К вопросу о массовом одобрении происходящего

К вопросу о массовом одобрении происходящего.

"Глупость это не отсутствие ума. Это такой ум". /М Светлов/

Германия полвека отбивала себя щеками по ушам и наоборот за свое массовое помешательство.
1. Мы не решились на свой вариант денацификации - десталинизацию, не стали предметом гордости за человечество и за русских для всего мира. --
2. Значит история нас протащит старым немецким путем. И нам надолго предстоит стать всемирным пугалом. "Чудовищный русский медведь" займет несоизмеримо большее место в фильмах, комп. играх и людском сознании как символ всего античеловечного.

3. Не сумеем покаянно вынести многолетний крест этого позора за нынешнее безумие - распадемся.
"Мне стыдно быть русской/им" станет дополнительным драйвом к образованию самостоятельных подразделений, конфедераций и просто отделений по национальному, конфессиональному, территориальному и какому угодно принципу.
Как тут правильно вспоминали, - по А.Д. Сахарову: сперва разбежимся, чтобы потом начать медленно и осторожно собираться.

Но уже на совершенно иных принципах и при полном отречении от сталинской парадигмы, неизгладимо впечатанной раскрестьяненой и сбитой с толку народной массе при полном искоренении любой идеологической конкуренции.
Выход из такой распадающейся РФ будет подобен выходу из никем не осажденной крепости, из окопов и бункеров, созданных для нашего порабощения придуманной войне.

 

И все же я верю!
(о "массовой поддержке" и мизерности оппозиции)

Трудно в здравом уме не понимать, что путинизм как система ведет к медленной и необратимой деградации.
Но система по многим причинам довольно устойчива. Объективный взгляд (Ходорковского) в том, что (пользуясь известной метафорой) лягушка таки да постепенно сварится в кипятке.
/Хотя бы потому, что отъезд значительно проще, чем риски безнадежной борьбы/.
Но я этот взгляд не разделяю.
И хоть на нынешнюю оппозицию надежды мало,- я все-таки верю в неистребимый здравый смысл, дремлющие силы и потенциал российского народа.
Но и деградация может дойти до точки невозврата. Так что вера моя разумных оснований не имеет.
Тем более!

И все же, хоть и не Сахаров одолел одряхлевшую советскую систему, такие люди как Сахаров составляют гордость и надежду страны в любые, даже самые безнадежные времена.

 

Сила путинизма - в нашей агрессивной разобщенности

1. Оппозиция не способна договориться: не политически, организационно, а идейно
а) выработать общую конкретную, четкую, продуманную, целостную программу преобразований
б) упорно и настойчиво нести именно ее в "массы" (а не всяк в свою дуду)
в) неутомимо, наглядно и доходчиво разъяснять, как это скажется на качестве жизни значимой части общества

2. Кровожадный радикальный максимализм. Неспособность оппозиционно настроенных к компромиссной (оппортунистической) тактике. Только "на фонари" (вынуждая путинистскую верхушку стоять насмерть).

3. Неспособность оппозиционных партий к единению -
лишь сглаженное отражение агрессивной разобщенности оппозиционного общества. Любая (особенно объединяющая и компромиссная) программа немедленно вызывает яростную критику изнутри нашего конгломерата "свободно мыслящих личностей".

Так что сила путинизма - в агрессивной разобщенности и просто бестолковости (включая политическую малограмотность) оппозиционного общества.

 

Просто сама хотела написать об этом, - но снова минуток не хватило. Остался только обрывок от начала, но в принципе и так все ясно. Можно, как в анекдоте, раздавать чистые листы вместо листовок
******
Не хочу себе признаваться, что дело не в Путине. Путин - симптом, а не болезнь. Путин - вполне адекватное выражение всенародного хронического заболевания, перешедшего внезапно (еще не так давно картина была все же иной) в острую форму.
Обыкновенный фашизм развился необычайно быстро и совершенно на пустом месте. Одного Веймарского синдрома для него недостаточно. Веймарским синдромом приходится переболеть каждому народу распавшейся империи.
Дракон-Сталин слал народ на битву с драконом-Гитлером, называя национал-социализм - фашизмом.
Постыдная для нас, хоть и трагическая ирония в том, что массово превращаясь в фашистских носорогов, мы собираемся воевать с каким-то там фашизмом.

 

Интеллигентное молчание

Про нашу интеллигенцию: порой кажется, что когда за ними придут, они переспросят: «А вы точно за мной? Может быть, вам к соседу?».

В то время,
когда идут погромы крымско-татарских организаций, обыски в домах, угрозы физической расправы;
когда в Крыму плачут старики, женщины и дети, виновные только своей национальностью;
когда народ загоняют в моральное гетто на его же земле;
когда запретом на въезд в Крым разлучают сына с матерью, мужа — с женой, детьми;
когда составляются списки тех, кого надо депортировать, изолировать или каким-то образом ликвидировать, а де-факто депортация уже началась,

— один российский интеллигент громко выражает свое «фи» крымско-татарской кухне, другая — тихо замечает, что крымские татары, по ее мнению, недостаточно бережно относятся к своей родине. Но эти хоть знают, что крымские татары на свете есть, остальные — будто не знают.
Пальцев хватит и на одной руке: всего несколько человек из Москвы и Санкт-Петербурга интересуются у меня национальными чистками в Крыму (шведов, немцев, чехов, поляков они почему-то волнуют больше).
Эти буквально считанные люди ужасаются, как свою — ощущая чужую боль, хотят чем-то помочь народу, сделанному в нашей стране изгоем. Публично в защиту крымских татар высказываются тоже только они.
Чокъ сагъ олунъыз.
Большое спасибо.

