают проникать в него, слова начинают покидать его ум». Таким образом, наша задача сводится только к тому, чтобы десять минут находиться в состоянии наблюдателя. Есть два маленьких правила для проведения этого эксперимента.
Первое: совершенно расслабьте тело, расслабьте его так, как будто оно стало безжизненным; не должно быть никакого напряжения ни в какой части вашего тела.
Второе: закройте глаза, закройте их, просто опустив веки, без всякого напряжения.
надо сесть или лечь с закрытыми глазами, всего на десять минут, в состоянии постороннего наблюдателя. Вы не должны делать ничего, велите себя так же, как вы ведете себя в кино. Мы будем слышать все, что происходит в наших ушах, мы будем наблюдать то, что мы называем мыслями внутри нас. Мы будем наблюдать все то, что происходит внутри нас, чтобы там ни происходило. Десять минут такого наблюдения — и мы будем поражены тем миром и тишиной, которые пробудятся внутри нас. Если наше «внутреннее» станет спокойным и пустым хотя бы на один миг, будет сделан первый шаг в совершенно новом мире. Если кто-нибудь найдет это интересным для себя, поймет, что сможет получить хоть что-нибудь от этого, поймет, что сможет этого состояния достигнуть, тогда надо тренировать себя каждый вечер по десять минут перед тем, как идти спать. Такая десятиминутная тренировка каждый день открывает дверь в новый мир, дверь внутрь, и уже через три месяца вы увидите намеки на совершенно новыйи прекрасный мир. Каждый познакомится с совершенно новым человеком внутри себя, с которым никогда не был знаком раньше.

От основ — к истине

Первое, что необходимо принять для усвоения третьего правила, это то, что жизнь в том виде, в котором она понимается нами — нереальна. До тех пор, пока мы будем считать нашу жизнь реальной, наши глаза никогда не повернутся в сторону Истины. Тот, кто хочет встать на путь Истины, должен знать, что жизнь — не более, чем сон. Это первое условие, после усвоения которого вы можете двигаться дальше. Длинное путешествие от рождения к смерти — реальность ли это или сон? Всю жизнь мы видим сны, но никогда нереальность снов не была осознана нами. Их ложность никогда не осознавалась нами. Те, кто были разбужены для Великой Истины, утверждают, что мир, видимый нами открытыми глазами, есть не что иное, как сон.

Через достижение спокойствия человек достигает Истины. Но только те могут ступить на этот путь, для кого жизнь представляется не больше, чем сон. Те, кто считает по-прежнему, что жизнь единственно реальна, тот никогда не сможет постичь Истины. Это первое. Второе — тЧто мы делаем со снами? Мы просто смотрим их — и больше ничего! Мы ничего не можем сделать с ними. Таким образом, человек, для которого жизнь — сон, становится просто наблюдателем, свидетелем. Он просто наблюдает жизнь. Он относится к ней как к тому, что можно только наблюдать.
Сны представляют собой наши самые пылкие желания, в то время как «свидетельствование жизни» — это развитие! Сны основа, но само строение — это свидетельствование. Для того, чтобы понять, что жизнь не более чем сон, надо стать наблюдателем. Как только человек становится не более чем наблюдателем, внутри него происходит революция.
Тот, кто живет верно, тот получает возможность забраться на самые высокие пики человеческого сознания, откуда Истина видна лучше всего. Поэтому второе правило звучит так: будьте свидетелем—очевидцем жизни, станьте наблюдателем жизни, как будто бы человек находится на сцене жизни и мы просто смотрим его в представлении.
Попробуйте делать так и посмотрите, что будет. Жизнь будет совсем иной. Постановите для себя, что с утра и до вечера, например, вы будете практиковать подобное наблюдение за жизнью, будете не более чем наблюдателем-свидетелем. Жизнь будет для вас историей на экране. И уже в первый день что-то новое начнет происходить в вас. После подобного эксперимента вы уже никогда не сможете быть прежним — вы уже станете другой личностью. Начните этот эксперимент прямо сегодня. Всего один день подобного наблюдения — и вы станете другим! День — это очень длинный отрезок времени. Всего лишь даже один час подобного наблюдения за жизнью — и вы увидите, как жизнь поворачивается к вам совсем иной стороной. Всего один час — и вся ваша внутренняя схема будет изменена. Наблюдайте только один час — все, что предстанет перед вами, наблюдайте это как игру, спектакль и посмотрите, что будет. То, что вчера еще непосильным и неприятным грузом давило на ваш ум, сознание и эмоции, что вызывало бурю негодования внутри вас — сегодня стало совершенно иным. Простое наблюдение привело к тому, что спокойствие как капли воды, неуклонно падающие на разгорающийся пожар, постепенно тушат его.

Итак, первая аксиома: жизнь есть сон. Вторая: живи как свидетель, наблюдатель этого сна.
Очень трудно объяснить, что же происходит с человеком, который живет как наблюдатель — свидетель. Нужно самому попробовать жить так, чтобы понять, что это такое. Это можно узнать только на собственном опыте, так возьмите и попробуйте. жизнь ваша сама станет храмом, как только вы начнете правильно относиться к ней и наблюдать ее. ваша жизнь сама станет паломничеством, как только вы пробудитесь для наблюдения жизни. Как только начнется наблюдение, в этот самый момент ваша жизнь станет священным крестом, это будет уникальным экспериментом.

...Сократ отвечал: «Никакой срочности нет ни в чем, но я уже видел все лучшее в жизни и теперь я хочу посмотреть, что такое смерть. Кончился один спектакль, и теперь я просто сгораю от нетерпения, когда начнется второй, свидетелем которого я буду». «Нет, я сам — такой же, какой и был до того, как мне дали яд. Единственно, в чем отличие, так это в том, что я не могу пошевелить ни рукой, ни ногой. История этих рук и ног пришла к концу. Сейчас начнется какая-то другая история, но я сам — прежний, я — наблюдатель!» как смерть может побороть того, кто встречает ее с открытым лицом? Тот, кто встречает смерть как на блюдатель, тот остается вечным.
Живя в желании познать Истину, необходимо помнить следующие два правила. Первое: жизнь есть сон; второе: мы созерцатели, свидетели, наблюдатели.
Поставьте эти два правила в основу всего испытания: до тех пор, пока вы не сделаете этого, в ваших поисках вы не получите даже туманного образа того, что есть реальность.

К Истине не ведут проторенные дороги. Каждый должен находить свой собственный путь! Как только мы вступаем на путь созерцания, немедленно нам открывается дорога к Истине. И если дверь открывается, хоть немного, то нам уже остается сделать совсем чуть-чуть. Приоткрытая дверь продолжает манить искателя, привлекает его так сильно, что он не может уже держаться, чтобы не пойти дальше. Если человек прыгнул с крыши, то он уже не может спросить, что ему делать дальше. Все сделает притяжение земли — оно притянет его к земле! Его работа заканчивается в тот момент, когда он делает первый шаг в пустоту, остальное за него сделает гравитация.
Однажды вступив на путь созерцания, человеку больше ничего не надо делать. Все остальное сделает притяжение Бога. Чем дольше мы остаемся в мире снов, тем дольше эта сила не работает. Но как только мы находим в себе силы выпрыгнуть из мира снов, немедленно начинает работать сила Бога. Если человек сделает один шаг навстречу Богу, то Бог сделает тысячи шагов навстречу к нему! Малейшая попытка, минимальное усилие — вызывает поток ответов от Него!!!
Поэтому, пожалуйста, запомните два правила: жизнь есть просто сон и человек — созерцатель. По мере того, как человек становится созерцателем, сны тают и остается только то, что является настоящей Реальностью!

Если мы обращаем наши лица вверх к небу и смотрим в пространство, мы наталкиваемся на опыт иного рода. Все, что существует, существует внутри пространства. Настоящее значение слова «пространство» — это стихия, в которой содержится все. Пространство есть то, во что включены все вещи. все содержится в пространстве, а пространство не ограничено. Пространство окружает все, но не окружено само. Поэтому все случается внутри пространства, но оно не увеличивается от того, что случается. И хотя все внутри него приходит к концу, пространство не уменьшается. Пространство таково, каково оно есть. Оно остается в своей таковости, оно остается в своем собственном состоянии. Вы строите великолепный дворец. Через какое-то время ваш дворец превратится в руины. Так дворцы, достигающие небес, снова становятся прахом. Пространство будет незатронутым: оно не уменьшалось, когда вы построили ваш дворец, и оно не увеличится, когда ваш дворец рухнет. Дворец возводится внутри пространства и рухнет он тоже внутри пространства. Тогда, возможно, пространство подводит нас ближе к существованию. Пространство недосягаемо для нас, оно не субстанционально.
Бог безграничен. Бог не убывает. Океан, такой огромный для нас, является такой крошечной каплей того, что есть Бог. А небо, оно гораздо больше наших морей и океанов, и все же для нас оно тоже имеет пределы. Для достижения концепции Бога нужен еще один прыжок, в котором вся логика, идеи и воображение должны быть отброшены.
Бог означает существование, бытие, то, что просто есть: есть атрибут Бога. Что бы мы ни делали, это не затрагивает его бытийность. Что бы мы ни продолжали делать с ним, его бытийность не будет затронута. Бытийность будет пребывать. Конечно, мы можем изменять его формы, мы можем придать ему тысячу различных форм, мы можем трансформировать его снова и снова, но мы не можем изменить то, что есть внутри него. Оно останется. Вчера оно было глиной, сегодня оно зола. Вчера оно было деревом, сегодня оно уголь. Вчера оно было углем, сегодня оно алмаз. Всегда оно есть. Оно ничем не затрагивается, бытийность остается. Бог есть бытийность во всех вещах — их бытие, их существование. Вещи могут создаваться в любом количестве, но не будет никакого прибавления к этой бытийности; они могут уничтожаться в любом количестве, и все же не будет никакого уменьшения в этой бытийности. Она будет оставаться одинаковой — незапятнанная, несвязанная и не затронутая.

 

Сутра говорит, что это целое вышло из того целого. То неизвестно, это неизвестно. Это, что видимо, вышло из того, что невидимо. Это, что мы знаем, вышло из того, чего мы не знаем. Это, что мы испытываем, вышло из того, что лежит вне нашего опыта. Все, что попадает в пределы нашего опыта, выходит из того, что лежит за пределами нашего опыта. Все, что мы видим, возникает из того, что невидимо.
Известное нам приходит из неизвестного. И все, что знакомо вам, берет свое начало из того, что незнакомо. Если мы сажаем семя, из него вырастает дерево. Если мы разламываем семя на части, там не будет дерева. Там не будет и следа тех цветов, которые должны были бы рас цвести. Там не будет и следа тех листьев, которые должны были бы появиться. Откуда они появляются?
Они появляются из невидимого. Они создаются невидимым. Каждое мгновение невидимого преобразовывается в видимое, а видимое исчезает в невидимое. Каждое мгновение беспредельное входит в предельное, и каждое мгновение выходит из него. Это совсем как процесс нашего движения — вдыхание и выдыхание. Все существование непрерывно вдыхает и выдыхает. Тот, кто знает секрет дыхательного процесса существования, называет его творением и аннигиляци ей. Они говорят, что творение происходит, когда существование вдыхает, а аннигиля ция—когда существование выдыхает, и между двумя вздохами мы проходим через бесчисленные жизни. По мере того, как существование выдыхает, мы проходим через бесконечные рождения, бесчисленное количество раз мы приходим и уходим.

Какое бы чудо Бог не являл в этом мире, он являет его каждое мгновение. Каждое мгновение есть чудо. Все есть чудо. Когда из семени вы растает дерево, это чудо. Когда из материнской утробы рождается ребенок, это чудо.
Наблюдайте это, когда вы делаете, что угодно.
Для Бога — сансара, колесо жизни, не что иное, как сон. Если оно становится сном и для вас тоже, тогда вы становитесь неотделимы от Бога. Я повторяю: для Бога сансара не что иное, как сон. И пока сансара для вас нечто большее, чем сон, вы будете меньше, чем Бог. В тот день, когда сансара становится для вас сном, вы есть Бог.

Остаток есть целое, даже когда целое берется из нее. Запомните: целое остается и целое берется, оно уходит полностью, оно
остается полным. Что это значит? Это значит, что каждый человек тоже Бог. Каждый человек и каждый атом — это полностью Бог. Атом не частичный Бог, нет, он есть Бог целиком. Поскольку это неизвестно в нашей обыкновенной арифметике, это трудно понять.
Если вы поняли, что целое выходит из целого и все же остаток есть целое, тогда я могу сказать вам больше. Бесконечное целое выходит из целого и все же остаток есть целое. Поэтому вы не часть Бога, говорить так — значит ошибаться. Всякий, кто говорит, что вы часть Бога, ошибается. Он опять говорит на языке низшей математики. Он говорит на языке того мира, где два плюс два равняется четыре. Он говорит на языке мира мер и весов. Я же говорю вам, и упанишады говорят вам, и те, кто когда-либо узнавал истину, говорят вам, что вы есть Бог целиком. Это не означает, что ваш сосед не есть Бог целиком.
тотальность Бога есть бесконечная тотальность. Из бесконечной тотальности могут рождаться бесконечные целые. Каждый человек есть Бог целиком. Каждый атом есть эта огромная Вселенная целиком, нет ни на йоту различия между ним и всем целым.
Держите в годрве эту сутру на протяжении этих дней нашей садханы , нашей совместной работы. Повторяйте про себя: Это целое, и то целое. Ибо только целое рождается из целого, и когда целое отнимается от целого, смотрите, остаток есть целое. Помните это и продолжайте проговаривать это про себя с каждым совершенным вами вздохом. Держите эту сутру в голове и по мере того, как мы будем продолжать открывать ее для себя, продолжайте погружаться все глубже и глубже в ее смысл и в ваше памятование о ней. Пусть эти процессы продолжают работать внутри вас. Все это случается, как театральное представление, и целое остается таким же невозмутимым и незатронутым, как всегда. Если вы будете помнить сутру, как только вы можете, это поможет вам. Попытайтесь жить в ее духе двадцать четыре часа в сутки.

