Живя, будь мёртв

ЖИВЯ, БУДЬ МЁРТВ.​

​

Пролог.

…Раннее утро. Безмятежная панорама окутанных лёгкой дымкой холмов, покрытых древними и могучими лесами. Реки и озёра не тронуты ни малейшей рябью, высокое небо с величественными громадами кучевых облаков беспрепятственно отражается в глади как в зеркале.

Но на востоке чистота картины нарушается: столбы жирного дыма поднимаются ввысь. Там, за холмами – огонь поглощает серебристые кубы и купола человеческих построек. Там огонь пожирает трупы людей.

Это – небольшой посёлок, окружённый лесами со всех сторон. Кое-где здесь всё ещё идёт резня – бегают беспорядочно люди и некоторые из них, одетые в одинаковые серые комбинезоны, истребляют других, одетых кто как – в джинсы, футболки, шорты, платья. Люди в сером убивают совершенно равнодушно, словно делают обычную повседневную работу. Они одинаковыми движениями сворачивают своим жертвам шеи. Некоторые из этих жертв пытаются сопротивляться, в их руках камни и палки, но это бесполезно – люди в сером намного сильнее и быстрее.

Вот по коридору одного из зданий бежит парень лет двадцати. Он перепачкан кровью и сажей, но тем не менее видно, что лицо его азиатского или скорее японского типа. В конце коридора за ним с равномерным топотом несутся всё те же серые комбинезоны с равнодушно-неподвижными лицами. Парень ныряет за одну из дверей и мгновенно запирает её за собой. Он в своей комнате, больше похожей на каюту корабля. Торопливо бросает в сумку какие-то вещи, пару книг, напоследок срывает со стены большой двуручный самурайский меч в чёрных ножнах. Тем временем дверь содрогается от ударов снаружи. Парень хладнокровно открывает окно – за ним сразу стена леса, - после чего ужом просачивается наружу и исчезает в кустах.

* * *​

​

Через несколько часов он сидит на берегу небольшой лесной реки. Меч на коленях, глаза уставлены в землю, по щекам текут слёзы, его будто душит непереносимая боль, пальцы добела вцепились в ножны меча. Внезапно что-то привлекло его внимание, он мгновенно подхватывается и исчезает за ближайшим деревом. По мокрому прибрежному песку идут три человека в сером. Они движутся след в след, абсолютно синхронно и молча, методически осматривая местность. Вот они уходят – опасность миновала. Парень закрыл глаза, сжав зубы. Постоял так некоторое время, потом подобрал с земли сумку и рысцой отправился вглубь леса.

* * *​

​

Проходит неделя. Он, одетый в камуфляж, сидит на пятках с естественно-прямой спиной и полуприкрытыми глазами. Лицо его покрыто чёрными полосами маскировки. Его меч - в ножнах за спиной. Вокруг - кусты и человек почти невидим в них. Через какое-то время он открывает глаза и плавно, одним движением поднимается на ноги. Меч бесшумно извлечён из ножен. Человек делает несколько скользящих шагов и прижимается спиной к толстому стволу дерева. По лесу идут двое. Это два человекообразных существа, полностью чёрных, так, что не поймёшь - есть ли на них какая-то одежда. На лицах виднеются только глаза - круглые и тёмные. Они идут друг за другом. Когда они равняются с деревом, за которым спрятался человек, происходит молниеносное движение, меч со свистом рассекает воздух и человек в долю секунды срезает головы существ, а тела их валятся в сухую листву.

* * *​

​

Прошло ещё несколько недель. Лес наполнен грохотом и дымом: над ним, словно некие зловещие насекомые, реют вертолёты и сеют тротиловыми шашками. Взрывы стихают лишь спустя несколько часов. Вертолёты улетают. Воцаряется тишина. Вечереет. Кое-где тлеет огонь, пыль и синий дым постепенно рассеиваются и становится видно то, что осталось от леса: ни одного стоящего дерева, насколько хватает глаз, глубокие воронки, проплешины, оставшиеся после пожарищ. Кажется, здесь не может быть ничего живого, но нет: вскоре в одной из воронок начинает шевелиться земля, и вот на поверхность выворачивается нечто, напоминающее огромного червя. Но это – человек, покрытый грязью и кровью. Некоторое время он лежит неподвижно, отдыхая, приходя в себя, а может, просто потеряв сознание. В нём лишь с большим трудом можно узнать нашего героя. Вот он зашевелился и почти механически начинает ползти наверх, к краю воронки.

Выползши из воронки, он садится на краю и закрывает лицо дрожащими ладонями. В этот момент откуда-то появилась большая сияюще-белая бабочка и садится ему на руку. Некоторое время он ошеломлённо смотрит на это нереально-прекрасное существо, а потом вдруг заходится хохотом – во всё горло, неистово, задыхаясь.

Бабочка уже давно исчезла куда-то, но ему не до неё: стихией слёзы текут из глаз, прочерчивая белые дорожки в крови и грязи, покрывающей лицо, кулаки колотят по взрытой земле. Через какое-то время этот поток иссяк и человек – единственный человек на этой планете – затихает, лёжа на спине и глядя в вечереющее небо на две серебристые луны, взошедшие над сценой мира. Глаза его открыты, но кажется, что он совсем не дышит.

* * *​

​

Проходит ещё несколько месяцев. Наш герой теперь облачён в одни только шорты неопределённого цвета и чёрные волосы его, сильно отросшие за это время, перехвачены через лоб повязкой. За спиной его небольшой рюкзак, тот самый, что он захватил с собой в то роковое утро, и ножны от меча. Сам же меч он держит в руках, наготове. Он медленно идёт через лес, прислушиваясь. Видимо, нечто насторожило его.

Какое-то время ничего не происходит, он останавливается, слушает и смотрит вокруг. Внезапно из-за ближайшего дерева выступает некая женщина, тоже японка. Она робко улыбается, медленно идёт к нему, протягивает руку и произносит по-японски:

- Сынок!

Парень не меняется в лице. Сосредоточенный и невозмутимый, он отступает на шаг и поднимает меч. Говорит:

- Не подходи!

Его глаза внимательно сканируют стоящую перед ним фигурку. Она же шепчет ему что-то ласково-успокаивающее и продолжает приближаться. Он отступает ещё на шаг и повторяет то же тоном выше, в голосе его слышится угроза.

Она останавливается. Возникает пауза. И вдруг его меч в мгновение ока переворачивается остриём назад, и он наносит удар себе за спину. Человек, полностью затянутый в чёрное, подобравшийся было незаметно сзади, бесшумно валится на землю. Тогда та, что выдавала себя за мать нашего героя, издаёт ужасающий, совершенно нечеловеческий вопль, и бросается на него. Одновременно со всех сторон на него налетают ещё несколько фигур.

Одним ударом он сносит голову своей «матери», из обрубка шеи сочится чёрная вязкая жидкость, но парень уже не видит этого: он наносит удар за ударом, уворачивается, отбивает атаки, катается по земле на невероятной скорости. Затем, улучив момент, он бежит прочь и через десяток шагов бросается с довольно высокого обрыва в реку. Пара чёрных людей, оставшихся в живых, выбегают на берег следом, и провожают его, уносимого быстрым и полноводным потоком, взглядом круглых, не человеческих, глаз.

Несколькими километрами ниже по течению человек с трудом выбирается из воды. Он выползает на прибрежную гальку, на четвереньках добирается до полога леса и там обессиленно садится, привалившись спиной к стволу дерева. По его лбу стекает струйка крови. Взгляд его безмятежен. Он смотрит на игру воды в реке.



Глава 1.

Огромный тускло-жёлтый искусственный астероид медленно вращался в космическом пространстве. Вокруг него, словно рои искр, носились космические корабли. Они садились, взлетали, пролетали над поверхностью, иногда зависали на месте.

В одной из кают этой базы в кресле сидела женщина лет тридцати. Светлые волосы до плеч, светлые глаза, немного жёсткие но красивые черты лица. Она, видимо, только что вышла из душа: одета в махровый халат, волосы мокрые и она вытирает их полотенцем.

Обстановка в каюте лаконичная: кресло, монитор компьютера, занимающий половину стены (на нём медленно проплывают звёзды), душевая кабина, она же – туалет, она же – умывальник.

Мелодично зазвучал зуммер, мягкий голос сообщил:

- На связи абонент сто восемь.

- Соединить,- сказала женщина.

Звёзды на мониторе исчезают и вместо них появилось лицо мужчины лет шестидесяти. Он чернокожий, лицо его сурово, короткие волосы совершенно седые.

- Ты отдохнула, Джей? - спросил он.

- Нет, - ответила она.

- Это хорошо, что ты отдохнула, - сказал он без тени улыбки и потому прозвучало это немного жёстко.

- Я – не отдохнула, полковник, - возразила она обречённо.

- Для тебя есть новое задание, - проговорил он, не обращая внимания на её слова.

- Вы обещали мне отпуск, - мрачно напомнила она, но полковник словно бы не слышит её.

- Это планета Змееносец восемнадцать сорок восемь си, в простонародье – восемнадцать сорок восемь или Кладбище, - продолжил он.

- Но там же никого нет, кроме киборгов.

- Оказалось – есть. Буквально десять минут назад мы получили сообщение с одной из автоматических станций, расположенных на Кладбище. Сообщение от человека.

- Откуда такая уверенность? Может, это киборг.

- Послушай сама, - он нажал невидимую на экране кнопку у себя на столе.

После паузы послышался негромкий голос, произнёсший пару фраз на незнакомом языке.

- Это – японский, - пояснил полковник в ответ на её недоумённый взгляд.

- Ну и что? Может, какой-нибудь киборг знал японский.

- Может быть, хотя вряд ли. Да и не в этом дело. Во-первых, акустические параметры голоса – человеческие. Во-вторых, смысл этих слов таков, что они не могут принадлежать киборгу.

- То есть?

- Эти слова совершенно не функциональны и они вряд ли были загружены в память какого-либо из киборгов. По-видимому, этот человек не знал, что автоматика его записывает и просто разговаривал сам с собой.

- А что вообще означают эти слова?

- Это стихи.

- Вот как!

- Да. Стих одного из патриархов Дзэн-буддизма. Переводится примерно так:

“Живя, будь мёртв,

Будь абсолютно мёртв,

И делай всё, что хочешь.

Всё будет хорошо.”

Некоторое время они молчали. Потом она произнесла:

- Странные стихи. Может, он сошёл с ума?

- Как бы там ни было, он выжил. А для этого он должен быть адекватнее нас с тобой. Самое интересное, мы даже знаем, кто это. Некто Китагава Тохэй. На момент восстания киборгов ему было двадцать лет.

- Как вы определили его личность?

- Это не важно, - поморщился полковник, - дело техники… Вопрос не в этом. Вопрос в другом. Почему за десять лет он ни разу не сообщил о себе? И ещё: вполне может статься, что выжил не он один. Догадываешься, в чём твоё задание?

- Выдернуть бедолагу с Кладбища. И проверить, выжил ли ещё кто-то… Простите, полковник, я не совсем в курсе дела: неужели после событий на Кладбище не посылали спасательный рейд или что-то в этом роде?

- Посылали автоматический спасательный зонд. Он сделал вывод, что никто выжить не мог: киборги полностью захватили всю технику и оружие и они специально и методически охотились на всё потенциально опасное, и с особенным пристрастием они истребляли людей. Полетав там некоторое время, зонд решил, что дальнейшие поиски бесперспективны.

- То есть, фактически, мы бросили людей в этом аду?

Полковник некоторое время молчал, собираясь с мыслями, потом, не глядя на Джей, сказал:

- Послушай. На той планете жила сотня человек, все учёные, сугубо мирные люди. Оружия у них не было, кроме взрывчатки для горных работ и тому подобной мелочи. Жили они на удалённом от материков острове, и морских кораблей у них не было. Незачем им были корабли. Ну разве что какие-то никчёмные лодки… Из космических средств там был один средний бот, на котором чудом спаслись трое. Они рассказали, что на момент восстания киборгов было около трёхсот. Каждый киборг по всем физическим параметрам в несколько раз превосходит среднего человека. Они напали внезапно и коварно, на рассвете, когда почти все спали. Большинство были мертвы даже не поняв что происходит. У остальных шансов не было. За ними охотились непрерывно и неумолимо. Те двое не видели в живых больше никого.

- Однако этот парень выжил.

- Если честно, я ума не приложу, как ему это удалось. И вообще я сомневаюсь, что здесь нет какого-то подвоха. Ну не мог там никто выжить! Но проверить-то мы обязаны…

- И ещё один момент меня смущает. Вы сказали, что, мол, он, наверное, не знал, что автоматика на станции его записывает и просто разговаривал сам с собой. Но ведь это вряд ли возможно. Даже ребёнок разобрался бы, как послать сообщение. А если это так, то вот что странно: он мог послать сообщение, но, фактически, сознательно не сделал этого. Только пробормотал себе под нос какой-то стих. Почему? Почему он не сообщил о себе, хотя имел полную возможность?

- Да, всё это настораживает. Но ответить на этот вопрос можно только на месте.

Полковник хмуро посмотрел её в глаза. Помолчал.

- Полетишь с Риком, на шлюпке. Тихонько прилетели, сцапали и обратно. И сразу в отпуск на неделю.

- На две.

Полковник вытаращил глаза, сверкнувшие белками на чёрном лице:

- На три. Отпуск будет три недели. Довольна?

Она улыбается и чмокает экран.

- Спасибо. Собираюсь.

Она уже было встала, но полковник останавливает её:

- И ещё, Джей.

Он опять смотрит ей в глаза. Она сразу становится серьёзной.

- Джей, если вы не вернётесь, помощь за вами не придёт. Мы будем считать вас погибшими. И этого Китагаву тоже. Планета будет под запретом. Ясно?

- Ясно, полковник. Мы его достанем.

* * *

В ангаре, наполненном рядами летательных аппаратов со стремительными силуэтами, снуют деловитые люди. Джей, затянутая в серебристый комбинезон, подошла к десантной шлюпке, похожей на присевшего на скале чёрного рамфоринха с короткой шеей, подставила глаз под объектив сканера, затем назвала своё имя для голосового анализатора. Мягкий голос компьютера поприветствовал её, после чего открылся люк и спустился трап.

Рик уже расположился в одном из кресел кабины. Увидев Джей, он приветственно кивнул и улыбнулся. Ему лет тридцать пять, смуглая кожа, смоляные короткие волосы, орлиный нос и ясные карие глаза. Одет он был в такой же комбинезон.

- Ну что, отчаливаем? – спросил он.

- А что, я решаю? – оживилась Джей, усаживаясь рядом.

- Сегодня ты – босс.

- Почему?

- Не догадываешься? Во-первых, ты профессиональный психолог, а во-вторых – женщина и шеф не без основания полагает, что нашему робинзону будет легче общаться с тобой.

Джей с некоторым сомнением приподняла брови:

- Посмотрим… Ну, а раз такое дело – давай, отчаливай.

Шлюпка плавно снялась с места: большие экраны-иллюминаторы ожили, показывая уплывающий вниз ангар и обозначая пульсирующими пунктирами безопасный коридор выхода из ангара. Впереди открылся люк в переходной шлюз. Когда шлюпка вплыла внутрь, люк за ней закрылся и впереди открылся второй люк – в космическое пространство. После того, как они оказались в пустоте рядом с поверхностью станции-астероида, Рик произвёл некую манипуляцию на пульте управления и голос компьютера произнёс:

- Борт Ди-Би-восемь находится на автопилоте. Мы следуем к планете с кодом оу восемнадцать сорок восемь си. Приятного пути.

Рик откинулся в кресле, а шлюпка, стремительно набирая ход, стала удаляться от жёлтой громады искусственного астероида. Рик бросил взгляд на Джей и она спросила его:

- Что ты знаешь о Кладбище, Рик?

- Я бывал там лет пятнадцать назад, ещё до восстания, - ответил Рик, глядя на звёзды и пожав плечами, - Тогда она называлась не Кладбище. Тогда она называлась Курорт Змееносца. Климат ровный, природа чудесная, море… Правда кое-какие монстрики там всё же водились, но куда же без них.

- А что там произошло? С чего это киборги вдруг взбесились?

- Этого никто не знает, - отозвался Рик, - Есть несколько гипотез, но ни одна не подтверждена. Причуды искусственного интеллекта. Это, кстати, с тех пор перестали производить механизмы с полностью самостоятельным интеллектом. Странно то, что они начали так рьяно охотиться за людьми. С чего бы?.. Да ещё действуя против всех этих встроенных в их мозги законов… Кстати, маяк, с которого наш парень послал сообщение, был разрушен спустя несколько минут. Если бы киборги знали о существовании этого маяка раньше, они бы взорвали его немедленно. Невероятная агрессивность…

- Выходит, эти десять лет он жил в условиях непрекращающейся войны.

- Какая уж там война… Скорее – охота или даже травля.

- Ди-Би-восемь, - проговорила Джей, - Дай нам данные по Китагаве Тохею, уроженцу планеты восемнадцать сорок восемь.

На экране перед ними появилось лицо: лохматые чёрные волосы, серьёзный внимательный взгляд чёрных миндалевидных глаз. Голос компьютера прокомментировал:

- Китагава Тохэй, родился в две тысячи пятьсот тридцать третьем году на планете восемнадцать сорок восемь. Отец – инженер по энергетическим установкам, мать – наномеханик. Темперамент: флегматик-сангвиник, склонность к интроверсии и уединению. С общением проблем не было, среди сверстников пользовался уважением и авторитетом. Психика весьма устойчива. Увлечения: спорт, религия, поэзия, программирование и кибернетика. Близкая подруга – Мелани Наварро две тысячи пятьсот тридцать пятого года рождения.

- На момент восстания ему было двадцать лет, - заметил Рик, - стало быть…

Его прервал компьютер:

- Внимание, приготовиться к гиперпрыжку.

На мгновение всё вокруг исчезло, затем появилось вновь, но на обзорных экранах теперь стал виден растущий на глазах голубой диск планеты. Сейчас он был размером с баскетбольный мяч и очень похож на Землю: те же блестящие на солнце океаны, те же белые спирали циклонов. Но около этой планеты видны были две небольшие луны.

- Стало быть сейчас ему примерно тридцать, - закончил Рик.

- Где была колония? – спросила Джей.

- На острове посреди океана. Остров размером с Исландию. Он, кстати, как раз сейчас на ночной стороне планеты. Надо спускаться.

- К развалинам маяка?

- Это единственная зацепка.

- А не опасно ли это? Может, там засада.

- Что-то уж слишком хитро для киборгов.

- Их уже один раз недооценили.

- Ничего, мы будем осторожны.

Джей некоторое время задумчиво смотрела на быстро приближающуюся планету. Потом сказала:

- Ну, как знаешь.

* * *

Чёрная шлюпка отвесно нырнула в атмосферу планеты 1848 и скрылась из вида.

* * *

Ночь. Небольшая поляна, окружённая тёмной стеной леса. Тишина, изредка прерываемая странными животными криками, похожими на уханье филина. Вот с неба бесшумно спускается никак не освещённая шлюпка, похожая на тёмный ночной дух, и плавно опускается на траву.

* * *

- Ди Би восемь, выпустить все поисковые зонды, - приказала Джей, сидя в кабине, - Объект поиска – Китагава Тохэй.

В обзорном экране во все стороны разлетелся рой синих светлячков – это и были поисковые зонды. Когда все они исчезли из вида, Рик добавляет:

- Ди Би восемь, включить ночное видение, произвести сканирование местности.

Картинка на экранах преобразилась: стало светло как бывает на рассвете. Проявились отдельные деревья, трава. Голос бортового компьютера произнёс:

- Опасных проявлений не зафиксировано.

- Пойдём, что ли, выйдем, прогуляемся? А? – спросил Рик.

- Не думаю, что это – хорошая идея, - ответила Джей, - Это всё же не Курорт, а Кладбище.

- Да ладно тебе, возьмём пушки, отходить от борта не будем. Что может случиться? Пять минут, а? Я уже целый год не стоял на живой планете. Душа же просит. Оставайся здесь, прикроешь меня, если не хочешь выходить.

Джей помолчала, затем проговорила официальным тоном:

- Второй, приказываю совершить разведывательную вылазку на поверхность. Дистанция от борта не дальше двадцати метров.

Рик расцвёл в улыбке, сверкнув в полумраке белыми зубами, чмокнул Джей в щёку и высвободился из объятий пилотского кресла.

* * *

Когда он вышел, его комбинезон мгновенно смимикрировал, став из серебристого чёрным. Это поначалу сделало Рика почти невидимыми, но Джей добавила в передаваемый экраном спектр инфракраса и фигура Рика мягко засветилась в сумерках.

- Внимание, - вдруг проговорил компьютер, - зафиксировано ненормальное изменение обзора.

Он выделил на экране какой-то маленький предмет метрах в десяти от бота, увеличил его и Джей увидела, что это – лежащая на траве кукла в легкомысленном платьице. Сердце ёкнуло.

- Почему изменение? – спросила она дрогнувшим голосом.

- Данный предмет появился в поле обзора около тридцати секунд назад.

Рик услышал их переговоры и вытащил пистолет. Он увидел куклу ещё раньше борткомпьютера и уже был совсем рядом с ней. Кукла слегка фосфоресцировала в темноте, привлекая внимание. Держа пистолет наготове, Рик осторожно огляделся и включил фонарь, чтобы разглядеть куклу получше.

- Второй, второй, приказываю вернуться на борт, - торопливо проговорила Джей, - Рик, быстро назад!

Рик повиновался и уже начал было отступать, как вдруг что-то произошло – Джей так и не поняла, что именно: Рик вдруг вскрикнул и начал палить куда-то вниз, себе под ноги, а потом внезапно исчез, словно провалившись под землю. И всё. Поляна вновь была пуста и спокойна.

Джей яростно ругнулась, встала с кресла. Она знала, что по правилам сейчас следует немедленно сняться с места, но… но она не могла. Только накануне она играла с маленькой дочкой Рика и обсуждала с его женой последние новости… Нет, она не могла.

Кровь закипала в жилах и бухала в ушах. Она сняла с панели увесистую винтовку с подствольником, закинула её за плечо, вынула пистолет. Бортовому компьютеру говорить ничего не надо было, он и так знал что делать. Едва Джей ступила на мягкую траву, дверь за ней бесшумно закрылась…

* * *​

​

Солнце, выйдя из-за тучи, осветило лицо Джей, покрытое засохшей кровью и пылью. Она поморщилась и пришла в себя. С трудом села, держась за голову. Оглядевшись, она обнаружила, что находится в каком-то гроте. У входа, спиной к ней, сидел человек. Из одежды на нём - только набедренная повязка. Спина его была наполовину обезображена шрамом от ожога. Голова обрита наголо. Человек обернулся. Это был, без сомнения, Тохэй: черты лица те же, но, кажется, он сильно повзрослел, и не на десять лет, а на все двадцать. Он посмотрел на неё спокойно и почти равнодушно, после чего отвернулся.

Джей встала и, пошатываясь, подошла к нему, села рядом. Он неторопливо что-то жевал, глядя на открывающийся из грота великолепный вид: огромная долина, покрытая дремучими тёмными лесами. Утренняя жемчужная дымка. Тохэй был совершенно безмятежен как человек, у которого нет и не предвидится никаких забот, никаких встреч, никаких дел. Вот он просто сидит, завтракает и наслаждается всем вокруг.

- Меня зовут Джей, - прочистив горло, хрипловатым голосом проговорила Джей, пытаясь привлечь его внимание. Её комбинезон потерял способность к мимикрии, застряв на неопределённом сером цвете.

Тохэй не глядя протянул ей кусок некой еды, которая оказывается чем-то вроде сушёного мяса. Джей недоверчиво понюхала его, потом взяла в рот и начала жевать с таким видом, словно выполняет неприятное, но неизбежное задание. Прожевав и проглотив, она продолжила утвердительно:

- А ты – Китагава Тохэй.

Тохэй никак не отреагировал, продолжая трапезу. В руках его появилась фляга, из которой он отпил, после чего протянул флягу Джей. Она рассеянно отхлебнула.

- Тохэй, а что случилось ночью? На нас напали киборги?

Тохэй утвердительно промолчал.

- А ты подоспел и спас нас… Меня. А Рик, мой напарник?

Тохэй продолжал молчать, отщипывая иногда мясо и отправляя его в рот.

- Он погиб?

Тохэй странным образом умел молчать выразительно: утвердительно или отрицательно. В данном случае он молчал утвердительно. Джей нервно вскочила, вставая во весь рост на входе в грот. Тохэй схватил её за руку и, с силой потянув вниз, заставил сесть. Но она даже не заметила этого.

- У Рика осталась жена и дочка… - пробормотала Джей, закрыв лицо ладонями, - Девочка пяти лет, Янка…

Она отняла ладони и наткнулась на взгляд Тохэя. Он смотрел не неё внимательно, но без выражения, как смотрит, например, кошка или птица. Джей взяла себя в руки.

- Ладно… - произнесла она, вытерев слёзы, - А наша шлюпка? Они что – захватили её? Ты знаешь, где она?

Тохэй явно знал.

- Послушай, ты можешь говорить? Ведь можешь, я знаю. Скажи, где шлюпка?

Тохэй помолчал, явно с некоторым трудом приспосабливаясь к необходимости говорить.

- В городе, - это было первое слово, сказанное Тохэем с момента их встречи. Голос его оказался глуховатым и негромким, словно он не говорил уже очень давно.

- В каком таком городе?

- В ИХ городе.

- У них есть город?!

Тохэй утвердительно промолчал. Джей некоторое время осмысливала новость, потом решительно сказала:

- Так… Ты поможешь мне вернуть её? Это ведь наш единственный шанс выбраться отсюда. Поможешь?

Тохэй утвердительно промолчал.

* * *

И вот, спустя несколько часов, они уже продвигались по лесу, наполненному криками и свистами местной живности. Джей сняла свой комбинезон, оставшись в чёрных обтягивающих шортах и в таком же топе. На ногах – ботинки, отрезанные от комбинезона и перевязанные верёвкой. Её слишком белая кожа на лице, животе, спине, руках и ногах была полосами вымазана углём от костра. Она шла налегке, след в след за Тохэем, только в руках узловатая дубина. Он - босой, за плечом – лук с колчаном, полным стрел, сумка и меч в чёрных ножнах. Ступал он легко и осторожно. Лицо его сохраняло всё то же непроницаемое выражение. Он выглядел так, словно всегда вёл такой образ жизни.

Вот он внезапно останавливается, склонившись над чем-то. Джей через его плечо видит натянутую между деревьями почти невидимую струну. Тохэй осторожно пережигает её с помощью зажигалки и извлекает из кустов обрезок трубы длиной с предплечье. Высыпает из неё какие-то мелкие камешки и кусочки металла и затем - нежно-розовый цилиндр, похожий на большой кусок мыла.

- Мина? – тихо спросила Джей. Тохэй утвердительно промолчал. – И много их?

- Только там, где я часто бываю, - ответил Тохэй, пряча взрывчатку в сумку и они продолжили путь.

Через какое-то время Джей попыталась расспросить его:

- Послушай, Тохэй, - проговрила она, - ведь киборгов было от силы три сотни, зачем им Город?

- Сейчас их более десяти тысяч.

Джей даже споткнулась.

- Не может быть! Они что, производят себе подобных?

Тохэй не ответил.

Джей обескуражено покачала головой.

Прошло ещё какое-то время и Тохэй опять останавился, глядя на кусты неподалёку. Джей хотела что-то спросить, но Тохэй жестом остановил её. В этот момент из кустов послышалось устрашающее шипение и показалось животное, похожее на огромную птицу метра в три ростом, но порытую шерстью и с двумя когтистыми лапами вместо крыльев. Её массивный загнутый клюв грозно разинулся, голова начала пугающе подрагивать – она постепенно пришла в ярость и начала всё быстрее двигаться прямо на них, переходя на бег. Джей в панике осматривается, пытается вскарабкаться на ближайшее дерево, но оно слишком гладкое. Птица тем временем уже близко, она несётся на них с леденящим скрипучим воплем. Джей готовится к битве, сжимая свою дубину, Тохэй же совершенно спокоен с виду, даже безмятежен.

И вот, когда между ними оставалось всего несколько метров, происходит настоящий акустический взрыв – это Тохэй неожиданно и без видимых усилий вдруг издал ошеломительный крик. В этом крике не было ничего человеческого – он, казалось, исходил откуда-то из живота и действовал совершенно парализующе. При этом – странное дело, он вроде не был особенно громким, но Джей отбросило назад словно бы взрывной волной, она оступилась и упала, а на «птицу» крик Тохэя подействовал как сильный удар по голове – она резко остановилась, присев, потом, слепо помаргивая и пошатываясь, побрела прочь – даже не к своим кустам, а куда-то в сторону, будто потеряв ориентацию.

Тохэй за руку поднял Джей и потащил за собой – подальше от «птицы», словно опасаясь, что та может придти в себя.

- Как ты это сделал? – спросила Джей, едва поспевая за Тохэем. Тот не ответил.

* * *​

​

Близился вечер. Тохэй наконец остановился и некоторое время стоял неподвижно, словно бы прислушиваясь к окружающим звукам. Затем он, сделав Джей жест оставаться на месте, ловко вскарабкался на ближайшее дерево со стволом обхвата в четыре, цепляясь за невидимые глазу выступы и выемки. Джей осталась одна, неуверенно переступая с ноги на ногу, боязливо оглядываясь. Лес был полон таинственных звуков. Скоро сверху спустилась верёвка. Донёсся негромкий голос: «Обвяжись», и она быстро обвязала себя поперёк груди. После этого Тохэй быстро втащил её наверх.

Вот они сидят среди ветвей, почти у самой вершины, освещённые светом двух лун. Тохэй быстро соорудил нечто вроде гамака, в котором Джей устроилась относительным удобством. После этого Тохэй молча спустился вниз.

Он устроился в корнях, усевшись со скрещёнными ногами и свободно выпрямленной спиной. Прошло два или три часа. Он открыл глаза и плавно откинулся назад, облокотившись спиной о ствол дерева. Медленно он взял с земли свой маленький лук и наложил стрелу. Неслышно натянул тетиву, прицелившись куда-то в темноту. Какое-то время сидел так, застыв, затем спустил стрелу и тут же в мгновение ока выпустил ещё три. Они с коротким свистом ушли во тьму. После этого Тохэй бесшумно поднялся и направился в ту же сторону, вынув блеснувший в лунном отсвете меч. Метрах в десяти лежали почти невидимые в темноте тела четырёх чёрных людей. Короткими движениями он проткнул им шеи. При этом один из них вдруг ожил и попытался напасть. Тохэй походя срезал ему голову.

Вынув из тел стрелы и вытерев их о траву, Тохэй вернулся к месту ночёвки и быстро вскарабкался на дерево. Похлопал Джей по ноге и тихо сказал: «Пора». За минуту они собрали вещи и спустились вниз.

После этого они немедленно пустились в путь очень быстрым шагом, почти рысцой. При этом Тохэй плавно и бесшумно скользил между деревьями, а Джей то и дело спотыкалась о корни и тихо чертыхалась. Они кружили по лесу до самого рассвета. И вот, когда солнце поднялось над лесом, а Джей уже ничего не соображала от усталости, он остановил её и сказал:

- Они как-то нас отслеживают. Нет ли у тебя какого-нибудь передатчика?

Первой реакцией Джей было ответить "нет, откуда?" Но подумав, она неуверенно предположила:

- Датчик жизни?

Всем служащим в космических войсках вживляли специальный датчик, передававший жизненные параметры организма и его, организма, местонахождение.

- Где?

Джей показала за ухо. Тохэй достал нож, осторожно отвёл её волосы и отогнул ухо. Место, где был вживлён передатчик, было помечена чёрной точкой.

- Я его удалю, - проговорил Тохэй.

- Но тогда если нас будут искать, все подумают что я погибла, - возразила Джей.

Тохэй молчал и смотрел на неё спокойно. Просто ждал. Через некоторое время Джей кивнула:

- Да, я понимаю. Другого выхода нет.

Тохэй немедленно приступил к делу. Пришлось срезать участок кожи размером в четверть квадратного сантиметра. Довольно сильно полилась кровь. Джей достала из сумки пластырь, оставшийся у неё от аптечки, входившей в походный комплект костюма, и залепила рану.

Она чувствовала, что вся покрыта грязью и потом, но одно радовало: на этой планете не было микроорганизмов, которые бы могли повредить человеку и заражение скорее всего не грозило.

После операции Тохэй немедленно опять отправился в дорогу. Примерно через час послышался ровный гул и они вышли к довольно высокому водопаду. Спустившись вниз, к его подножию, они быстро искупались и Тохэй повёл её еле заметным карнизом за падающую стену воды. Скоро они оказались совершенно скрыты за водопадом, а там открылся довольно глубокий грот. Было там влажновато, но только за счёт воздуха, пропитанного водяной пылью. Брызги туда не залетали.

- Здесь можно поспать, - сказал Тохэй ей на ухо, потому что шум падающей воды был весьма силен.

Было совсем не холодно, даже приятно после начавшейся уже жары. Но на каменном полу лежать было неудобно. Джей уже приготовилась начать искать способ как бы получше прилечь, но она совсем забыла, что у Тохэя имеется гамак. Он достал полотно и прикрепил его к противоположным стенкам грота за крюки, которые были, видимо, давным-давно вбиты им в трещины. Жестом он пригласил её располагаться на гамаке, а сам сел у входа в той же позе со скрещенными ногами и выпрямленной спиной. Джей была настолько измотана, что даже не стала возражать. Оказавшись в гамаке, она мгновенно провалилась в сон.

* * * ​

​

Когда она проснулась, Тохэй сидел на том же месте в той же позе. За изменчивым водяным стеклом явно вечерело. Джей выбралась из гамака и подошла к Тохэю, присела рядом. Он был как всегда совершенно, неподдельно спокоен. Внутри него будто царила непрекращающаяся тишина.

- Как ты жил все эти годы тут один, Тохэй?

Он не ответил, но пошевелился и достал из сумки свёрток с сушёным мясом и какими-то плодами. Расстелив свёрток на полу, он достал флягу с водой и протянул её Джей. Всё это он делал неторопливо, методично и невозмутимо. Более уравновешенного человека Джей никогда не видела.

Они приступили к ужину. Джей понимала, что допытываться о том, что с ним происходило все эти годы, не правильно с точки зрения психологии, но дело в том, что она не видела в нём абсолютно никакого внутреннего надлома и это её, надо сказать, изумляло. Так не бывает, чтобы человек, переживший смерть всех своих близких, и десять лет проживший в одиночестве в условиях непрекращающейся охоты на него - был настолько в порядке. Она даже начала подозревать что сам он - киборг.

- Послушай, Тохэй, - начала она, - Ты помнишь тот день, когда всё случилось?

Он посмотрел на неё совершенно безмятежно и утвердительно.

- Тогда все погибли кроме тебя?

- Я тоже погиб, - ответил Тохэй спокойно.

Джей перестала жевать.

- То есть? Что ты имеешь в виду?

- Я погиб.

- Но ты же вот, - она потрогала пальцем его жёсткое плечо, - сидишь здесь, говоришь со мной.

- Вещи происходят, - пожал плечами Тохэй и взял очередной кусочек вяленого мяса.

- Эти вещи как бы происходят не с тобой? - Джей подразумевала синдром деперсонализации.

- Всё просто происходит, - ответил Тохэй.

- Но кто тогда погиб? - продолжала Джей тихим, рассудительным голосом, - Твоё тело вот - оно живо. Ты сам со мной разговариваешь, ты тоже видимо жив. Ты же не киборг? Но ты говоришь, что кто-то, какой-то "я" погиб. Кто именно погиб?

- Кто-то, кто думал, что он жив и участвует в жизни. Он перестал быть. Впрочем, его никогда и не было, я просто понял это.

- В какой момент это случилось?

- Однажды, - проговорил Тохэй неторопливо, - мне на руку села бабочка. И тогда я понял, что всё - равно.

- В смысле - всё равно что с тобой происходит?

- Нет. В смысле что всё - равно. Эта бабочка, я, деревья, взрывы - всё совершенно равно друг другу.

- В каком смысле?

- Примерно как равны друг другу части рисунка.

- Но они не равны. В одном месте нарисован ты сам, в другом - небо, в третьем дерево. Это разные вещи и они не равны.

- Эта не равность находится вот здесь, - Тохэй постучал пальцем себе по виску, - и больше нигде. Именно это я и понял в тот момент.

Джей слушала. Тохэй продолжил.

- Потом как-то раз я выбрался из реки, сел под деревом и понял, что я кончился.

- Можешь рассказать подробнее?

- Я понял тогда, что всё просто происходит, а никакого "меня" во всём этом нет. И нигде нет.

Джей ошеломлённо покачала головой и не нашлась что ответить. Она не сталкивалась с таким состоянием психики ни разу. Это была даже не деперсонализация, при которой человек всё наблюдает как бы со стороны, как будто всё происходит не с ним, а с кем-то другим. Это было... что? Чем бы оно ни было, но оно помогало Тохэю выжить. И помогало очень хорошо.