А остальным 99 процентам нашей интеллигенции (на мой взгляд, это показательнее пресловутых «84-х») я вот что хочу сказать.
Окуджава, Сахаров, Горбаневская, Григоренко, Лавут и другие не боялись вступаться за крымских татар в куда более жесткие времена.
Да, наверное, это народ не очень заметный. Небольшой, терпеливый, мирный, не берущий в руки оружие, — но с такой любовью к родине и свободе, что убить проще, чем сломать. Но речь не о них — о вас.
Вы, как видится моему оценочному суждению, похожи на тех прекрасных, образованных, умных людей Германии, которые провожали грустным взглядом соседей-евреев.
Похожи, но не совсем, — сомневаюсь и насчет взгляда, и насчет грусти.
Конечно, все сказанное — не повод читать морали.
Вступаться за человека, которого пинают со всех сторон, или пройти мимо — дело очень личное, каждый решает сам.
Глупо кого-то обвинять в том, что он не Сахаров и не Окуджава.
Те бы не раздумывали. Просто эти — не те.
Дорогие интеллигенты, дамы и господа, если вам так комфортно, — продолжайте не замечать.
Ведь пока пришли даже не к соседу, а к кому-то там, через дом.

 

А как, казалось бы, все невинно начиналось ... Из раздувания до самоопьянения Дня Победы ... Из СПГ (Старых песен о главном) ...
Виртуальный реваншизм виртуальных фантомов на почти ровном (в отличие от гитлеризма) месте. Полная оторванность от недавней исторической памяти и действительности, - до смелого прыжка с балкона ... Прямо в поднебесье, вестимо. Куда ж еще?

 

Огненный водораздел

Раз за разом бегло пробегая по новостной френдленте (дольше не выдерживала) - поняла с полной отчетливостью:
Самосожжение Ирины Славиной — страшный, обличающий тест для нашего либерального сообщества, который оно прошло с катастрофическим результатом.
Тут именно тот редкий случай, когда, если такое надо объяснять — то объяснять уже не надо. Поздно.

И тест этот глубже, важнее и страшнее Крыма. Как прежде говорили "скажи мне чей Крым, и я скажу кто ты", так — блюдите яко опасно ходите! -
решающим становится употребление лишь одного слова.
Тогда в разговоре о Крыме непреодолимый барьер между людьми проходил по одному применяемому слову: одни — аннексия, другие — присоединение.

Тут трещина куда глубже. Не по политическим (относительно нее — поверхностным) взглядам, а по обнажившейся сути души.

Если вместо единственно применимого слова:
героическое политическое самосожжение,
кто-то по недомыслию все еще допускает в своей речи слово "самоубийство",
- рискует очень многим. Рискует непреходящим чувством будущего стыда
за то, что уж не вырубишь топором.





Лет 50 назад только подлецы и карьеристы называли академика Сахарова сумасшедшим безумцем, -
сейчас на это путь встают те, кто называет самосожжение самоубийством.

Лет 50 назад только семеро, "великолепная семерка" осмелилась выйти на Лобное место и заявить о своем чувстве позора за вторжение в Чехословакию. Все прочие, называющие себя интеллигенцией, тряслись от ужаса (вполне основательно) , но поражались и восхищались их мужеством.

Хоть на такое никто, кроме этих семи, не отважился, но любой презрительно или насмешливо о них отозвавшийся — навеки пал бы в глазах окружающих, а то и покрылся бы несмываемым позором.

Нынешняя постыдная реакция столь многих почтенных людей — свидетельство против всех нас.
Вот оно — настоящее наше голосование.
И вот огненными буквами на стене его результат: Мене, мене, текел, упарсин.
Что в переводе с божеского означает: дешёвка ты позорная, и участь Валтасара тебе медом покажется.
Если "разум его уподобился разуму зверя; и жил он с дикими ослами и ел траву, подобно волу",
то что с тобой будет, растерявшая свое царское достоинство российская интеллигенция,
ты даже не можешь себе представить. Тогда вспомнишь ты свою постыдную вялую реакцию на то,
что в другие времена и у других народов тут же вывело на улицы всю страну, -
и поймешь: за что тебе такое будущее страны твоего прозябания.

 

Зачем я так?
Дело в том, что в ближайшее исторически ничтожное время в России произойдут давно назревающие грозные события.
И страшно мне , что во главе их станут не мы, а фургалы всех мастей.
За нами же (такими недоверчивыми, ленивыми, циничными, скептическими)
заслуженно закрепится презрительная кличка "вшивая".
А допущенный нами же подняться на гребень волны сорт людей,
таких вшивых загоняет под шконку, называет опущенными и поступает соответственно.

Интеллигент Иисус прославил интеллигенцию, воззвал к ней и предостерег:
"Вы - соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям."