Бхакти-йога - искусство Любви.

Едва ли возможно выявить в истории человечества момент, когда бхакти проявилась в людском мировосприятии. Несколько перспективней, думается, попытаться определить времена и места появления йоги, осмысленной практики основанной на восприятии высокой духовной Любви соединяющей индивидуальное сознание с Абсолютом в его разнообразных образных проявлениях.
Гимны посвящённые разным божествам отметили начало этого периода. Тут можно вспомнить и Ригведу, и Псалтирь, и воспевания Исиды. Чем отчётливей проявлялось осознание индивидуальности, тем ярче выявлялась потребность личной связи с богом, а через него - с невыразимым источником всего сущего, смутную, неопределимую связь с которым может уловить любое сознание. И тем точней и изощрённей становились способы приведения индивидуального сознания к состоянию готовности к контакту с возлюбленной духовной сущностью.
Отразить этот процесс в серьёзном исследовании мне определённо слабо. Тут я берусь за задачу попроще - слегка обозначить формы бхакти-йоги в индиуистских и христианских традициях, дать пищу для размышлений об их сходстве в главном и отличиях (наверное, совсем немаловажных) в деталях.
Об индийской бхакти-йоге и духовно поддерживаемом ею религиозном движении
бхакти написано немало, об альварах и наянарах, Раманудже и Шанкаре, Чайтанье и Нанаке можно при желании узнать намало из источников гораздо более компетентных чем подобная статья. Здесь бы хотелось отметить иное - индийские мыслители Нового времени пишущие о бхакти практически единодушно отмечают ближайшее родство бхакти и христианства. Увы, без особой взаимности со стороны христиан. Волей-неволей припоминаются слова Вивекананды -

Между тем родовые особенности бхакти проявлены в христианстве столь отчётливо, что не заметить их просто странно. Слова Иисуса, Павла и Иоанна, запечатлённые в писаниях Нового Завета, иллюстрируют очевидное - агапэ-бхакти является основой любого течения в христианстве. Именно опора на благодатную любовь отделила христианство от ортодоксального иудаизма, она же стала основой синкретического сращивания раннего христианства с культовыми формами бхактовских в своей сути религиозных течений античности. Благодаря ей античная философия в своих наиболее этически безупречных проявлениях стала одной из основ христианской теологии. Античные религиозные течения, в которых обозначался акцент на джняну к наступлению средневековья угасли или ушли в глубокое подполье.
Вся тяжёлая и путаная история христианской церкви во всех её многочисленных разветвлениях может быть представлена как не бросающаяся в глаза борьба агапэ-бхакти с инерцией массового сознания тяготеющего к ползучему прагматизму, культовому формализму, недалёкому законничеству. Церковь канонизировала немалое число самых разных людей за "особые заслуги", но наиболее чтимыми оказались подвижники проявившие в своей жизни любовь Спасителя, нередко канонизированные церковными институтами с явной неохотой.
Тут, наверное, стоит отметить некоторые достаточно принципиальные отличия бхакти-движения в Индии от исторического христианства. В Европе социальная стратификация не имела столь жёстких кастовых форм как в Индии, несмотря на церковную иерархию христианство было значительно более демократичным с одной стороны, с другой же, благодаря той же церковной иерархии - более монолитным и менее гибким. Бхакти-течение веками билось о стену кастового строя, не сумев его окончательно расшатать по сю пору. В Европе крушение монополии на истину просто не успело дать плоды органично вписанные в культурную среду - загнанная в подполье джняна (далеко не всегда дотягивающаяся до уровня йоги) дала свои неожиданно "мутировавшие" плоды изменившие эту среду быстро и радикально.
Йога в Индии - занятие для немногих, кастовые стереотипы закрывают это поприще куда лучше любых законодательных запретов. С одной стороны это слегка защищало учение от тотальной профанации (хотя и едва ли очень уж эффективно), но с другой тотально стагнировало коллективное сознание. А "консенсусная реальность" общая и у йога и у имбицила. "Джняна-революция" в Европе воплатившаяся через коперниканский переворот и Просвещение можно уподобить взлому коллективного сознания. Грубому и бесповоротному. И хронологическая близость, фактически синхронность начала этого "взлома" и Реформации едва ли случайна. В основе этих совершенно разных в идейной основе явлений можно увидеть этический радикализм и воинствующую простоту Иисуса из Назарета...
Можно, наверное, сказать, что специфика христианской бхакти выражается через решительность и радикальность этической позиции, не уходящей даже после полного отрицания старых культовых форм и образов. По сути миссия Иисуса была
точной и рискованной провокацией, после которой человечеству осталось либо поумнеть, перейти на более высокий уровень сознания (неизбежно подразумевающий и радикальное изменение социальных отношений), либо погибнуть в какой-нибудь им же и спровоцированной катастрофе. Ни один из восточных идамов (образов принимаемых адептом для личного контакта с высшими формами сознания) несмотря на порою устрашающую форму на такой решительный шаг сподвигнуть своих почитателей не смог.
И всё же бхакти остаётся высшей любовью, не взирая на различия формы и проявления. Необусловленное сознание открывается индивидуальному человеческому как милосердное и сострадательное. Оно не ограничено формами которые неутомимо лепит людская фантазия, его не сковывают людские предрассудки и представления о "реальном" и "правильном". Мне трудно представить, что Мировой Логос, Сын Божий будет безучастно взирать на духовные устремления какого-нибудь малайца потому, что тот, мол, имя неправильное произносит и образы не те в воображении держит. Вот, дескать, доберуться до его местности христианские миссионеры, тогда шанец милосердие проявить и появится, с поправкой на обычные для этих миссионеров косноязычие и религиозное чванство...
Всякое действие рождает противодействие. Как христианские миссионеры нарочито и старательно пытаются обратить в свою веру жителей отдалённых мест, так и в странах где традиционно господствовало христианство появляются различные восточные миссии. Религии, миссионерский запал которых, казалось бы, потух многие века назад, спровоцированные западной религиозной пропагандой оживляются, трясут стариной, небезуспешно ищут уязвимые места в учении настырного конкурента, заимствуют его методы и затем используют найденное для контратак на "территории противника". Будет ли результатом этого взаимодействия тотальный раскол по сектантским "критериям истины" (внедряемая ныне толерантность не надёжный компромисс, работающий лишь до первого масштабного кризиса), или благодаря таким не слишком жёстким пока что урокам человечество объединится пред лицом (или фактом ) Непознаваемого в смирении рассудка и понимании равностности - знает Бог.


-------------------------------------------

Работа открыта для критики и рекомендаций к редактированию.

 

На всякий случай.

Предполагаю что не только.

 

...

 

а разве по другому бывает?

 

Радикализм. Незрелый, но искренний. "Истина одна и я вам всем её сейчас открою!" Приходит время умнеть...

Если замечаний нет - вопрос к Сергею.

 

Сергей не возражает.

Добавлено спустя 43 секунды:

Только quote по моему пока не поддерживается. Ну если не поддерживается, добавлю.