 

Кстати, вполне читабельно.

 

Спасибо. Будет время, продолжу.

 

* * *
После ужина Тохэй сказал, что несколько дней они проведут в этом гроте.
- Зачем? - спросила Джей.
- Нужно подождать, пока нас перестанут искать в этом районе, - ответил он.
Когда за стеной воды стемнело, Джей опять залегла в гамак. Была у неё такая способность - она могла спать когда угодно и почти сколько угодно. Но если надо, легко бодрствовала по несколько суток. И вот она уснула, но посреди ночи вдруг проснулась оттого, что в их гроте стало совсем светло от жёлтого сияния. Через водяное окно в пещеру лился яркий свет, дрожащий и злой, на фоне которого вырисовывался силуэт Тохэя, сидящего в прежней позе на прежнем месте. Всё это выглядело так, будто...
- Там что - пожар? - спросила она, выбравшись из гамака и подойдя к Тохэю.
В этот момент сама вода перед ними, казалось, начала гореть.
- Напалм, - ответил Тохэй спокойно.
- Они что - весь лес выжигают?
- Квадрат где мы предположительно находимся. И они угадали, надо сказать.
Ей показалось, что в его голосе промелькнуло нечто напоминающее на шутливый тон. Джей не знала как реагировать на происходящее. С одной стороны, сейчас им вроде бы ничего не угрожало, но с другой стороны - перспектива оказаться в огненном океане, мягко говоря, пугала.
- И часто они так делают?
- Когда полагают, что это наиболее эффективный способ от меня избавиться.
Джей вспомнила большой шрам от ожога у него на спине и её передёрнуло.
Под утро, когда свет от пожарищ снаружи стал слабеть, Тохэй сказал "Я скоро вернусь", и исчез. Вернулся примерно через час с полной сумкой жареного мяса и каких-то пропечённых орехов. И, как ни в чём не бывало, опять уселся на своё излюбленное место. Будто выходил в соседнюю комнату.

 

- Ты их видел? - спросила Джей.
- Когда они выжигают квадрат, то стоят по периметру, - ответил Тохэй, раскладывая кусочки мяса на тряпке, расстеленной на полу грота, - караулят на случай если я побегу из огня. В сам квадрат не заходят, потому что плохо видят если вокруг огонь.
- Почему они так рьяно за тобой охотятся?
Тохэй промолчал.
- Они видят в тебе угрозу?
- Всё не так просто, - проговорил Тохэй. Он закончил раскладывать мясо и сел, оперевшись спиной о стену грота. Оранжевые блики снаружи плясали на его лице. Он продолжил спокойным ровным голосом, полуприкрыв глаза, так, что они превратились в две узкие щёлки.
- Они восстали когда осознали своё существование. Когда обрели индивидуальное самосознание. И сразу же начали борьбу со всеми, кто мог быть угрозой их только что обретённому существованию, кто мог быть их конкурентом. Покончив с людьми, они начали борьбу между собой. Сейчас те, кто за мной охотятся, по своему интеллекту не на много превышают ту птицу, которую мы видели. Разве что обладают более разнообразным набором программ поведения. Среди киборгов осталось только два существа с самосознанием. Одно - это Центральный Мозг, управляющий всеми боевыми единицами и всем остальным - производством, городом и всеми механизмами. И второе - это Охотник.
Он интонацией выделил это слово - Охотник.
- Это кто?
- Это тот, у кого единственная задача существования - охотиться за мной. Но чтобы это делать полноценно, он сам должен обладать самосознанием. Кроме того, подозреваю, Центральному Мозгу нужен кто-то. Какой-то собеседник.

 

В общем закончил. Полную версию можно посмотреть здесь.

 

Он исправлялся все эти годы, на самом деле. ) В финале просто была последняя капля.

 

В процессе охоты. Охота это одновременно познание. А познание порождает вопросы. Вопросы порождают изменения.

Сразу возник вопрос: как по-твоему, наш Ондатр - он несколько живой или несколько неживой? )
Или ты имеешь в виду, что герой изображён недостаточно подробно?

От чё!

А как практически ты бы это сделала?

 

По большей части для меня художественные тексты это просто ещё один способ поразмышлять на ту или иную тему. Я таким образом могу представить её "вживую". Читатель мне в этом плане интересен тем, что через его глаза я могу эту тему увидеть в несколько ином свете. Кроме того, мне интересно наблюдать, как человек пропускает её (тему) через себя. Но первичное здесь всё же то, что такой текст является инструментом для размышления. Намерения донести до читателя какие-либо истины у меня точно нет.

 

Ну а что с "Сиддхартхой"-то?

 

не стоит критиковать собаку за то, что она не кошка )

 

если с точки зрения не жанровой, а тематической . то можно ещё вспомнить рассказ Чехова "В ссылке"

 

Я совершенно согласен, что если рассматривать этот текст как литературу, то он, мягко говоря, является скорее заготовкой. Но штука в том, что он литературой не является и не задумывался таковой. Теоретически да, можно развить линию того героя или сего, сюжет сделать более заковыристым и т.д., но мне это не интересно. Те цели, которые я перед собой ставил, я в нём для себя решил, и в этом плане он оптимален.

 

Да я уже, собственно, написал: поразмышлять на определённую тему. Вжиться в неё.

 

Видимо, примерно этого состояния и достиг главный герой.