Суть Упанишад не может быть понята только посредством ума. Она должна быть достигнута посредством переживанияя ее. Эта сутра провозглашает некие виды опыта. Когда вы переживаете эти виды опыта внутри себя, порождаете их внутри себя, позволяете им войти в вашу кровь, кости и плоть, позволяете им вливаться в ваше дыхание, когда вы живете тем, что вы слушаете, помните и проговариваете их про себя, проходя через вашу повседневную рутину бодрствования, стояния, сидения и сна — тогда и только тогда их тайна, их двери начнут открываться вам.
Она заканчивается, провозглашая успокоение трех форм агонии: «Ом Шанти, шанти, шанти». Какое отношение может эта сутра иметь к успокоению трех агоний? Прекратились ли чьи-то беды благодаря распеванию определенных формул? Нет, но мудрец говорит: «Ом», — и это завершает дело.
Все ваши беды могут прекратиться, вы можете стать свободным от всех бед, распевая эту сутру. Если она распевается со всей искренностью, с полным
пониманием, то это возможно. Но для тех, кто сказал: «Ом» со всей отвагой и бесстрашием, — со всеми проблемами покончено. Все беды людей, осознавших истину, прекращаются. Все недуги их тела, ума и души исчезают. Такие люди выходят за пределы несчастья.
Вы думаете: «Здесь должен быть какой-то смысл, раз он говорит это с такой легкостью, с такой уверенностью». Смысл же таков: всякий, кто дает ей родиться внутри себя, будет чувствовать себя свободным от всех несчастий. Ибо в есть только один вид несчастья, только одна агония — будь то на ментальном, физическом или духовном уровне. Есть только один вид несчастья и это — эго. «Я делаю это — это сделано мною» вот единственное несчастье, единственное препятствие. «Это оскорбление направлено против меня, надо мной издеваются...» Все события аккумулируются вокруг этого «Я». Не могу ли я стать в стороне и сказать: «Нанесенное оскорбление было нанесено не мне». А также: «Все, что я сделал — делалось, не я делал это». Если я становлюсь свидетелем действий, приходящих ко мне и исходящих из меня, если я прекращаю быть деятелем, тогда начинают раскрываться чудесные тайны.

Сейчас я дам определенные указания относительно медитации, поскольку завтра утром мы начнем практиковать медитацию. Вот что нужно запомнить в первую очередь: на протяжении всего дня дышите настолько полно, насколько это возможно, и каждый раз, когда вы вспоминаете об этом, вдыхайте как можно глубже. Перенасыщайтесь кислородом. Энергия, которую вы высвобождаете для вашей садханы, будет находиться в прямой пропорции к количеству вдыхаемого вами воздуха. В вашем теле скрыто много энергии.Она должна быть пробуждена и активизирована для медитации, она должна быть направлена в медитацию. Самое близкое и самое легкое средство из доступных вам — это наша дыхательная деятельность.

Третий пункт — концентрация. Вы должны глубоко дышать двадцать четыре часа в сутки и в то же самое время осознавать ваше дыхание. Даже идя по дороге, концентрации можно достичь следующим образом: вдыхая, наблюдайте, как воздух идет снаружи внутрь, будьте внимательны. Продолжайте наблюдать за вдыханием, а также и за выдыханием. Если вы будете невнимательны, вы забудете о наблюдении, и ваш процесс вдыхания станет мелким. Если вы будете продолжать делать глубокие вдохи, вы будете в состоянии оставаться внимательным, ибо для выполнения глубокого дыхания вам нужно будет быть внимательным. Итак, объедините медитацию с дыханием. Если выполняя определенные работы, вы почувствуете, что не можете сосредоточивать ваше внимание на дыхании, тогда концентрируйте на вашей задаче. Например, идя по дороге, концентрируйтесь на каждом шаге, который вы делаете.
На протяжении этих семи дней погрузитесь в концентрацию на двадцать четыре часа в сутки. Медитация, которой мы будем заниматься здесь — нечто совершенно особое, но сейчас я объясню вам фон тою, что вы должны будете делать остальную часть времени. Итак, практикуйте. Огромное внимание, огромная концентрация — и особенно на дыхании, ибо дыхание является непрерывным процессом, длящимся двадцать четыре часа в сутки. дыхание продолжается непрерывно, поэтому концентрацию на нем можно практиковать все время. Концентрируйтесь на нем. Забудьте о том, что в мире происходит еще что-то. Живите так, будто во всем мире случается только одно: входящее и выходящее дыхание. Этого достаточно. Следите за этим процессом дыхания, входящего и выходящего подобно бусинам четок. Концентрируйтесь только на этом.

Четвертая сутра — сенсорное голодание. Три дела должны быть сделаны. Если вы чувствуете себя способным хранить молчание целый день, тогда начинайте сразу же. Если же для вас это окажется трудным, тогда говорите в телеграфном стиле. Помните, что вы платите дорогую цену за каждое слово, которое произносите. Поэтому не произносите более двадцати слов за целый день. Говорите только тогда, когда это абсолютно необходимо, когда этого избежать нельзя — как бы вопрос жизни и смерти. Вы представить себе не можете, как благотворно будет для вас хранить полное молчание — его ценность неисчислима.
Итак, позвольте себе быть полностью безмолвным. Вы обнаружите, что это не трудно. Оставайтесь совершенно безмолвным. Благодаря соблюдению молчания, вся ваша энергия будет накапливаться внутри. Эта энергия поможет вам глубже погружаться в медитацию.Более половины энергии человека расходуется на слова. Поэтому полностью прекратите пользоваться словами. Храните молчание, насколько это в ваших силах.

Молчание — это первый элемент программы сенсорного голодания. Второй — это повязка на глазах.
Ваши глаза должны быть полностью прикрыты. Глаза — это дверь, через которую вы выходите наружу. Итак, будьте слепы. Вы уже слышали о соблюдении молчания, теперь я прошу вас быть также и слепыми.
Быть безмолвным — это своего рода освобождение, а быть слепым — это еще большее и более глубокое освобождение, ибо именно глаза заставляют нас устремляться наружу в течение всего дня. Когда вы закроете глаза, у вас будет гораздо меньше возможности двигаться наружу, и энергия начнет циркулировать внутри. Поэтому держите на глазах повязку. При ходьбе сдвигайте ее немного вверх настолько, чтобы вы могли видеть, что у вас под ногами, чтобы вы могли видеть дорогу на четыре фута перед вами. Держите повязку на глазах целый день. Если вы можете спать с ней, спите. держите глаза закрытыми. Большое количество ментального напряжения входит через глаза вызывает напряжение в тканях мозга.
Если бы глаза, оставались невозбужденными, спокойными и расслабленными, исчезли бы девяносто девять процентов психических болезней. Итак, добросовестно и полностью используйте это приспособление.
Помните, вы должны оставаться слепыми большую часть времени. Вы должны дать вашим глазам надежный отпуск, представьте себе, что у вас вообще нет глаз. Через семь дней вы осознаете, какими расслабленными и спокойными могут быть ваши глаза. Вы представить себе не можете, сколько радости может истекать из их расслабления.

Кроме повязки достаньте ваты, чтобы заткнуть ею уши. Мы хотим дать отдых и ушам. Если глаза, уши и речь отключены и отдыхают, результатом будет состояние лишения восприятия. Заткните ваши уши, а затем завяжите повязку так, чтобы она закрывала глаза и уши. Во время послеполуденной и вечерней медитаций держите глаза открытыми, а уши закрытыми.
Пятое и последнее указание является самым важным и существенным условием из всех. Оно таково: на семь дней оставьте вашу меланхолию и депрессию. Будьте блаженны. Смейтесь, танцуйте и оставайтесь веселыми. Пусть блаженство все время будет с вами. Оставайтесь неунывающим и радостным даже в ваших повседневных делах. Будьте блаженным, когда сидите или идете, сходите с ума от радости.
Храните молчание —- молчание, кипящее радостью и восторгом, молчание, танцующее в веселье и забаве, молчание снаружи и танцующая энергия внутри. В вашем восторге, танце и смехе. Вибрация празднования должна всегда быть с вами.

 

НИ МОЕ, НИ ВАШЕ

Основное заявление Ишавасья-Упанишады, само значение ее названия — Ишавасья — таково: Все есть богово. Когда все есть Богово, тогда не останется места для этого моего «я».

Как-то рано утром один человек пришел к Мастеру дзен и начал расспрашивать его, почему тот так спокоен, а сам он так возбужден и встревожен. Мастер ответил: «Я спокоен, а ты взволнован. Вот и все. На этом вопрос исчерпан. Больше сказать нечего». Человек настаивал: «Нет, я хочу узнать, как вы стали таким спокойным.» Мастер ответил: «А я хочу узнать от тебя, как ты стал таким взволнованным». Человек ответил: «Возбуждение приходит само по себе». Мастер сказал: «Точно так же случилось и со мной. Спокойствие пришло ко мне само по себе, моей заслуги в этом нет. Когда приходило волнение, оно приходило. Я не мог ничего сделать для того, чтобы остановить его, когда ко мне пришел покой, я ничего не могу сделать для того, чтобы вызвать волнение, даже если я захочу вызвать его, настолько я связан с этой ситуацией».
Человек сказал: «Нет, покажите мне, пожалуйста, путь к тому, чтобы быть спокойным и тихим». Тогда Мастер сказал: «Я знаю только один путь, и он таков: оставь свою иллюзию, что способен что-то сделать в отношении этого. Если ты становишься взволнованным, оставайся взволнованным. Знай, что ты взбудоражен и что ты ничего не можешь поделать с этим. Это вне твоей власти. Не делай никаких усилий быть спокойным. люди, которые делают усилие быть спокойными, становятся взволнованными, и в своих усилиях стать спокойными, они создают в самих себе новое беспокойство».
Но человек упорствовал... Тогда Мастер сказал: «Ты обречен оставаться взволнованным, потому что ты к чему-то стремишься. Ты отказываешься предоставить это дело Богу, тогда как действительность такова, что все зависит от него, ничего не подвластно тебе. Я стал спокойным с того дня, когда начал с готовностью принимать все, что случалось, что выпадало мне. Я не мог быть спокойным, пока я желал и пытался стать чем-то».
Но человек никак не принимал то, что говорил Мастер. «Я завидую вашему спокойствию, — сказал он, — я не могу удовлетвориться вашим объяснением». когда все посетители ушли из хижины, он снова попросил Мастера указать ему путь. Тогда Мастер, приложив палец к своим губам, сказал: «Молчи».
Мастер сказал: «Те деревья большие и высокие. Эти растения маленькие и низкие. Эти маленькие растения никогда не спрашивают высокие деревья, почему они высоки, они удовлетворены своим малым размером. Я есть то, что я есть. А ты есть то, что ты есть».

мы всегда считали само собой разумеющимся, что мы можем что-то сделать. «Нет, — говорит Ишавасья, — вы ничего не можете сделать. Вы не можете быть деятелем». Вот в чем была тайна той чудесной идеи, которую назвали «судьба». Оно есть Бог.
Оно скрыто в каждой частице вашего тела, в мельчайших волосках на вашем теле. Оно сжато в каждой частице, оно побуждает вас. Весь мир накапливает. Не думайте, что только вы поступаете так. Это естественный процесс. Все происходящее — естественно. Желание накопления — естественно. Вот почему эта сутра Ишавасьи говорит: «Все есть Богово». Когда Ишавасья говорит: «Все делает Бог», — с одной стороны срывается наше эго, а с другой стороны мы становимся Богом.
Эта сутра говорит, что ваше эго исчезнет, если вы прекратите называть что-либо своим. Рассматривайте все это, как принадлежащее Богу.

В открытой руке всегда есть воздух, а из сжатого кулака он ускользает. У того, кто держит свою руку открытой, она всегда полна воздуха, она никогда не бывает пустой, каждое мгновение воздух свеж. Только те, кто отрекаются, способны наслаждаться. В этом мире, в этой жизни человек получает ровно столько, сколько он готов отдать.
Тот, кто думает и мечтает о бессмертии, обеспокоен страхом смерти. Смерть никогда не приходит в дом человека, который готов приветствовать ее. Тот, кто готов встретить смерть, вкушает нектар, тогда как тот, кто боится смерти, умирает каждый час. Он умирает все время, ибо он совсем не знает, что такое жизнь.

Чем же остается владеть и за что цепляться тому, кто осознал, что все принадлежит Богу? Для обладания не остается ничего. Отречение полное, и человек, который осознал это, который отрекся от всего и эго которого исчезло, есть сам Бог, а стать Богом — значит начать наслаждаться. Он погружен в высочайшее наслаждение, поглощен в высочайшее блаженство. Он начинает испытывать это высочайшее наслаждение каждый миг. Каждая мельчайшая частица его жизни начинает танцевать. Чем остается наслаждаться тому, кто стал самим Богом? Он начинает наслаждаться всем. Всем! Огромное небо, распускающиеся цветы, восходящее солнце, звезды ночью, улыбка и смех — все становится объектами его наслаждения.
Это высочайшее наслаждение теперь распространилось для него во все стороны. Теперь он господин и обладатель ничего, но по всем направлениям лежат пространства наслаждения, и отовсюду он пьет божественный сок.
Религия — это наслаждение.
суть жизнь в отречении. Жизнь — это отречение. Цепляться за что-либо в жизни — чистейшая глупость. Заявляя: «Это мое», — человек теряет то, что уже было его. Все само по себе отпадает от того, кто осознал, что все принадлежит Богу. «У меня ничего нет, от чего же я могу отречься?»
Это происходит только в осознании истины, что все принадлежит Богу. Тогда от речение случается. Его нельзя практиковать. Отречение — это переживание, осознавание того факта, что все есть Богово. Теперь не остается ничего, от чего можно было отречься. Теперь не остается даже вас самого, кто стремится отречься. Тотальное блаженство приходит к тому, чье отречение несет такую природу. Вся сущность, вся красота, весь нектар жизни теперь его. тот, кто отрекается, приобретает все. Тот, кто опустошает себя, кто отказывается даже от своего «я», становится хозяином бесконечных богатств.

Держите вашу руку открытой, и вы будете наполнены воздухом. Когда вы испытаете на себе, когда вы признаете, что все принадлежит Богу, вы будете восхищены блаженством внутри вас. Эта медитация будет продолжаться сорок минут. Держите ваши глаза и уши полностью закрытыми, чтобы ни какой свет и никакой звук не могли проникнуть в вас. Первые десять минут делайте глубокие вдохи. Старайтесь изо всех сил, чтобы разбудить всю энергию кундалини.
На протяжении следующих десять минут с величайшей радостью внутри расслабляйте полностью ваше тело. Ваше тело захочет прыгать, танцевать, смеяться, кричать, плакать, петь. Позвольте ему делать все, что оно захочет, полностью сотрудничайте с ним. Во время третьего десятиминутного периода продолжайте сотрудничать с вашим телом и одновременно продолжайте спрашивать себя: «Кто я?» Продолжайте спрашивать: «Кто я?» — как будто вы распеваете мантру. Делайте это с удовольствием, с радостью. Затем во время четвертого десятиминутного периода некоторым из вас захочется встать, некоторым захочется лечь, а другим захочется кататься по земле. Делайте все, что вам захочется. Наконец, на протяжении последних десять минут оставайтесь в тишине, ожидая вхождения Бога внутрь вас. Оставайтесь полностью расслабленным, совершенно не сопротивляясь, чтобы Он мог войти в вас. Вам придется ждать этого.
Прежде чем мы начнем наш эксперимент, сложите руки вместе и перед Богом произнесите торжественную клятву. Закройте глаза, сложите руки вместе, думайте о Боге как о вашем свидетеле и повторите эту клятву три раза: «В присутствии Бога я клянусь, что полностью выложусь в медитацию».

ФОРМА ВОДЫ

Есть только один путь, на котором вы можете остаться незатронутым: живите, покоряясь Ему, отдавайте все, оставляйте все у Его ног. Предоставьте все Ему. Отбросив понятие себя самого как деятеля, вы можете жить вашей жизнью и оставаться не затронутым. Есть только один выход из этого затруднительного положения, и этот выход — найти свободу от бытия деятелем, хотя мы не можем освободиться от действий. вы продолжаете делать нечто, но вы остаетесь отдельным от становления деятелем. действия могут быть двух видов: одно, в котором есть деятель, и другое, в котором есть актер. Если актер заменяет деятеля, действие будет продолжаться на поверхности, но внутри будет полная трансформация. Игра остается полностью снаружи, она вибрирует на поверхности и затем исчезает. угольная пыль прилипает к деятелю, а не к действию. только тогда, когда человек говорит: «Я — деятель». Если внутри нет никого, кто говорит: «Я — деятель», — и в то же самое время там есть знающий, который понимает. Не имеет никакого значения, что занавес в этой драме поднимается только один раз в момент рождения и опускается только в момент смерти. Если вы несете это понимание внутри, тогда весь мир есть лила — игра, драма.

«Меня вовсе нет, есть только ты. Если есть деятель, то это только Ты. Самое большое, я всегда лишь пешка в Твоей игре. Я готов пойти туда, куда бы ты ни направлял. Я готов быть тем, кем Ты пожелаешь. Я готов делать все, что Ты прикажешь. Если Ты хочешь нанести мне поражение, я готов быть побежденным. Если ты хочешь сделать меня победителем, я готов побеждать. Ни победа, ни поражение не мои. Поражение Твое, победа тоже Твоя». Покорность такого человека тотальна. Он относит все Богу: «Я — тоже Он, как и все деяния — Он». Такой человек будет делать все, что необходимо в жизни. Все эти действия будут, но в них не будет деятеля. Это единственный путь.

 

ИСТИННОЕ ЖЕЛАНИЕ

Упанишады называли того убийцей, разрушителем своей сущности, кто продолжает жить, не зная себя самого, кто покрыт невежеством. Такой человек убивает свой атман. Жить, не зная себя самого — вот настоящее самоубийство. Мы ничего не знаем о самих себе. Преднамеренно или непреднамеренно мы наносим самим себе раны, пока мы не можем узнавать самих себя.
Я могу знать, что такое моя радость только тогда, когда я знаю мою природу, мое бытие, мою сущность.
Хотя путешествие очень долгое, я не приду к месту назначения, ибо оно скрыто в моей природе, в моей сущности.
Прежде всего я должен узнать, кто я есть. Я должен выяснить, пытаюсь ли я открыть то, чем я являюсь. Человек, который знает себя, становится удачливым. Узнать себя — значит стать солнцем. Путь такого человека ведет в мир света.

Религия — это экспериментирование, не мысль. Религия— это метод действия, не мышление. Религия — это наука, не философия. Это, несомненно, лаборатория, но не оснащенная сложными приборами, в которой мы собираем материалы и начинаем проводить экспериметы. Вы сами и есть лаборатория. Весь эксперимент проводится внутри вас самого.
вы — убийцы своей сущности. вы до сих пор живете, не зная вашу сущность. Я хочу, чтобы вы вошли в вашу сущность и были способны сказать самому себе: «Я живу, не зная самого себя», — потому что мука незнания самого себя столь нестерпима, что она направит вас в экспериментирование.

Теперь мы будем сидеть здесь сорок минут, а вы просто продолжайте пристально смотреть на меня, даже не мигайте. Держите ваши глаза широко открытыми на протяжении сорока минут. Вы начнете многое испытывать, и те, кто проводил эксперимент в дневное время обнаружат некоторые очень важные результаты. И пусть с вами случается все, что бы ни случилось. Если вы захотите делать глубокие вдохи, делайте их. Если вы захотите танцевать, тогда танцуйте, но ваши глаза должны неотрывно смотреть на меня.

ДОРОЖНЫЙ СТОЛБ с ОТМЕТКОЙ «НОЛЬ»

В своей неподвижности атман — высший духовный элемент — есть быстрейший среди быстрых. Он опережает движение органов чувств и ума, ибо он предшествует им. Он есть до создания органов чувств и ума. Он есть вне органов чувств и ума.
мы несведущи относительно этого высшего духовного элемента. Он есть мы, и все же мы совершенно не знаем его. Он есть предельная глубина сознания, откуда рождается и развивается наше бытие.
Понимание облегчается, если вы представите себя деревом. Листья дерева простираются в небо. Дереву не трудно поверить, что оно представляет собой только листья, ибо корни скрыты глубоко в земле. дерево может подумать: «Я — скопление листьев».
Если мы рассматриваем человека как дерево, тогда то, что мы называем мыслями, есть не что иное, как листья дерева, а мы смотрим на общую сумму мыслей как на то, что есть «я». Корни, лежащие в глубине — вот настоящее, они суть высший духовный элемент. Но как корни дерева скрыты глубоко под землей в темноте, так же и как высший духовный элемент, атман , скрыт в первичной глубине — в Боге. Оттуда мы получаем квинтэссенцию жизни, оттуда приходит сама жизнь. Оттуда текут потоки жизненной энергии и идут вверх в наши листья. Если этих корней нет, наши листья не могут быть.
Наши мысли подобны листьям, наши желания подобны ветвям, а наше эго рождается из соединения листьев и ветвей. Это лишь малая часть нашего существования. Наша наиболее важная часть, наша основная сущность скрыта. Упанишады называют ее атман. Он есть то, о чем мы можем забыть, но без чего мы не может жить. Высший духовный элемент забыт, мы теряем его из виду.
Мы думаем, что ум и есть «я». Но ум — ментальный элемент — есть всего лишь наша масса листьев. Высший духовный элемент есть наши корни. человек, понимание которого не достигает самых корней, никогда не сможет узнать тот источник, из которого пьют корни. Корни — это атман, и тот, кто достигает своих корней, скоро откроет для себя ту землю, которая питает корни. Тот, кто узнал высший духовный элемент, скоро сможет узнать также и верховный элемент — параматму, Бога.

Итак, когда маленький листок увядает и опадает, мы думаем, что умираем, исчезаем. Мы не знаем, что такое жизнь. Мы живем в убеждении, что внешняя оболочка жизни есть «я». тот, кто живет в этой внешней оболочке, есть убийца своей сущности. Знающим же свою сущность есть тот, кто движется вглубь внутри оболочки, вниз к самым корням, туда, где существование берет свое начало, там он открывает источник жизни.
Во-первых, он всегда неподвижен, Очень важно узнать тайну неподвижности в центре. Какая бы трансформация ни происходила, центр неизбежно будет неподвижен, как ось остается неподвижной, когда колесо повозки движется. Колесо может двигаться, только если что центральная ось неподвижна. С екрет движ ущ егося колеса заключается в неподвижности его центральной оси. Вращение колеса зависит от неподвижности центральной оси.
все в жизни изменяется. Листья будут распускаться весной и опадать осенью.
Но где-то глубоко-глубоко внутри есть неизвестный элемент, который проходит через центр всех вещей и несет на себе трансформации, происходящие вокруг его собственной неподвижности. ничего не может вращаться, если у него нет неподвижного центра. Жизнь — это быстро движущееся колесо. в ее центре есть неподвижный элемент. Мы должны искать его. Этот смерч движется вокруг опоры этого неподвижного элемента. Этот стабильный элемент есть атман. Он непоколебим. До сих пор мы знакомы только со спицами колеса. Мы еще не видели ступицу, от которой все зависит.
Когда мы говорим, что высший духовный элемент неподвижен, это означает, что он совершенен, полон во всех отношениях. «В своей неподвижности» означает, что он полностью расцвел. Нет никакой возможности для дальнейшего расцветания. он подобен полностью раскрыввшемуся лотосу. Он так полно расцвел, что больше нет никаких бутонов, которые бы могли раскрыться. неподвижность, стабильность означают совершенство.

органы чувств не могут достичь ат мана, ибо он предшествует им всем. я, могу вас видеть. Но я не могу видеть «меня», поскольку «я» находится позади глаз. Я могу видеть вас потому, что вы находитесь перед моими глазами. Я не могут видеть себя потому, что я нахожусь позади глаз. Если я утрачу мои глаза, я по-прежнему буду обладать способностью видеть себя самого. То, что абсолютно неподвижно, можно достичь, только остановившись неподвижно. Если ум становится полностью тихим, абсолютно неподвижным, тогда и только тогда можно будет познать то, что неподвижно. когда ум становится абсолютно тихим, он прекращает быть. Он есть, пока он движется. «движение» — это другое название «ума». Когда мы говорим, что вспыхивает молния. это вспыхивание и есть молния. Мы разделяем молнию и вспыхивание, когда выражаем этот феномен словами. мы говорим: «вспыхивает молния», — тогда как на самом деле вспыхивание и молния является двумя названиями одного. Если ум неподвижен, он прекращает быть. Неподвижный ум становится не-умом.

Кабир называет это состояние не-ума состоянием покоя. Когда ум неподвижен, он прекращает быть. Ум присутствует, только пока он движется. Вот почему вы никогда не сможете удержать его неподвижным. Если вы станете неподвижным, вы обнаружите, что ума нет. Ум никогда не может познать душу, поскольку душа никогда не может быть познана посредством движения, а ум — это другое название движения. Поэтому атман познается, когда ума нет.
Вот почему ум никогда не может быть в настоящем. Ум всегда будет впереди вас. Он не будет останавливаться здесь, где вы есть. Чтобы быть здесь, где вы есть, движение должно будет прекратиться. Душа, атман, есть здесь, где вы есть, а ум есть там, где вас нет, где вы никогда не были. Он всегда впереди вас, и куда бы ни доходил ум, он говорит: «иди дальше».

Побуждение стать кем-то сохраняется. Если остается усилие приобрести нечто, тогда ум тоже остается. Запомните это, тот не истинно религиозный человек, кто желает достичь чего-то. Религозный человек — осознал истину, что вся деятельность, направленная на приобретение, есть просто ум. Он оставил попытки достичь чего-либо. «Теперь я не пытаюсь достичь чего-либо. Теперь, наконец, я готов к неподвижности. Теперь, даже если Бог попросит меня прийти к нему, сделать всего два шага к Нему, я останусь не подвижным. Теперь я стою у столба с отметкой «ноль». Теперь для меня нет никакого путешествия».
Осознайте: тот, кто стоит неподвижно, в своей неподвижности находит Бога. Человек, который движется к Богу, никогда не достигает Его. вы будете создавать для ума новые предлоги — атман, Бога, просветление.
Будда отрицает существование атмана, ибо иначе вы направите все свои усилия на попытки найти его. Он так хитер, он скажет: «О’кей, если нет ничего другого, то, по крайней мере, есть атман, поэтому я буду стремиться к этому. Я отдам всю мою энергию достижению этого». Если ум не движется по направлению к дому, он будет двигаться по направлению к атману. Но только те, кто стоит неподвижно, находят атман. Поскольку он находится вне пределов достигаемости ума, прекратите быть зависимым от скорости ума.

Я прошу не полагаться ни на ум, ни на органы чувств. Когда я прошу вас закрыть глаза, фактически я прошу вас прервать привычку к зависимости от определенного органа восприятия. Я говорю вам, что вы видели вашими глазами более чем достаточно, и все же атман не был увиден. Глаза были активными на протяжении многих жизней, но не смогли увидеть атман. Теперь давайте видеть с закрытыми глазами.
Мы упорно пытались услышать голос атмана, но не могли его услышать. Мы страстно стремились услышать его музыку, но наши уши не смогли уловить ее. Теперь давайте заткнем наши уши. Мы бесконечно думали и размышляли, но так и не смогли придумать сутру, которая привела бы нас к атману. Мы несли в себе много забот и тревог, мы много рассуждали и обдумывали, мы рассматривали многие философии, религии, писания. Теперь давайте войдем в область недумания. Возможно, здесь он будет найден. пока он не достигнут, опасна даже вера в то, что он будет непременно найден в области не-ума. такие верования становятся препятствием. Они убеждают вас, что теперь мы достигнем его. Таким образом, теории начинают выглядеть как достижения.

Ум, движущийся в непрерывной гонке, должен быть отброшен. Такова природа нашего высшего духовного элемента, который всегда присутствует внутри нас, но который мы продолжаем упускать. Он никогда не утрачивается нами, он просто забыт. Мы просто забываем о нем. В забвении его жизнь становится пустыней без рек, без притока свежей воды. Все счастье исчезает. Поймите это, без этого высшего духовного элемента, без атмана, в жизни нет никакого убежища, никакого оазиса. Он есть все во всем. Он есть истинная сущность. Но те, кто запутались среди листьев, не могут достичь корней. Оставьте листья. Погружайтесь внутрь: за пределы ощущений, за пределы органов чувств, за пределы мыслей. Двигайтесь внутрь и за ними, медленно-медленно, пока вы не придете к столбу с нулевой отметкой. Он есть внутри каждого. Кружа вокруг него, мы блуждаем тут и там, но без него не могло бы быть никаких блужданий. Без этого нуля внутри, без этого неподвижного совершенного элемента в центре не мог бы продолжаться весь этот процесс трансформации — все зависит от присутствия этого нуля.

Махавире и Будде пришлось пользоваться негативным языком. Махавира заявлял: «Нет никакого Бога», — не потому, что Бога нет, а потому, что нет человека, который бы заплясал от радости, когда ему говорят, что Бог есть. Такой человек не спросил бы: «Где он?» Он бы просто танцевал до экстаза. Он бы сказал: «Если Бог есть, я приду к Нему, и двери Небес откроются для меня». И запомните, нет таких дверей, которые не открылись бы для такого доверчивого и невинного ума.
Но перед Махавирой сидели не такие люди. Когда он сказал кому-то: «Бог есть», — этот человек сразу же поставил перед Махавирой множество вопросов. Нет никакого смысла в ответе, если он вызывает сомнение. Ответ, из которого возникают вопросы, не имеет ценности. Цель ответа в том, чтобы сконцентрировать в себе вопрос. То является ответом, что включает в себя вопрос, так что вопрос исчезает. «Бог есть», — было величайшим ответом, но Махавира был вынужден отказаться от него.
Смысл нуля— то, чего нет. Так какие еще вопросы вы можете задать о нем? Мы сами говорим, что его нет. Будда сказал: «Ноль. Ничто»,—и наставлял людей становиться единым с нолем. Весь язык изменен. Но я говорю вам, что ноль и совершенство суть одно и то же. Слово «совершенное»—это ответ позитивного ума, а слово «ноль» — это ответ негативного ума.

у нас, в этом мире, нет никакого другого опыта совершенного, кроме опыта нуля. Вот почему мы принимаем круг в качестве символа нуля. Это самая совершенная фигура. ноль была впервые придумана именно в Индии, и она была придумана для целей понимания. Ноль—это символ, образ совершенного. Это геометрический образ совершенного. Мы несем этот ноль внутри себя. Если вы можете прийти к пониманию Бога через совершенное, это прекрасно. А если вы не можете понять через совершенное, тогда подходите через ноль. Для конечного результата это не имеет значения.
Если ваша ментальная установка позитивна, и вы чувствуете, что не достигнете цели через ноль, вам следует вступить на путь танца, пения и пребывания в экстазе. А если вы чувствуете, что ваша ментальная установка негативна и полна сомнений, тогда оставайтесь в тишине, будьте спокойны, будьте в нуле и потеряйтесь в нуле. Если вы считаете, что ваш ум обладает негативным подходом, тогда станьте едины с нулем. Конечный результат будет одинаков. Танец, экстаз, придет через ноль тоже, но он придет благодаря тому, что вы стали нулем, а ноль придет через танец благодаря тому, что вы стали едины с танцем.
когда танец становится неистовым, как смерч, человек начинает испытывать ноль внутри. Он почувствует, что за этим кто-то стоит. Тело будет продолжать танцевать, а внутри будет стоять, будет бодрствовать ноль, атман. Вместе с вращающимся колесом начнет проявляться и ось. Если колесо будет в движении, то узнать ось будет легко, ибо она не будет двигаться, когда движется колесо. По мере продолжения танца колесо вращается все быстрее и быстрее, и центральная ось проявляется отдельной в своей неподвижности.
Если же вы начинаете с нуля, вы начинаете ощущать внутри пустоту. Если все внутри становится пустотой, становится видно вращение колеса снаружи, мысли приходят и уходят, сансара, этот мир, продолжается. Высший духовный элемент можно познать, либо став совершенным, либо став нулем.

 

ИСТИНА АБСУРДНА

Высший духовный элемент, атман, не движется и все же движется. Он есть самое близкое нам и все же он очень далек. Он есть внутренняя душа и все же он видим вовне.
то же, что и внутри есть и снаружи. И все же вам надо начать с внутреннего, если вы хотите познать его. Лишь познав его изнутри, вы можете сказать, что то же есть и снаружи. Во-первых, познакомьтесь с этим маленьким небом и вы узнаете бесконечное небо вовне. Тот, кто хочет узнать это, должен начать изнутри. А тот, кто достигает конечной стадии познания, завершает свое путешествие вовне. Путешествие начинается с атмана и заканчивается высшим духом — параматмой.
Лишь тот, кто достаточно храбр, чтобы отказаться от объяснений, способен подойти к факту. Искатель истины должен быть достаточно храбр, чтобы отказаться от объяснений, и это величайшая храбрость.

СТАНЬТЕ ЗЕРКАЛОМ

Слово «ненависть» означает желание уничтожить другого. «Любовь» означает готовность пожертвовать самим собой ради другого, если необходимо. «Ненависть» означает готовность уничтожить другого ради себя самого, даже если это не необходимо. Вот почему наша любовь может в любой момент превратиться в ненависть. ненависть приходит к концу только тогда, когда человек начинает видеть себя во всех и начинает видеть все существование в себе. «Тогда ненависть придет к концу». Если ненависти нет, любовь расцветает само по себе. Как только камень отодвинут, ручей течет сам по себе. Из-за камня ненависти мы не в состоянии видеть наши лица, отраженные в зеркалах всех одушевленных и неодушевленных объектах, не можем стать зеркалами, отражающими все эти объекты в нас. Человек, для которого весь мир становится зеркалом, сам становится зеркалом для всего мира.
Любовь —- это природа жизни, поэтому у нее нет ни рождения, ни смерти. Когда рождаются тучи, солнце скрывается. Но любовь вечна.
... «В тот день, когда я увидел и осознал мир внутри себя, я стал подобным зеркалу. Все неодушевленные и одушевленные объекты проникли внутрь меня».
Мы сможем увидеть Бога в тот день, когда наше сердце станет подобным зеркалу. Тогда весь мир войдет в нас, и весь мир также станет для нас зеркалом. Тогда мы будем в состоянии видеть нашу сущность везде, каждое мгновение. Вот почему искатель истины начинает с изготовления зеркала из себя самого.
неправильно говорить об изготовлении зеркал из нашей сущности, ибо все мы уже суть зеркала, покрытые пылью. Наша работа заключается в том, чтобы очистить и отполировать наше зеркало, чтобы сделать его блестящим и чистым.
Тот, кто осознает Бога внутри, будет видеть Бога даже в камне. материалистом является тот, чье духовное сердце превратилось в камень.

Можно попытаться узнать, что такое вина, разломав ее и заглянув внутрь. Человек может оборвать все струны, разбить ее на куски, исследовать эти куски и, наконец, заявить: «В ней нет никакой музыки. Вот она передо мной, разобранная на части, ней нет никакой музыки». Только играя на вине, человек может узнать, что скрыто в ее сердце. Когда человек слушает музыку, он слышит только обилие звуков. Но музыка подразумевает нечто большее. Вы должны вылить в нее ваше сердце. Тогда и только тогда звуки превращаются в музыку.
Если бы был только один путь узнать сердце — путь хирурга, рассекающего его на операционном столе, — тогда все было бы бесполезно. Вы так же безумны и глупы, как человек, который разбивает электрическую лампочку, приносит осколки стекла домой и говорит: «Вот свет». Это верно, что свет приходит через лампочку, но осколки стекла, которые вы принесли домой, ...
Это верно, что когда лампочка разбивается, свет исчезает. Но он не пропадает и не уничтожается, он просто исчезает, становится невидимым. Разрушена среда, которая делает его видимым. Если мы разрушаем сердце, разрушается среда для управления духа. Лампочка разбита. Тогда духовное сердце не может сиять вовне точно так же, как свет не может сиять, когда лампочка разбита.
В тот день, когда мы узнаем верховное сознание внутри нас, внешний мир тоже представится нам как пространство верховного сознания. Все будет зеркалом для нас, когда мы станем зеркалом внутри. Тогда мы будем касаться камня так, как будто мы касаемся нашей возлюбленной, ибо тогда камень не есть камень, он есть Бог. Тогда мы будем ступать по земле с большой осторожностью, осмотрительностью и осознанием, ибо в ней тоже скрыта жизнь, там тоже есть пространство существования, там тоже пульсирует жизнь. Существование танцует в различных форм ах и различными способами. Мы не единственные хозяева жизни. Бесконечны Его формы, и мы лишь одна из них.

Как нам стать зеркалом? Чтобы стать зеркалом, мы смахнуть пыль. мы должны прекратить собирать новую пыль. Старая пыль хранится в воспоминаниях, а новая пыль приходит через желание.. Мы должны будем освободить себя от воспоминаний, желаний. Но все мы несем наш груз воспоминаний. Мы собираем эти отбросы и храним их в нашем сундуке. От рождения до смерти мы собираем наши отбросы. Мы должны будем сказать: «То, что случилось, случилось. Сейчас я не то старое я». Мы должны отрывать себя от вчерашнего дня. Мы должны будем освободить себя от прошлого и от будущего тоже. Когда мы будем свободны от прошлого и будущего, тогда наш ум станет зеркалом. саньясин говорит: «Сейчас я не то, что был вчера. Я прекращаю это отождествление». Перемена имени означает, что я не буду тем старым «я», которое было связано со старым именем. Теперь я новый человек и начинаю мое путешествие с самого начала. В твердой решимости быть новым с сегодняшнего дня, с данного момента находится истинная саньяса.

Эта сутра Упанишады просит нас быть зеркалом. Правильный ум есть зеркало. Тот, кто говорит: «У меня нет прошлого, нет будущего, я живу в «здесь и сейчас», вот этот момент есть все», — немедленно становится зеркалом.
Как может быть какое-то чувство ненависти, когда его собственное отражение видно во всех объектах? Когда ненависть растворяется до самых своих корней, то есть когда она полностью и окончательно исчезает, тогда то, что появляется, есть любовь. Поток любви течет только из внутренней сущности — души.
Искатель должен правильно понять искусство превращения себя в зеркало. Как можно быстрее он должен научиться делать настоящий момент своим существованием и начинать жить от момента к моменту. Он должен отделять себя от прошлого и будущего. Он должен найти освобождение от воспоминаний и от желаний. Тогда накопленная пыль исчезнет и не будет никакой возможности для оседания новой пыли.

 

ТЕНЬ ЭГО

Какая скорбь или какая привязанность может быть для такого реализованного человека, мудрого человека, который познал себя во всех одушевленных и неодушевленных объектах или познал все одушевленные и неодушевленные объекты в себе самом?

Упанишадам называют мудрым человеком того, кто знает только тот единственный элемент — истину, то есть того, кто знает самого себя, ибо тот, кто знает самого себя, знает все. Когда он познает себя самого, он становится зеркалом, в котором начинают появляться отраженные образы всего. Единственный смысл этого изречения: «Познав себя самого, он знает все», — заключается в том, что через познание самого себя он познает тот верховный, чистейший, сокровенный элемент, который скрыт внутри всего. Он знает суть, игра которой есть все это. Он знает тот верховный закон, власть которого пребывает везде. Он знает того верховного владыку, который есть в каждом. Он знает того верховного кукловода, который держит в своих руках нити, на которых танцуют все марионетки. Он не специалист. Если вы спросите его о чем-то конкретном, он может не знать ответа. Он знает то сущностное, что скрыто во всей вселенной. Он не знает каждый листок на дереве, но он держит в своей руке корень. Он знает ту глубокую и таинственную силу. И как только он узнает это, он становится свободным от горя и привязанности.

Специалист по религиозным текстам знает все о религии, но он не знает религию. Он знает то, что сказано, но он не знает каким образом это сказано, с каким переживанием это сказано. Это различие сравнимо вот с чем: человек знает все о плавании, но не умеет плавать. Человеку, познавшему плавание, вовсе не обязательно знать все о плавании. Вполне возможно, что он знает только плавание и не имеет никаких теоретических знаний.

Почему же мудрец сгруппировал это — горе и привязанность вместе? Ум, который привязан, будет испытывать скорбь и горе. А там, где нет привязанности, горя не может быть. Скорбь подобна тени, которая следует за привязанностью. Есть дом, к которому я привязан. Если в нем возникает пожар, я испытываю горе. Горе приходит, как только привязанность нарушается или разбивается, где бы ее ни прерывали, где бы ей ни противодействовали.
Как могут идеи «мое» и «твое» прийти к тому, кто видит себя самого во всех одушевленных и неодушевленных объектах и видит их все в себе самом? Как тогда возникнуть привязанности? Она возникает только. когда я говорю: «Этот дом мой, а остальные дома не мои».
Привязанность всегда исключающа, она цепляется за одно и не принимает во внимание остальное. Человек говорит: «Это моя жена, это мой муж, это мой сын, это мой дом, это моя лавка — во всем этом есть я и мне нет дела до остального». Величайшая привязанность — это привязанность к своему собственному «я».
Привязанность — это тень эго. Привязанности мгновенно случаются везде, где я вижу, что я «есть». чтобы сделать привязанность возможной, что-то или кого-то надо оставить без внимания. тот, кто увидел все одушевленные и неодушевленные объекты в себе самом, становится неисключающим, теперь его ощущение таково: «Все есть мое», — он становится всевключающим. Тогда привязанности не случаются, поскольку для нее нет основания.
привязанность исчезает, когда он видит себя самого не только в животных, не только в живых существах, но во всем, что существует в мире. Тогда не останется никакой привязанности. Привязанность есть, пока есть граница.

... Рабиндранат выбежал из дома. Солнце поднималось над морем. Он остановился на берегу моря. Солнце мерцало на воде. Он посмотрел на солнце и на его отражение, а затем стал возвращаться домой. Солнце сверкало в каждой луже, в каждой грязной яме у обочины дороги. Оно сияло повсюду: в грязных лужах, на море, в чистых ручейках, со всех сторон. При этом зрелище в сердце Рабиндраната начала играть некая музыка, некое неведомое, неопределимое звучание внутри. Возвращаясь домой, он танцевал. Он танцевал потому, что увидел, что отражение солнца никогда не тускнеет. Он танцевал, ибо он увидел, что отражение солнца такое же свежее и чистое в грязной, мутной воде, как и в чистейшей воде. Отражение никогда не может быть грязным. Только вода может быть мутной и грязной. Но солнце, которое смотрит в нее, отражение которого появляется в ней, не грязно. Оно абсолютно свежо и чисто. Никакая вода не может испортить его. Это было потрясающим — революционным переживанием для Рабиндраната. Оно означало, что Бог, который есть внутри даже наихудших из людей, не может быть загрязнен. Отражение Бога в самом грешном человеке так же чисто, как и в самом благочестивом человеке.

Но домашние были очень напуганы, поскольку Рабиндранат вел себя очень странным образом. Если он видел столб, он обнимал его. Если по дороге проходила корова, он обнимал ее тоже. Если он видел дерево, он обнимал его.
Но старик продолжал говорить: «Не беспокойтесь. Он был помешанным до сих пор, а сейчас с ним все хорошо. Только теперь настоящая музыка рождается в его жизни».
Рабиндранат написал: «Раньше я томился: «О Боже, где Твоя дверь?» Теперь
Бог был моей дверью, и куда бы ни смотрел, я видел Его дверь. Раньше я искал и вопрошал: «Где Ты скрываешься?» Но теперь я был изумлен, ибо Он уже был во мне, не было ничего, кроме Него».

Тот, кто видит свое присутствие во всем существовании или видит все существование в себе самом, есть поистине мудрый. в его жизни нет ни счастья, ни несчастья, есть только экстаз. Чистота существования танцует в его жизни. Он есть сама жизнь, танцующая и воспевающая хвалу Богу. Сама его жизнь есть музыка. Теперь он — зеркало. Когда вы стоите перед зеркалом, в нем видно ваше отражение, а когда вы отходите от зеркала, ваше отражение сразу же пропадает. Зеркало не цепляется за вас. Как только вы отошли от него, оно становится пустым, без отражения. Зеркало не имеет никакой привязанности к вам. Вот почему, когда вы отходите от него Его сердце не разбивается. Оно не говорит: «Как же я теперь буду жить без тебя?» Нет, оно говорит: «Когда ты стоял передо мной, ты был прекрасен, очень красив, и ты оказывал мне великую честь. А когда ты оставляешь меня, я не чувствую никакого недовольства». Ничего не меняется. Зеркало так же радуется, когда оно пусто и ничего не отражает, как оно радовалось, когда было заполнено отражением. Вот так и живет знающий человек, подобно зеркалу в мире. Он радуется всему, что появляется перед ним. Он счастлив, если он видит цветок и становится его отражением, видит в нем Бога. Если перед ним никого нет, когда все пусто, он видит Бога в пустоте. Сама пустота есть Бог. Тогда он танцует в этой пустоте и пребывает в экстазе даже в пустыне, даже в пустоте. Теперь давайте сами попытаемся стать зеркалами.

ЧИСТЫЙ и НЕЗАПЯТНАННЫЙ

Только атман —существование—творит сам себя.
Слово сваямбху означает «самопорожденный». Эта несозданная сущность есть атман. Если мы проникаем туда, тогда мы достигнем Бога. Если вы исследуете самого себя, вы увидьте, что это тело есть нечто сотворенное. — это своего рода машина. считать его нашей сущностью глупо.
Глубоко входя в самих себя, мы должны достичь той сущности, которая не может быть создана. Поэтому продвигаясь все глубже и глубже в процессе создания.

Никакое научное открытие не может опровергнуть религию, ибо направления религии и науки совершенно обособлены. Кто-то может сложить прекрасную поэму, но это не может опровергнуть принципы математики, ибо их направления обособлены, они не отменяют друг друга. Они даже не соприкасаются. Эти направления идут параллельно подобно железнодорожным рельсам. Может возникнуть только иллюзия пересечения науки и религии, как это происходит в случае железнодорожных рельсов.
Когда наука опровергает нечто, она опровергает старый факт или убеждение.

Мы привыкли разделять все на материю и энергию. Анализируя материю все дальше и дальше, было обнаружено, что есть только энергия. Материя есть энергия. Сейчас материалистам приходитсябыть очень осторожными в высказываниях в поддержку материи, поскольку есть только энергия. старое представление о дуальности — материя и энергия — отпало. остается только энергия. Но остается еще одно разграничение — разграничение энергии и сознания. при дальнейшем, более глубоком исследовании энергия тоже исчезнет, и мы увидим, что есть только сознание. Это сознание есть атман. Тогда Все исчезнет и только сознание останется.

«Всезнающий» имеет еще одно значение — негативное значение. Негативное же значение таково: теперь не осталось ничего, что надо знать. Не осталось ничего достойного знания. Из нашего знания не упускается ни малейшая вещь, которая могла бы вызвать малейшее уменьшение в экстазе нашей жизни,

Я знал рождение — это не я. Я буду знать и смерть — и я не буду этим. Я то, что знает разные фазы. Я то, что знало эти длинные серии, этот длинный караван фильмов. Я знающий, я не то, что известно. Я не то, что отражается. Я то, в чем отражается. Тогда есть атман, чистый и незапятнанный, чисте зеркало, незагрязненный бассейн, где никогда не возникнет рябь нечисоты. Нечистота в отождествлении.

В день, когда вы сможете сказать: «Я и не это,я и не то», — вы сможете сказать: «Я то, в чем отражается». Я то зеркало, в которое приходят и уходят все тени. Я та пустота, в которой все блещет и все исчезает. Путешествия бесконечны, но озеро одно, и оно всегда чисто и незапятнано.
Путники все время проходят вдоль его берегов, а озеро все время излагает: «Это я, это я». И они проходят так быстро, что не успеет исчезнуть одно отражение, как появляется другое. Мы не используем даже этот момент, этот интервал между двумя появлениями для того, чтобы мы могли посмотреть на озеро, в котором нет никакого отражения.

Медитация — это практика, которая концентрируется на этом интервале. В этот момент, когда ничего не отражается, мы можем увидеть мельком само озеро, мы можем узнать, что: «Я — озеро. Я не эти отражения, которые возникают на мне. Я есть то, на чем создаются все формы, но что само не создается. Я остаюсь несозданным, несотворенным».

НЕВЕЖЕСТВО ПОКАЖЕТ ВАМ ПУТЬ

Нам нужно всегда продолжать повышать осознавание нашего невежества. Помнить о невежестве — значит уничтожать невежество. Стать осознающим свое невежество — значит растворить свое невежество. Если вы хотите войти в мир света истинного знания — вы должны полностью осознать ваше невежество и постоянно искать, где же лежит ваше невежество. Смело говорите: «Я не знаю».
Познайте себя как глубоко невежественного человека.

Я ТОЖЕ СЛУШАЮ

Слово Видья не подразумевает простое знание. Слово Видья подразумевает трансформацию. Упанишады не называют Видьей то, что не трансформирует бытие человека. Видьей будет называться то знание, которое трансформирует вас непосредственно, я становлюсь другим человеком. Упанишады называют Видьей, знание то, что дает вам новое рождение. Критерием истинного знания является то, что оно сразу же становится частью вашего поведения. Видья — истинное знание — изменяет жизнь человека безусильно. Можно ли создать такую лампу, которая при зажигании не устраняла бы тьму? И надо ли нам будет делать специальные усилия, чтобы устранить тьму. Такой лампой и является Видья. Истинное знание есть то, что не превращается в память, а впитывается в саму вашу жизнь.

Этот мудрец Упанишады говорит: «Так я слышал». Говоря это, он хочет сказать нам, что только пассивный человек достигает истины. Пассивность — вот дверь. В небе светит солнце. Мы не можем привести его свет в дом, но нам надо только открыть двери, и солнечный свет войдет в дом. Его лучи постепенно запляшут во всех уголках дома. Мы можем сказать только то, что мы не устанавливали никаких препятствий, которые помешали бы солнцу войти. Мы держали двери открытыми. Солнце не обязано восходить потому, что ваша дверь открыта. Оно свободно восходит или нет. Но оно не может войти, если дверь закрыта. если мы хотим оставаться слепыми по отношению к истине, тогда истина не может ничего поделать. Если мы хотим, мы можем быть широко открытыми истине. Но тогда мы не создадим истину, мы просто восприимчивы к ее откровению.

Я — HE ТЕЛО
Тот, кто знает какА видью , так и Видью, победив смерть, познает бессмертное.

Первое, человек, думающий, что он есть тело, не в состоянии двигаться к бессмертному. Итак, первая сутра такова: отбросьте отождествление с вашим телом. Знайте это всегда. Как можно чаще осознавайте это, как можно чаще думайте: «Я не есть тело». Насколько глубоко вы поймете и установите эту сутру внутри себя, настолько же вы продвинетесь к бессмертному.
Когда в голове есть боль, я узнаю, что в голове есть боль.
Но я говорю, что у меня болит голова. Душа не чувствует голод, тело не познает голод, тело чувствует голод, душа познает голод. Все события происходят в теле, а душа испытывает впечатления от них. когда вы разделите то и другое. Тогда начнется ваше путешествие к бессмертному.

 

СИДЯ РЯДОМ С БОГОМ

Отбросить поклонение эго — значит дойти до нулевой точки. тогда человек не сидит рядом с эго. Он сидит рядом с душой — атманом. Тогда начинается вопрос сидения рядом — сидения рядом с Богом. На самом деле неправильно говорить о бытии рядом с Богом, ибо быть рядом с Богом — значит быть единым с Богом. Тогда мы теряем нашу личность. С Богом мы не можем быть другим. Пока мы погружены в поклонение органам чувств и эго, мы очень далеки от Бога. Что бы быть рядом с Ним, чтобы быть единым с Ним, надо только одно: как только вы отбросите эти две религии, вы будете едины с Ним.

Вот с чем это можно сравнить: если человек прежде чем совершить прыжок с крыши, спрашивает: «Я собираюсь спрыгнуть на землю, но что я должен делать, чтобы достичь земли?» — мы говорим ему: «Ты просто прыгай. Остальное сделает земля, тебе больше ничего не надо делать». Будет достаточно, если человек совершит прыжок с крыши органов чувств и эго, остальное будет сделано Богом. Тогда вы не подходите к Богу, вы идете в Него. Его притягательная сила огромна.
В нашей стране мы назвали Кришной совершенное воплощение Бога. Слово «Кришна» означает «притяжение»—тот, кто притягивает, привлекает к себе других. Сила притяжения земли очень велика. Но вы можете удерживать себя от притяжения к земле. Даже маленькая травинка может противостоять этому мощному притяжению земли. Она может сопротивляться ему.
Если вы крепко держитесь за что-то, тогда гравитация земли не сможет притянуть вас. Если вы прекращаете цепляться, если ваши руки свободны, ни за что не хватаются, тогда земля сразу же притянет вас к себе. Как бы далеко вы ни были, она притянет вас. Но когда вы уцепитесь за что-то, она не притянет вас к себе, даже если вы находитесь очень близко к ней. Бог притягивает к Себе того человека, который перестал цепляться за органы чувств и эго. Такой человек входит в Свет.

СЕМЯ И ДЕРЕВО

Упанишады говорят о двух формах Брахмы. Формы две, элемент один. Одна форма — это непроявленная, первоначальная форма Брахмы , другая — проявленная форма Брахмы. Семя есть причина, дерево есть действие, следствие. Все скрыто в семени, все проявлено в дереве. Итак, есть Брахма-семя, которое мы нигде невидимо. То, что видимо, есть Брахма-дерево. Мы видим то, что стало проявленным. Поклоняться можно как непроявленному, так и проявленному Брахме, и самыми разными и многочисленными формами и способами. Результаты этих двух видов поклонения различны.
Необходимо хорошо уяснить, что такое боги. В богах есть чистейшее проявление следствий Бога, непроявленного Брахмы . Даже камень есть проявление. Мы называем Богом того, в ком сияет непроявленное, хотя сам он проявлен. Мы называем таких людей воплощениями Бога, или тиртханкарами, или сынами Божьими:, Иисус, Мухаммед, Махавира,Кришна, Рама.
Такие личности стоят в дверях. Они проявлены и видны как с наружной стороны двери, так и изнутри. Так и изнутри. Спереди их лица ясно видны. Их лица очень похожи на наши, и все же не такие, как наши. В них видна некая искра непроявленного элемента, некоесияние скрытого Брахмы-семенп. Из всей их мирской деятельности в жизни до нас доходит отблеск непроявленного. Все так ие личности бож ественны. Слово «божественное» означает то, что видимо, и вместе с тем отбрасывлает отблеск непроявленного.

Упанишады утверждают, что поклонение и почитание таких божественных личностей, молитвы, возносимые им, приносят плоды, ибо в этих личностях есть нечто, выходящее за пределы видимого. Для человека, созерцающего их в великой медитации, видимая форма исчезает, а невидимая форма остается. В результате этого возникает трудность. Предположим, Рама стоит перед своим учеником, ученик будет видеть его не как человеческое существо, ибо Рама становится настолько единым с непроявленным, что видимая форма исчезает. Черты Рамы исчезают, и только Брахма — верховное — остается. Поэтому, когда ученик Рамы повторяет его имя, «Рама-Джана», ему совершенно нет дела до того человека, который был сыном Царя Дашаратхи. Тогда ученик созерцает только Брахму-семя.
Но тот, кто не является учеником Рамы, видит только ту часть, которая приняла физическое тело. Видима лишь проявленная часть. Поэтому, когда истинный ученик говорит о Раме, и так называемый ученик говорит о Раме, они говорят о двух разных существах. Между ними не может быть никакого общения. Они не понимают друг друга, ибо они говорят о двух отдельных частях одной и той же личности.
сутра Упанишады говорит, что поклонение, сидение рядом с проявленной формой Брахмы , в которой также виден некий отблеск непроявленной формы, приносит свои плоды. они подобны райским плодам. Они дадут утешение, но они не дадут просветление. Сидя рядом , то есть поклоняясь богам, человек может достичь рая, но не может возвыситься до просветления, не может возвыситься до блаженства. В чем разница между счастьем и блаженством? Каким бы продолжительным оно ни было, оно придет к концу. Просветление — блаженство начинается, но не имеет конца.
Ад не имеет начала, он имеет лишь конец. Позвольте мне повторить, чтобы вы полностью уловили это. У ада нет начала — у страдания нет начала. Счастья может не быть, но оно может начаться. У ада нет начала, но он может быть прекращен. У рая есть начало и конец тоже есть. Он начнется и он закончится тоже. У просветления есть только начало и никакого конца. Раз начавшись, оно бесконечно. Результаты этих двух видов поклонения четко различаются. Упанишады не отвергают ни один из них.

ДАВАЙТЕ УМРЕМ

Наука стала пользоваться термином «расширяющаяся Вселенная» совсем, но то, что Упанишады называют Брахмой, означает расширяющееся.
Точка не может быть изображена на бумаге. точка, которая видна, уже есть нечто распространенное. То, что Евклид называет точкой, невидимо, оно еще не начало быть, его воплощение еще не проявилось. Оно не проявлено. Поэтому непроявленный Брахм а подобен точке. Но мы не знаем ее. Мы знаем только проявленного Брахму — то, что является внешним. Мы знаем проросшее Брахму-дерево. Проявленное еще не завершено, оно находится в процессе становления, оно постоянно распространяется. Она расширяется за каждую секунду.

Одно из основных представлений греческой философии, что время движется по прямой. Индийская философия говорит, что все движения круговые. Поэтому индийское мышление говорит, что этот проявленный Б рахм а в процессе своего распространения будет проходить через детство, молодость и старость и снова вернется к впадению в непроявленного Брахму. Он снова будет нулем, пустотой. Он снова вернется к первоначальному истоку.

Вот где победа. В этом приятии мы принимаем смерть вместе с рождением. Мы приняли увядание с цветением. Во время нашего цветения мы знали, что мы увянем. В день нашего распускания, нашего рождения мы знали, что в один прекрасный день мы снова будем скрыты. Круг обязан быть завершенным. В таком приятии лежит свобода от смерти. для остальных из вас смерть и рождение являются двумя краями нашей жизни, и они вне жизни. Рождение вне вашей жизни, поскольку до рождения вас не было. Смерть вне вашей жизни, ибо после смерти вас не будет. Смерть — это граница. Но она не является границей для того, кто познал. Он спросит: «Чье рождение? Я был раньше, поэтому я мог быть рожден. Я был непроявлен, поэтому и мог быть проявлен. Мое рождение потому, что я был до рождения. Я буду также и после смерти, в противном случае чья это будет смерть?» Смерть не конец для того, кто знает. Это только событие, происходящее в его жизни. Рождение — это тоже событие, происходящее в жизни человека, это не начало. Жизнь вне этого круга есть непроявленное. Она скрыта, невыражена. Эта непроявленная жизнь — существование—становится проявленной в рождении и снова становится непроявленной в смерти.
Судьба подразумевает великую надежду. Истинный смысл судьбы в том, что теперь нет никакой причины для несчастья. Смерть есть, она неизбежна. Несчастье и скорбь есть только до тех пор, пока нет признания смерти.
Будда часто говорит: «То, что создано, будет разрушено. То, что приобретено, будет утрачено». когда Будда говорит о разлуке, он не уничтожает радость встречи, он только уничтожает боль разлуки. Глупец разрушит счастье встречи, а мудрый отсечет боль разлуки. Мудрый подумает, как может быть какая-то боль при разлуке, когда разлука уже присутствует в самой встрече. Когда вы стремились к встрече, тогда вы также желали и разлуки. Когда смерть присутствует в рождении, тогда как можно печалиться о смерти. Глупец разрушит счастье рождения, мудрый разрушит муку смерти.Тревога, беспокойство — это тень смерти. Вы надеетесь, что то, чему предназначено судьбой случиться, может не случиться, и вот с этого-то и возникают мучение и беспокойство. Нет, то, что должно случиться, случится. Этого не избежать. Когда вы принимаете эту мантру, когда вы полностью принимаете этот порядок проявленного Брахмы, все внутри вас становится тихим и спокойным. Поэтому мудрец сказал, что после познания проявленного Брахмы есть освобождение от смерти. И пока мы не в состоянии увидеть это, мы продолжаем чертить знаки на воде и мы продолжаем рыдать, видя, как карточные домики рушатся, и знаки на воде исчезают. Вы знаете, что не успеете провести линию на воде, как она начинает исчезать.
Как мы можем понять непроявленного Брахму, когда мы даже не способны понять этого проявленного Брахму? Он полностью развернулся перед нами: есть ли что-либо более проявленное, чем смерть?

Секс синтетичен, смерть аналитична. Секс соединяет, смерть разделяет. Происходит одно и то же, никакого различия в происходящем нет.
Тот, кто полностью знает этого проявленного Брахму, тот преуспевает в приятии его. Когда вы принимаете нечто, вы становитесь его хозяином. Вы не сможете сделать из меня раба, если я буду оставаться счастливым, даже будучи закованным в цепи. Когда человек истинно знает проявленного Брахму, он достигает полного приятия и тем самым освобождается от смерти.

Познать непроявленного Брахм у — это вопрос еще более глубокого и тонкого опыта. Чтобы познать его, надо идти либо за границу рождения, либо за границу смерти. Другого пути, кроме этого, нет. Вот почему в Японии дзенский Мастер говорит медитировать и выяснить, какое было его лицо до его рождения, — найти свое первоначальное лицо. Если на человека надевают маску и ее нельзя снять, то через несколько дней он начнет принимать ее за свое собственное лицо, ибо каждый раз, когда он окажется перед зеркалом, он будет видеть эту маску.

Идти назад трудно. Снова надеть одежды детства трудно, вернуться в матку чрезвычайно трудно, ибо тропа становится все уже и уже. Но надеть свободные одежды смерти легко. Тропа становится все шире и шире. дверь к рождению мала, а дверь к смерти велика. Перейти границу смерти легко. Можно перейти и границу рождения. Есть способы и средства, но их трудно практиковать. Медитация, о которой я говорю, — это эксперимент со смертью. Это прыжок в смерть. Это вхождение в смерть добровольно. Это умирание по собственной воле. Если это случается, и вы входите в смерть сознательно и становитесь таким, как будто вас нет, тогда будет видимо лицо непроявленного Брахмы . Будет видимо то лицо, которое было до рождения и будет после смерти. Такая добровольно принимаемая смерть становится медитацией. И если человек хочет жить в такой смерти не всего лишь несколько секунд, а всю свою жизнь, он становится саньясином. Саньяса — это жить так, как будто вы мертвы.

..Бакодзю сказал: «Какая ценность будет в моей физической смерти? Когда я умру, я умру, как умирают все. Но сейчас я умираю, когда жив,—это имеет ценность».
Рождение происходит бессознательно, и теперь нет пути войти в него. Но смерть все еще впереди, в будущем, и вы можете пройти через нее сознательно. Возможность узнать наше первоначальное лицо через рождение теперь утеряна, но существует возможность узнать его через смерть. Но вы можете упустить и эту возможность. Если смерть придет к вам случайно, как пришло рождение, тогда вы упустите возможность узнать его. Но если вы готовите себя приветствовать смерть, если вы продолжаете часто умирать, тогда вы узнаете его. Вот смысл слова саньяса — добровольная смерть. Продолжать умирать, продолжать становиться как бы мертвым. Когда вы физически мертвы, что вы будете делать, если кто-нибудь станет на вашу могилу и будет оскорблять вас? Начинайте прямо сейчас. Начинайте делать то, что вы будете делать, когда ваш череп будет валяться где-то и кто-нибудь пнет его ногой. Это и есть истинное значение слова саньяса. Таким образом, мы будем в состоянии войти в непроявленного Брахму. В противном случае вы упустите возможность, предоставляемую смертью. мы все имеем благоприятную возможность воспользоваться смертью еще раз. Почему бы не воспользоваться этой возможностью, чтобы войти в непроявленное. тот, кто входит в непроявленное, достигает бессмертия. «Тот, кто знает непроявленцое, побеждает смерть, а тот, кто входит в непроявленное, достигает бессмертного». бессмертное может быть познано только благодаря вхождению в смерть, ибо когда мы полностью входим в смерть, и обнаруживаем, что мы не умерли, тогда бессмертие достигнуто. Если кто-то оскорбляет вас, если кто-то отсекает вам руку или даже перерезает вам горло, а вы в это время остаетесь осознающим, тогда дверь бессмертия открыта для вас. Тот кто входит в смерть вкусит нектар бессмертия.

Познать непроявленного Брахму — значит обрести бессмертие, ибо непроявленное и есть бессмертное. Существуя до рождения и после смерти, оно бессмертно. Оно никогда не рождается и никогда не умирает. Мы тоже таковы. Рождается только тело. Мы же происходим из очень-очень древних времен. Мы были, когда тела не было. После вхождения в тело происходит отождествление с ним. А когда тело умирает, то кажется, что «Я умираю». Саньяса — это значит понимать: «Тело, которое несут на кладбище, — мое тело. Тело, сжигаемое в крематории—мое тело».
Теперь давайте начнем наше путешествие к непроявленному Брахме. Давайте умрем.

 

ЛИШЬ ПОЗНАНИЕ ОСТАЕТСЯ

Те, кто только размышлял, всегда будут говорить, что истина скрыта во тьме, но те, кто познал через глубокое переживание, скажут, что она скрыта в свете, и если она выглядит темной, то это из-за сияния света. Мы бываем ослеплены, когда свет слишком интенсивен, тогда свет выглядит, как тьма, из-за слабости наших глаз. Они не в состоянии вынести столь много света.
Посмотрите на солнце широко раскрытыми глазами, и через несколько секунд вы будете во тьме. Солнце так ярко, что глаза не могут выдержать его. Поэтому те, кто познал это на личном опыте, скажут, что он скрыт в свете, и они молят Бога устранить эту завесу. Иллюзия создается потому, что наши глаза слишком слабы, чтобы выдержать изобилие света. Наше существо не готово воспринять его.
По мере продвижения к истине свет начинает усиливаться, становясь все ярче и ярче. Те, кто движутся дальше в медитацию, постепенно узнают нарастающее сияние по мере углубления их медитации.
саньясинка сказала мне сегодня, что внутри нее столько света, что она чувствует, что из нее исходят лучи и все ее тело жжет, как будто внутри нее пылает солнце. Жар приходит не извне, а изнутри, и свет так ярок, что ей трудно спать по ночам. «Когда я засыпаю, — говорит она, —вокруг свет и свет.
По мере того, как человек погружается все глубже и глубже в медитацию, этот свет становится все более интенсивным, концентрированным и проникающим и приходит момент, когда интенсивность света столь велика, что он испытывает глубокую тьму. Но эта ночь кромешной тьмы вызывается избытком, изобилием света. Именно в этот момент человек молит Бога устранить эту завесу света, «чтобы я мог увидеть лицо истины, скрытой за ней».

Мы и должны ожидать, что вокруг истины будет столько света, что он ослепит наши глаза. Если мы спросим суфийских мистиков, они скажут нам, что, когда мы погружаемся глубоко в медитацию, там есть не одно солнце, а тысячи. Свет так изобилен, что кажется, будто внутри одновременно сияют бесчисленные солнца. Естественно, мы будем ослеплены.
Истина скрыта в свете. нам легко открывать глаза в темноте, но трудно открытьих при изобилии света. Разве трудно открыть глаза и держать их в безлунную ночь? Но если вам в глаза светит солнце, то открыть их трудно. Последний конфликт тех, кто приближается к истине — это конфликт со светом, а не со тьмой. Этот свет подобен золоту. Это такой свет, что нам не захочется устранить его. Очень трудно попросить, чтобы он был устранен, но истину нельзя увидеть, пока этот свет не будет устранен. И поэтому мудрец молит Бога устранить его: «Я не могу сделать это сам. Мой ум будет убеждать меня, что лучше слиться с ним».

Когда сознание выходит за пределы тьмы и света, заканчивается дуальность и начинается недуальность. Тогда открывается тот, кто ни свет, ни тьма, ни день, ни ночь, ни жизнь, ни смерть, кто всегда есть и пребывает вне всех дуальностей.
У человеческого ума нет никакого желания быть свободным от света, или счастья, или рая. Но от них надо быть свободным. «Бог, устрани Твою завесу чрезмерного света». «Пожалуйста, устрани эту восхитительную небесную форму, чтобы я мог увидеть ту абсолютную, голую истину, которая есть Ты».

Вы видите объекты, а не свет. Во внешнем мире невозможно воспринимать свет на личном опыте. Видны только освещенные объекты, а когда мы их не видим, мы говорим: «Темно». На самом же деле сам свет — это такая тонкая энергия, что его нельзя видеть во внешнем мире. Свет виден внутри, поскольку внутри нет никакого объекта, который может быть освещен. Поэтому, когда мы испытываем свет внутри, он непосредственный. Когда свет виден внутри, там нет никаких объектов, нет и никакого источника света — это свет, не имеющий источника. Есть только свет, не имеющий источника. Когда в том мире без объектов впервые узревается свет, тогда Кабир, Мухаммед, суфийские мистики, джайнские мистики, мистики традиции Баул начинают танцевать, заявляя, что то, что мы называем светом, есть всего лишь тьма. Ауробиндо написал: «Как только я прозрел внутри, стало ясно, что то, что я понимал как свет, было тьмой. Когда я заглянул внутрь, я увидел, что то, что я считал жизнью, было на самом деле смертью».
Только те, кто полагаются на полную покорность, могут пересечь эту границу. «Я в Твоих руках, веди меня. Я пришел к этой точке, теперь веди меня дальше». Молитва —- это тот шаг, который приводит медитацию к ее завершению, а полная покорность — это последний шаг воли и решимости.

Эта сандхья — всего лишь символ того момента внутренней садхьи, когда исчезли тьма и свет. Садхья наступает, когда нет ни тьмы, ни света, есть только особый вид света, известный как алек. В словаре это слово означает «свет». Это неправильно. А лек означает тот момент, когда нет ни тьмы, ни света. На рассвете солнце еще не взошло, но ночь уже миновала. Этот момент Алека есть в рассвете. Нет ни тьмы, ни света, есть только алек.
как объекты, так и источник света исчезают, когда вы обращаетесь внутрь, и остается только свет. Как только этот свет и тьма тоже уходят и остается только алек, тогда познающий и познаваемое исчезают. Нет больше видящего и видимого. Тогда мудрец сам становится истиной. Тогда истина становится мудрецом. Тогда нет ни познающего, ни познаваемого — и то и другое исчезают. В алеке нет больше тьмы и света, познающего и познаваемого. Нет ни воспринимающего, ни опыта восприятия, есть только воспринимание. Это момент наивысшего освобождения. Дело не в том, что в этот момент мы познаем нечто. Наоборот, мы познаем, что нас — нет. И мы также узнаем, что уже нечего больше познавать. Только познавание остается. Поэтому прекрасен термин, которым пользовался Махавира. Он называл это «только познаванием». Нет познающего, нет познаваемого, только познавание. Оба конца исчезли. Вот с чем это можно сравнить: солнце — первоначальный источник — исчезло, исчезли также и объекты, воспринимающие свет. Подобным же образом познающий — источник — пропал, пропали также и познаваемые объекты, только познавание остается.
В путешествии к этому познаванию первый шаг — это решимость, сильная воля, а второй шаг — покорность. Первый шаг — медитация, а второй—молитва. Для того, кто сделал оба шага, не остается ничего для познания, достижения или переживания.

ПОСЛЕДНИЙ ПРЫЖОК

Наше солнце — это проявленный Брахма. Великое солнце — это непроявленный Брахма. Это Б рахма-семя. Из него возникает и распространяется вся эта Вселенная качеств и форм.
Мудрец здесь возносит молитву: «О солнце, убери переплетение твоих лучей».«Я преодолел смерть, о солнце, теперь убери само распространение твоего существования». «Япреодолел тьму. Теперь убери свет тоже». «Я переправился через смерть, теперь я хочу ереправиться и через жизнь тоже». Это стремление превзойти все дуальности, ибо пока остается дуальность, всегда присутствует другое, чего бы нам ни удалось достичь.
человек молится: «О Бог, спаси меня от несчастий и дай мне счастье». Счастье и несчастье — две стороны одной монеты. Они суть аспекты одного и того же существования Человек хочет удержать счастье, но не понимает, что за счастьем непременно будет следовать несчастье. В этом мире, когда человек просит одно, он получает другое, не прося о нем. Вы должны быть готовы либо принимать и то, и другое, либо не принимать ни того, ни другого. Всякий, кто готов принимать и то, и другое, становится свободным и от того, и от другого. И всякий, кто готов оставить и то, и другое, тоже становится свободным и от того и от другого. С готовностью принимать и жизнь и смерть — значит не отдавать предпочтения жизни и не испытывать отвращения к смерти. Не отдавая никакого предпочтения жизни, человек освобождается. Какое счастье в счастье и какое несчастье в несчастье для того, кто принимает как счастье, так и несчастье? Когда счастье и несчастье с готовностью принимаются, они отрицают друг друга и возникает пустота.
Поэтому мудрец говорит: «Убери свои лучи, о солнце, чтобы вся жизнь была стянута воедино и втянута внутрь». «Я стремлюсь увидеть то, из чего выходит все и к чему все притягивается. Я желаю увидеть корень, первоначальное.
Я стремлюсь увидеть то, из чего возникает вся Вселенная и во что поглощается Вселенная при ее конечном уничтожении, то, из чего распространяется эта бескрайность существования и во что великое разрушение втягивает всю ее назад». Именно по этой причине солнце известно также как Яма—Бог смерти. Яма — это Бог смерти, а солнце — это Бог жизни. Смерть не приходит из какого-то другого места, — ибо смерть и жизнь не могут быть разделены. Слово «Яма» полезно и в других значениях. Слово «Яма» значит «управитель». Смерть приходит и успокаивает все проявленное. Смерть — это покой. Вглядываясь глубже в смерть, человек видит, что она подобна ночному отдыху в конце целой жизни, полной суматохи и беспокойства — передышке от тяжелого труда в жизни, освежающей вас для рассвета новой жизни. Слово «Яма» объявляет, что смерть — друг жизни.

Смерть — это уравновешивающий фактор жизни. Несчастье — это уравновешивающий фактор счастья. Тьма—это уравновешивающий фактор света. Материальные объекты — это уравновешивающий фактор сознания.
Вот что делает необычными людей, назвавших смерть Ямой. Несомненно, что у них не было никакой вражды к смерти. Они знали сущность — истину смерти. Поэтому мудрец говорит: «О великое солнце, Яма, ты—дающий жизнь, ты — уравновешивающий жизни и смерти. Втяни назад все свои лучи. Втяни назад твою жизнь. Втяни назад и твою смерть тоже. Я хочу познатьТо, что находится за пределами жизни и смерти, который никогда не рождается и никогда не умирает. Я жажду познать то первое мгновение, когда ничего не было—когда была полная пустота, из ничего которой возникло все. Я жажду познать то последнее мгновение, когда все снова будет поглощено и останется ничто. Я жажду познать ту пустоту, из которой рождается все. Я жажду познать ту пустоту, в которую все поглощается. Я умоляю тебя, втяни назад все изобилие твоих лучей».

Чтобы вознести такую молитву, требуется огромная отвага. «Я могу спастись или я могу погибнуть, дело больше не в этом. Дело только в моем стремлении познать того, кто есть всегда. Я жажду познать того, кто есть, даже когда все разрушается и исчезает. Я тоже исчезну, но я хочу познать то, что не исчезает».
Нигде в этом мире нет ничего сравнимого с тем конечным поиском и тем последним испытанием мужества. В этом мире было много искателей истины, которые ставили только одно условие: «Я хочу познать истину, сохраняя себя». Но пока сохраняется «я», вы будете знать только мир — сансару — ибо «я» есть неотъемлемая часть мира. Но понимание мудреца абсолютно: «Я является неотъемлемой частью сансары.
Если это мирское существование должно прекратиться, оно должно прекратиться полностью—как вовне, так и внутри.должны исчезнуть объекты вовне, должно исчезнуть «я» внутри. Форма вовне и форма внутри должны исчезнуть, оставляя пустоту вовне и внутри. условием обретения истины является потеря самого себя. Я молю тебя, о великое солнце, поглотить все твое без каких-либо условий. Втяни назад всю твою бескрайность. Вернись, чтобы я смог познать то, из чего все исходит».

Это последний прыжок. Когда человек набирается мужества для этого прыжка, он становится одним целым с верховной истиной. «Что вы узнаете об океане, стоя на его берегу? Я узнаю его, погрузившись в него». Но даже погрузившись в него, мы не сливаемся с океаном полностью, — мы и океан по-прежнему пребываем раздельно. Поэтому мудрец говорит: «Раз уж так обстоят дела, я стану статуей, сделанной из соли, чтобы я мог раствориться в нем. Я познаю океан, растворившись в нем — и ставсамим океаном, я буду одним целым с океаном. Я буду соленым, как он солен. . Я буду водой, как он есть вода. Я буду волной в его волнах. Я буду бездонной глубиной в его бездонных глубинах. Тогда и только тогда я смогу познать его». Стоя на берегу, мы можем составить себе представление об океане, чтобы познать его, мы должны раствориться в нем.
Теперь давайте готовиться к растворению.

 

У ДВЕРИ САМАДХИ

Пусть жизнь вольется в то, из чего она была рождена. Пусть форма исчезнет в том бесформенном, из которого она возникла. Пусть они будут одним в том чистом осознании бытия. Пусть тело смешается с прахом, пусть его поглотит земля.
Ум великолепен. Даже если вы встретите Бога, ваш ум породит сомнение: «Я не могу сказать с определенностью, настоящий ли это Бог или искусственный?» Пока есть ум , сом нение будет непременно возникать. Поэтому, пока вы будете сохранять ваш ум, вы будете оставаться в полной растерянности. Даже если приходит блаженство, ум становится подозрительным и начинает сомневаться в его наличии. Ум творит сомнения, порождает подозрения и вызывает заботы и тревоги.
Вы не есть ум. Вы есть то, что само познает ум, что само видит ум и что само полностью осведомлено об уме. Чтобы осознать это, вам придется немного отодвинуться от него, вам придется немного отступить от него, вам придется немного подняться над ним. Вам надо будет встать на берегу, чтобы увидеть течение ума и осознать его. Только тот может отбросить ум, кто знает: «Я не есть ум». Первый шаг в самадхи — это переживание того, что «я не есть ум». Это переживание становится все более и более глубоким, пока не становится столь ясным и несомненным, что ум полностью исчезает.
Ваша глупость, проявляющаяся в том, что вы воображаете себя деятелем, будет разбита вдребезги, и вы будете продвигаться к самадхи. Вы будете углублять интенсивность вашей медитации. бессознательность не годится. Если вы будете продолжать оставаться несознающим и не чувствительным по отношению к работе ума, тогда ваш ум будет продолжать то, что он делал вчера.
никогда не откладывайте медитацию даже на секунду. Не думайте: «Я начну завтра». Ее надо практиковать сейчас.

ИСЧЕЗАЯ ВВЕРХ

Сознание может литься по обоим путям, как вода или как огонь. Обычно мы течем, как вода, отыскивая все более низкие ямы. Если нашему сознанию предоставляется случай соскользнуть вниз, мы сразу же оставляем путь, ведущий вверх. Обычно мы ведем себя подобно воде, но нам следует вести себя подобно огню, оставляя более низкие уровни, когда нам предоставляется даже малейшая возможность подняться выше. Мы должны быть готовы использовать даже малейшую возможность, чтобы расправить наши крылья и взлететь к небу.

Для ищущих пути вверх, для надеющихся войти в более высокое измерение огонь стал идеалом — символом устремления, его считали богом. Есть еще одна причина, покоторой огонь считали символом и Богом. Когда искатель начинает путешествие вверх, он одновременно начинает путешествие внутрь. Оно как раз противоположно путешествию, которое направлено одновременно вниз и вовне.
По своим смысловым значениям слова «вовне» и «вниз» синонимичны, слова «внутрь» и «вверх» синонимичны тоже.
Вы поднимаетесь вверх настолько, насколько вы продвигаетесь внутрь. И вы опуститесь вниз настолько, насколько вы продвинетесь вовне. И вы продвинетесь вовне настолько, насколько вы опускаетесь вниз. И вы продвигаетесь внутрь настолько, насколько вы поднимаетесь вверх. С экзистенциальной точки зрения, «вверх» и «внутрь» имеют один и тот же смысл. Те, кто решили отправиться в путешествие вверх, должны были отправиться и в путешествие внутрь, и по мере их продвижения внутрь тьма стала убывать, а свет — нарастать. Поэтому огонь стал символом путешествия внутрь.

Есть еще одна причина, по которой огонь стал символом, и ему начали поклоняться с великой преданностью. У огня есть своя невыразимая красота. Он сохраняет чистое и уничтожает, нечистое. Если в огонь бросить золото, то все примеси выжигаются и уничтожаются, а золото выходит из огня еще более ярким. Это известно как испытание огнем — проверка, сохраняющая чистое и уничтожающая нечистое. Испытание огнем — это не просто бросание какой-нибудь Ситы в костер (Сита, жена Рамы, бросилась в пламя, чтобы доказать свою верность). Он стал символом того факта, что огонь уничтожит то, что нечисто, и сохранит и защитит то, что чисто. Это его естественное свойство. Он стремится защищать чистое и выжигать нечистое.

Внутри нас много нечистоты — столь много, что нельзя увидеть и следа золота. И когда мы начинаем искать его, мы не находим ничего, кроме камней. Поэтому мы должны даже золото бросить в огонь. Смысл покаяния — в бросании золота в огонь. Слово тапас (покаяние) происходит от тапа(огонь). Тапас не означает, что человек просто стоит под жаркими лучами солнца, практикуя покаяние. Покаяние означает, что человек внутри должен пройти через такой огонь, что все нечистое сгорает — уничтожается — а все чистое остается.

Будет полезно понять молитву мудреца: «О огонь, наставь меня на праведный путь», — и осознать, почему такая молитва возносилась огню.Как бы низко вода не опускалась, она попадает в яму, но она не исчезает. Огонь поднимается к небу, но, поднявшись на большую высоту, исчезает. тот, кто отправляется в путешествие вверх, исчезнет. По мере того, как он поднимается все выше и выше, он исчезает с каждым мгновением. Вскоре он потеряет свое эго и его больше не будет. Он будет одним целым с небом.
Огонь остается видимым, пока поднимается на небольшое расстояние, а затем исчезает, потерянный в пустоте, в ничто. Вода остается, как бы далеко вниз она ни текла. Эго будет оставаться в этом путешествии вниз и, если оно пойдет глубоко вниз, оно трансформируется. Когда эго спускается очень низко, оно становится тяжелым, подобно камню. Помните это; эго становится сильным, твердым, кристаллизованным, когда вы спускаетесь все ниже и ниже, и становится тонким, слабым и невидимым, когда вы поднимаетесь все выше и выше. Понаблюдайте за пламенем и вы увидите: миг прошел и оно исчезло. Куда оно ушло?
Когда Будда был готов войти в свое конечное освобождение, он сказал: «Через несколько секунд я прекращу быть». Его спросили: «Где ты будешь тогда, когда тебя не будет?» И Будда ответил: «Посмотри на лампу и спроси, куда ушло ее пламя, исчезнувшее в воздухе? Я так же исчезну вскоре. Наступит момент, когда мое пламя будет растворено в бездонном небе».

Есть еще одна тайна, касающаяся огня. Он сжигает все и в конце концов разрушает и себя также. Нужно отметить, что топливо сохраняется в форме пепла после сгорания. В то время как огонь не сохраняется ни в какой форме, он настолько чист, что не оставляет тепла. Огонь есть лишь чистейшее существование, он не оставляет следов. Самый лучший из найденных символов — это огонь. Поэтому люди считают его Богом. Что же счтается Богом? Не просто то, что божественно, посколько все и вся божественно; все божественно, поскольку все происходит из божества.
Когда западные люди впервые прочли Веды, им оказалось трудным их понять. Они говорили: «Это — политеизм — религия многих богов. У этих людей есть тенденция видеть бога во всех вещах». Но нет, это не так. Бог — это тот, благодаря кому вспоминают о божественном, кто толкает к божественному, кто вызывает вибрацию струн «вины» сердца, благодаря кому человек начинает путешествие к божественному.
Посмотрите на небо. Если вы будете продолжать смотреть на него некоторое время, форма исчезнет и начнется откровение бесформенного. Таким образом, небо указывает на бесформенное. И будем ли мы тогда столь неблагодарны, что не возблагодарим этот феномен, говоря: «О Бог, ты напомнил мне о бесформенном, я благодарен»? Смотрите, не отрываясь, на огонь — именно в этом заключались цель и смысл религиозных жертвоприношений огню. Сама жертва не была важна в жертвоприношениях огню. Важным было, сидя рядом с огнем, быть одним целым с трансцендентальным путешествием огня. Вы видите, как огонь устремляется вверх, как его пламя исчезает в это огромное ничто, и если в этот момент вы соконцентрированным и медитативным умом становитесь одним целым с этим пламенем и теряетесь в пустоте, тогда огонь становится вашим Богом. Бог — это то, через что вы слышите божественное, благодаря чему вы вдохновляетесь внутри на продвижение к божественному, благодаря чему наше спящее семя божественности прорастает, ведя нас к божественности. Вот почему мудрец говорит: «О огонь, наставь меня на правильный путь. Я не знаю пути. Я даже не отличаю благоприятное от неблагоприятного. Я невежествен. Пожалуйста, веди меня». Когда человек осознает беспомощность своего положения, он обращается с молитвой к Богу. Поэтому мудрец возносит молитву: «О Бог, наставь меня на праведный путь». Это не означает, что какой-то Бог направит вас на этот путь. Такого рода толкование породило много ложных верований. Никакой Бог не будет вам помогать. Вам самому придется идти к этому пути. Но эта молитва придает вам силы — воодушевит вас — продолжать двигаться дальше. Если эта молитва становится твердой и сконцентрированной в вас, если она станет жаждой, криком из каждой частички вашего тела, если она станет самим вашим дыханием, выкрикивающим: «О Бог, о огонь, отведи меня туда, где все исчезает и остается только то. что не есть я, что было без меня и что будет без меня»,— тогда молитва откроет дверь внутри вас. Она будет средством, направляющим вас на праведный путь, ибо мы идем туда, куда мы в глубине души стремимся. Сами наши мысли становятся нашими действиями.

Эддингтон был лауреатом Нобелевской премии и одним из величайших ученых. В последние дни своей жизни он написал в своих воспоминаниях: «погружаясь все глубже и глубже в исследовательскую работу и сталкиваясь с тайнами природы, я стал осознавать, что Вселенная напоминает больше мысль, чем вещь. Это — мое завещание миру». Это же самое утверждение заключено в первом изречении Будды в «Дхаммападе». «Ты будешь тем, о чем ты думаешь, поэтому уделяй должное внимание своим мыслям, ибо ты не можешь переложить ответственность за свои деяния на кого-то другого. То, что ты делаешь сегодня, есть результат того, что ты думал вчера». Наши собственные безрассудства и ошибочные понятия обретают плоть и превращаются в действия. Наши собственные мысли уплотняются и диктуют нам жизнь. Незначительная волна мысли, возникнув, начинает свое путешествие и, если не сегодня, то завтра становится трехмерной вещью.Все на самом деле является сконцентрированными мыслями. То, чем мы являемся, есть результат наших мыслей.

Если вы думаете: «Теперь моя жизнь будет беззаботной. Я помолился Богу, теперь он позаботится обо мне», — тогда вы ошибаетесь. Так думают многие люди. Они думают: «Мы достаточно возблагодарили Бога вознесением наших молитв, теперь Его долг — позаботиться о том , чтобы наши молитвы были удовлетворены». И если Бог не реагирует, они заявляют: «Бога нет, это все надувательство».
Нет, молитва не означает перенесение нашей ответственности на другого. Молитва — это своего рода механизм, при помощи которого мы привносим возбуждение во всю нашу жизнь. Мы возбуждаем каждую частицу нашего тела— это механизм, который может глубже всего проникнуть в ваше сердце и тело. Если кто-то полностью поглощен молитвой, всем сердцем, тогда каждая частица его тела становится активной. Никакая мысль не проникает так глубоко, как молитва. Никакое желание не проникает так глубоко, как молитва,при условии, что человек обладает способностью по-настоящему молиться.

Молитва — это то единственное, во что человек погружается полностью, ничто не остается снаружи. Молитва становится тотальной, когда снаружи не остается ничего от человека, возносящего ее. молитва может быть настолько глубокой — что человек, возносящий ее, пропадает и остается только молитва. Тогда, когда человек пропал в потоке тотальной молитвы, случается то самое и начинается путешествие к праведному пути. Человек совершает поворот на сто восемьдесят градусов от путешествия вниз к путешествию вверх.

Вот почему мудрец возносит молитвы огню: огонь—это устремляющийся ввысь феномен, он сжигает нечистоты, у него нет эго и он весьма скоро поглощается небом. Когда кто-то погружается полностью в молитву—становится одним целым с ней—он становится пламенем, в котором нет никакого дыма. На самом деле топливо настолько сырое, насколько многочисленны наши желания. Не бойтесь этого. Вот почему мудрец просил огонь сжечь и его прошлые деяния тоже, ибо эти деяния и являются топливом, которое так сыро.
Если вы можете быть свидетелем, когда совершаете деяние, тогда деянияе становится сухим. Если вы говорите: «Бог побуждает меня совершить это, природа совершает это через меня, я же просто свидетель», — и, разумеется, вы не только говорите, тогда это деяние становится сухим. И пламя жизни тех, кто обладает топливом сухих деяний, сразу же устремляется в Брахм у — в вечный дух. Поэтому попытайтесь сделать ваши деяния сухими, ибо одна молитва без сухих деяний не достигнет ничего. Отрывайте ваше эго от ваших прошлых деяний и не позволяйте вашим настоящим и будущим деяниям быть связанными с эго. И всегда помните, что никто не придет осуществить вашу молитву. Вы будете трансформированы только благодаря вашей собственной молитве. Молитва — это трансформация. Трансформация не следует за молитвой, она случается в самой молитве. Поэтому не ожидайте появления плодов молитвы в будущем, ибо молитва сама есть плод. И спокойно забывайте о молитве после ее вознесения, ибо сама она есть плод. Возносить молитву в правильном духе — это великое достижение. Но мы придерживаемся ошибочных понятий, ожидая, что кто-то другой осуществит молитву нашу, думая, что раз мы вознесли молитву, то теперь мы должны ожидать плодов.

Во-первых, когда вы возносите молитву, вы говорите «прощай» вашему эго. И если эго остается, не может быть никакой молитвы. Когда мудрец говорит: «О огонь, о Бог, покажи мне правильный путь, я ничего не знаю», — он распрощался со своим эго. Вы не можете вознести молитву, пока не превратитесь в ничто. Итак, первый аспект: возносить молитву — значит демонстрировать признание вашей полной беспомощности. Я больше ничего не могу делать. Теперь я возношу молитву: «О Бог, теперь деятель — Ты, теперь веди меня дальше». Позвольте мне повторить, это не означает, что Бог будет вести вас. Сама эта молитва будет вести вас. Если она совершается всем сердцем, с предельной искренностью и если эго полностью отсутствует, тогда молитва непременно поведет вас. Итак, первая сутра такова: никакого эго.

Вторая сутра: мы слишком много полагаемся на самих Себя. Это похоже на веру в то, что мы являемся нашими собственными отцами. Человек, который думает, что является своим собственным отцом, пытается поднять себя за шнурки своих ботинок. Мы только изнуряем себя, рвем наши шнурки и причиняем себе боль. Прекратить полагаться на самого себя — вот что такое молитва. Поэтому отбросьте это тщеславное убеждение: «Я все-таки подниму сам себя». Я повторяю, это путешествие должны будете совершить вы, никто другой не совершит его за вас. Но путешествие начинается только тогда, когда отброшена уверенность в себе. Эта уверенность в себе — препятствие. Как только вы ее отбрасываете, ваша энергия высвобождается и становится сконцентрированной на Боге. Вы сами становитесь Богом. Нет никакого другого огня, который будет вести вас: только огонь внутри вас может сделать это. У вас внутри есть достаточно божественности, чтобы начать путешествие, но эта божественность будет суживаться в той мере, в какой вы обладаете эго. Несмотря на огромные усилия, эта божественность не сможет вознестись, поскольку эго подобно камню у вас на шее, который утопит вас в реке.
Вы просто становитесь невесомым — вы становитесь легким, как только устраняется камень эго. Мы топим самих себя. Нас топит цепляние за наше эго. Мысль: «Я буду делать все», — отправляет нас в ад. Если же вы со всей искренностью можете сказать: «О небо, отведи меня к бесформенному, ибо я ничего не знаю», — вы обнаружите, что перед вами открыта дорога. Путь знания открывается перед тем, кто говорит: «Я не знаю». И тот, кто заявляет: «Я беспомощен», — находит средство, решение.
Это полное признание беспомощности само по себе является величайшей и единственной помощью нам. «Отныне я буду идти, если Ты прикажешь мне идти, я буду подниматься, если Ты будешь поднимать меня, я буду следовать за Тобой туда, куда Ты пойдешь», — видит, как внутри него открывается дверь, ибо он установил связь с бесконечным так невинно и с такой безусловной покорностью, что он видит себя перед Богом. при всяком удобном случае напоминайте себе: «Я ничего не знаю, я беспомощен. О Бог, веди меня». Сама эта молитва поведет вас. Молитва — очень большая сила. В маленьком атоме скрыта огромная энергия, но энергия, скрытая в небольших молитвах, мощнее, чем энергия, скрытая в атомах. Молитесь и смотрите, испытайте это. Результат не заставит ждать. Вы сразу же станете легким. У вас вырастут крылья, и вы будете готовы взлететь ввысь.

Существенным качеством молитвы является отказ от эго, смерть эго. Истинно религиозный человек не может даже сказать: «Я — религиозный человек». Он настолько сознает свою неправедность, что он скорее скажет: «Кто более не религиозен, чем я?» Поэтому мудрец говорит: «Я полностью не пригоден, я не могу претендовать на право достижения цели, я могу просто молиться. Поэтому люди создали термин «Божья милость». Это божественная милость. Они говорят: «Когда же это мы были пригодны? Трудно найти более непригодных людей, чем мы». Осознавание того, что вы ничто — вот притязание молитвы.
вам не надо говорить: «Бог велик». Это просто лесть. «Я — ничто», — этого утверждения достаточно. «у меня нет мерила для измерения Твоего величия. Для меня достаточно измерить мое собственное убожество. Достаточно сказать: «Я — ничто».
Будда часто говорил: «Нектар падает дождем, но некоторые люди держат свои кувшины вверх дном». . Он лился дажетогда, когда вы держали ваш кувшин вверх дном. Он лился даже тогда, когда вообще не было никаких кувшинов. Нектар существования есть Его природа. Он непрерывно льется, но мы держим наши кувшины вверх дном. Эго держит свой кувшин вверх дном и в тоже самое время пытается наполнить его. Держать кувшин горлом вверх — значит признать: «Я — ничто». Когда кувшин стоит горлом вверх, его пустота становится проявленной. Когда же он стоит вверх дном, его пустота скрыта. Оказавшись горлом вверх, кувшин узнает, что он пуст. Кувшин человека поворачивается горлом вверх, когда он знает, что он — ничто, и когда он держит кувшин горлом вверх, он входит в молитву. Благодать Бога льется и она наполнит его кувшин.
Вы держите кувшин горлом вверх благодаря вашей милости. Проявлять милость к самому себе — вот молитва. Иметь сострадание к самому себе —вот молитва. Быть жестоким к самому себе — это эго. Тиранить самого себя — это эго. Совершать насилие над самим собой — это эго. И будьте добры держать ваши кувшины горлом вверх.

БОГ ВСЕГДА ОДИН

мы сможем быть только тем, что мы уже есть. То, что скрыто в нас, будет открыто, а то, что открыто, будет снова скрыто. Семя вырастает в дерево, а дерево снова становится семенем. У тех, кто постигает этот закон, тревога и беспокойство исчезают. Их ментальные агонии успокаиваются и утихают. Тогда не остается причины для счастья. Нет причины быть несчастным, когда мы путешествуем к месту нашего назначения. И нет никакой причины быть счастливым, ибо мы не получаем ничего такого, чего бы у нас не было с самого начала.

«Каково различие между смыслом и сутью?» Смысл есть нечто очевидное — проявленное, тогда как суть есть нечто скрытое.Смысл есть внешнее тело, суть есть внутренняя душа. Смысл может быть понят и интеллектом, а суть может быть постигнута только сердцем.

Витгенштейн сказал: «То что не может быть высказано следует оставлять невысказанным». Далее он говорит: «То, что не может быть высказано, может быть показано». Он имел в виду, что на то, что не может быть высказано, можно дать намек — указание.

Когда вы смотрите на меня, не отводите ваших глаз, не мигайте и в то же время с каждым выдохом издавайте звук «Ху». Этот звук «Ху», будет с силой ударять в вашу спящую энергию кундалини. Суфии глубоко изучили звучание «Алла ху». Они начинают с «Алла ху», а затем слово «Алла» мало-помалу отпадает и остается только «Ху» в полную силу, и когда вы будете делать это, ваш пупок будет сокращаться. Пусть ваше «Ху» мощно ударит в область ниже пупка. Это заставит ваш пупок сократиться полностью и ударить в кундалини. Это то место, где пребывает кундалини. Она получит сильный удар. Девяносто процентов из вас пребывают сейчас в том состоянии, когда звук «Ху» будет наносить такой сильный удар, что энергия внутри начнет подниматься, как пламя огня. Когда она начнет подниматься, я сделаю вам знак руками. Тогда ведите себя как безумные. Когда я подниму руки вверх, вы почувствуете, как внутри поднимается энергия — поднимается подобно пламени огня. Вы почувствуете, что поднимается вся ваша жизненная сила. Вы почувствуете превосхождение. Тогда начинайте громко кричать, танцевать, прыгать, что есть мочи.

 

Ошо - Мистический опыт

Полностью - тут:
https://www.koob.ru/osho/mystical_experience
https://www.universalinternetlibrary.ru/book/39986/ogl.shtml
https://readli.net/misticheskiy-opyit/